Джонни планировал связаться с Абаевыми утром. Ему хотелось сначала успокоиться и осмыслить события этого бесконечного дня. Обвинения в ужасных убийствах, затем вынужденный рассказ об эксперименте и неожиданное предложение участвовать в расследовании. Но к чему приведет его откровенность? Неразглашение было важнейшим условием договора с Абаевыми. Не упустил ли он вот так, в один миг, шанс всей жизни?
После начала эксперимента для Джонни изменилось все. Еще месяц с небольшим назад он был обычным парнем, каких и в Казахстане, и по миру миллионы. Банковский менеджер среднего звена с доходом, которого хватало на жизнь, но не более того. Он активно искал возможность что-то изменить, и когда вселенная дала ему такой шанс – стать лучше, другим человеком, то ухватился за него. Джонни старался и выжимал из ситуации все. Но судьба обрушила на его голову новое испытание – историю с маньяком. Испытание, которое к тому же пусть косвенно, но зацепило и его благодетелей. И каково же было удивление Джонни, когда Абаевы вечером позвонили сами.
– Мы ужасно перенервничали, – сказала Зарина по телефону после короткого приветствия. – ZOR сообщил о визите госорганов, затем внезапно вызвали и нас, потом поездка, беседа со следователями. Маньяк в нашем городе – это ужасно. И кажется таким близким.
Зарина коротко вздохнула.
– К тебе же больше у них нет претензий? Мы обязательно должны пообедать и все обсудить.
Ресторан, который выбрали Абаевы, в это время был тихим и безлюдным. Джонни знал, что меню в нем отличное.
Зарина сделала заказ за всех и потребовала подробный отчет. Джонни рассказал, как провел последний месяц в элитном жилом комплексе, как наладил общение с ИИ, как шла учеба. Он сразу решил ничего не утаивать – Бэрримор наверняка многое и так сообщал. Поэтому говорил даже о моментах, которые предпочел бы не вспоминать.
– В самом начале было сложно. Хотя нет, скорее необычно. У меня много времени ушло на то, чтобы найти общий язык с ИИ, если так можно выразиться. Если бы Бэрримор не был набором алгоритмов, я бы подумал, что у него на самом деле есть характер.
– Бэрримор? – переспросила Зарина.
– Мне показалось забавным дать ему имя дворецкого из «Собаки Баскервилей». Он был не против.
Зарина улыбнулась.
– Ох и погонял он меня, – сокрушенно покачал головой Джонни, но выражение его лица говорило, что он с удовольствием повторил бы приключения.
Официант подал блюда. Беседа продолжилась, но никто посторонний не принял бы ее за отчет. Казалось, встретились старинные приятели.
Джонни подробно рассказывал обо всем: как извинялся перед холодильником, как сутками был погружен в учебу, как Бэрримор вливал в него терабайты знаний и заставлял оттачивать умения в разных сферах. Но пришел черед и са'мой сложной темы.
– Я старался изо всех сил, – сказал Джонни извиняющимся тоном. Он обращался к Зарине, поскольку Даулет сидел с непроницаемым лицом. – И наверняка все получилось бы. Но вдруг в квартиру заявились сотрудники КНБ и забрали меня на допрос. Сначала было непонятно: в качестве подозреваемого или свидетеля? Потом сообщили, что убита девушка из соседней квартиры. Попутно мне задавали миллион вопросов, на которые я не мог ответить без разглашения условий контракта. Они спрашивали, как я попал в эту квартиру, чем занимаюсь, кто я такой. Я пытался выиграть время и говорил, что отвечу через пятнадцать дней. В итоге они это расценили как скрытность и вызвали вас.
Джонни сделал паузу, чтобы перевести дыхание. Зарина смотрела на него с сочувствием, а Даулет неторопливо разбирался с десертом.
– Несомненно, во всем виноват только я сам, – грустно сказал Джонни и опустил глаза. – Я сделал ошибку: без необходимости подошел к незнакомой девушке. Ван Сюли была невероятно красивой, совершенно не похожей на местных женщин.
Теперь и Даулет внимательно его слушал. А в уголках глаз Зарины что-то блеснуло.
– Она мне казалась изысканным цветком с вершины горного склона. Холодная, но прекрасная. Всем своим видом она демонстрировала недоступность, но я не желал принимать этого. И не удержался, заговорил с ней. Я видел перед собой принцессу и жаждал заслужить ее благосклонную улыбку. А теперь она жестоко убита…
– Но свои первые серьезные переговоры ты провалил. – Даулет говорил спокойно, но под его взглядом Джонни опять почувствовал себя теленком перед тигром. – Кабдулин не стал бы с тобой спорить на пороге, если бы имел хоть какие-то улики. Но после вашего общения решил забрать тебя, а не извиниться и уйти.
Джонни помолчал пару секунд, перебирая мысли и успокаиваясь. Он вдруг понял, что и сейчас проводит серьезные переговоры.
– Я очень благодарен вам, что подтвердили мой рассказ. – Теперь он смотрел на Даулета доброжелательно, но как на равного. Джонни тоже умел быть тигром. – И я не ожидал, что попаду в такую переделку. Кабинет без окон, цифровые замки, камеры, специальная аппаратура непонятного назначения. Еще больше удивил следователь. Второй, китаец. Манеры, одежда, обувь, прическа – все было безупречным даже по меркам Бэрримора. Думаю, именно Чэнь Кунь мне поверил, а не Кабдулин. А мне пришлось довериться ему. Понимаю, что нарушил условия договора. Но я намерен помочь Чэню в поисках убийцы.
Даулет и Зарина переглянулись. Джонни и прежде замечал, что они будто общаются телепатически – понимают друг друга без слов.
– И как же ты можешь помочь? – В голосе Даулета не было ни намека на прежнюю жесткость.
– Чэнь предложил мне стать его помощником на время расследования. Я не могу игнорировать такой шанс, просто должен воспользоваться им.
– Конечно, должен, – мягко сказала Зарина. – Мы и хотели дать тебе такую возможность в рамках нашей договоренности.
Джонни склонил голову набок, из-за чего стал похож на удивленного щенка.
– Но ведь я нарушил столько правил: разговаривал с Ван Сюли, рассказал о проекте следователям…
– А еще ты много и усердно работал над собой. Тебе было трудно, но ты упорно шел вперед, – прервала его Зарина. – И прямо сейчас мы видим результаты. Вчера ты побывал на допросе, провел столько времени под стражей, но посмотри на себя! Ты выглядишь слегка растрепанным, но переносишь испытание с достоинством. Хорошая прическа, подобранная со вкусом одежда. Если ты и был на грани отчаяния, то умело спрятал свои чувства и держался достойно. Ты многому научился у… Бэрримора, это заметно. С легкостью разделал рыбу, использовал правильные приборы, не перепутал бокалы.
– Чэнь – уникальный специалист, – вмешался Даулет. – Нет ничего удивительного в том, что он заставил тебя рассказать все ему интересное. У него очень высокий уровень интеллекта, большой опыт настройки ИИ под свои задачи и его обучения. Он аналитик, философ – невероятная смесь. Конечно же, мы не будем против того, чтобы ты стал его помощником. Это вполне вписывается в «Пигмалион».
Джонни удивленно поднял брови, но через секунду до него дошло:
– Пьеса Бернарда Шоу.
Даулет кивнул:
– Зарина, как ты наверняка помнишь, так назвала наш проект.
– Искусственный интеллект делает из меня другого человека, как лондонский профессор воспитывал светскую даму из цветочницы Элизы, – развил мысль Джонни.
Зарина улыбнулась:
– Ты прекрасно справляешься, показываешь отличные результаты уже сейчас, до окончания срока. Поэтому мы можем немного изменить программу. Ты будешь участвовать в расследовании Чэня. А когда поймаете маньяка, возвратишься к обучению.
– Наш контракт в силе, – сказал Даулет. – И мы профинансируем твои расходы на две задачи. Первая: найти негодяя, помочь Чэню. Вторая: учиться, но уже не в квартире, а в реальной жизни.
Джонни просиял. Ему захотелось вскочить с места и обнять Абаевых изо всех сил. Но уроки этикета не прошли даром, и он сдержался. Затем поднялся и поклонился Зарине и Даулету на восточный манер:
– Благодарю вас. За все! Я буду рядом с Чэнем и смогу учиться у него. Постараюсь понять, как именно он делает свои выводы, на что обращает внимание, каким образом использует сведения. Даже если он не планирует посвящать меня в принципы работы своего алгоритма, не страшно, есть свои глаза и уши. Буду наблюдать за каждым его шагом. Вы не пожалеете!
Джонни вернулся домой в приподнятом настроении. Бэрримор сообщил, что уже знает об изменении формата обучения и ждет указаний по составлению расписания.
Джонни собирался связаться с Кабдулиным и сказать, что готов приступить к работе, когда компьютер издал пронзительный сигнал и на экране появилась иконка видеовызова. Мессенджер сообщал, что звонит Даулет Абаев.
– Еще раз здравствуйте. Я и не знал про такое приложение на компьютере… – Джонни постарался улыбнуться, чтобы не выдать вернувшуюся тревогу. – Что-то случилось?
– Надо поговорить. Это защищенный канал, запись разговора будет стерта.
Лицо Даулета выглядело непривычным на картинке плохого качества. Но Джонни быстро сообразил, что искажения возникают из-за дополнительного шифрования.
– Для начала повтори нашу договоренность. Хочу убедиться, что ты все понял правильно.
Тревога завладевала Джонни, но он старался держаться непринужденно.
– Хорошо. Первая задача: помочь следователям найти маньяка. Вторая: учиться у Чэня. И вы сообщили о готовности финансировать дополнительные расходы. Что-то хотите изменить?
– Приоритеты, – сказал Даулет после секундной паузы. – Поимка преступника не должна тебя отвлекать от главной задачи: китайского искусственного интеллекта. Тебе следует как можно больше узнать о цифровом помощнике Чэня, методах его обучения, заложенных моделях. Ты понимаешь, почему это важно?
– Понимаю. Для развития Бэрримора. Но Зарина сказала…
– Неважно, что она сказала, – раздраженно перебил его Даулет. – И неважно, что я говорил в ресторане. Там открытое пространство, могла быть утечка. Для самой чувствительной информации я использую этот канал связи.
– Понял. То есть моей главной задачей будет исследование методов работы Чэня с ИИ и сбор данных о его цифровом помощнике.
– Верно. И еще одно. – Даулет что-то нажал, и на экране появились адрес и время. – Я попросил своего бизнес-партнера помочь тебе. Звонить и предупреждать не надо, Дамир тебя будет ждать. Перепиши данные на бумагу, не копируй.
Даулет подождал, пока Джонни запишет адрес, и добавил:
– Еще раз напоминаю о секретности. Все можешь обсуждать с Дамиром, но ни с Зариной, ни со мной по другим каналам. Данные об этом звонке будут стерты из памяти ZOR.
Разговор закончился коротким сухим прощанием, которое лишило Джонни последних следов душевного подъема. Он повертел листок в руках.
– Бэрримор?
– Да, сэр. Чем могу помочь?
– Хочу прослушать запись своего последнего разговора. Который закончился пять минут назад.
– Уточните задачу, сэр. По моим данным, после вашего возвращения вы ни с кем не общались. Проверить более старые записи?
– Нет, благодарю. Все в порядке.
Он закрыл глаза. В голову пришла спасительная мысль: а если все это ему померещилось от усталости? вдруг Даулет не звонил, не просил шпионить за Чэнем, не вел двойную игру даже с женой? Джонни открыл глаза. В его правой руке по-прежнему была чуть помятая записка с адресом и временем встречи.
Добраться до кабинета Дамира оказалось просто. В холле бизнес-центра к Джонни подошел вышколенный сотрудник и провел до нужной двери.
Дамир был молодым человеком чуть старше Джонни, но выглядел заметно внушительнее. Атлетическая фигура просматривалась сквозь дорогой пиджак. Лицо со строгими чертами, стильная стрижка – наверняка у него нет отбоя от девушек.
– Добрый вечер, рад познакомиться.
Голос Дамира оказался приятным, низким. А такой улыбке Джонни твердо решил обучиться перед зеркалом.
Джонни поздоровался и начал рассматривать необычный кабинет. Мебели было немного, а из офисной техники – только закрытый ноутбук. Стены пестрели дипломами и грамотами. Отдельно висели фотографии, на которых Дамир стоял рядом с разными людьми – Джонни понял, что знаменитыми. Одно лицо показалось знакомым.
– Это Роберт Смит, один из создателей Chat GPT, – подсказал Дамир.
– Точно! Компания Best AI. Я недавно читал о нем. Легенда! Вы с ним знакомы?
– Поверьте, это не так сложно, – улыбнулся Дамир. – Роберт считает, что лишь десять процентов плановых совещаний по-настоящему продуктивны, а остальные девяносто – пустая трата времени. Поэтому количество бюрократических мероприятий он сводит к минимуму и всегда оставляет место в расписании для «случайных встреч и новых людей и идей». Роберт не затворник, стремится развиваться и совершенствоваться, поэтому любит общаться с интересными и умными собеседниками. Ищет вдохновение и яркие идеи повсюду. Так мы и познакомились.
– Удивительно. И вы смогли дать ему идею?
– Да. Подобные контакты поддерживать сложнее, чем завязывать. Надо быть полезным. Я посоветовал Роберту сделать Chat GPT доступным всем пользователям, без отсева и подписки, как это было раньше. И вы наверняка знаете, что с первого апреля 2024 года компания Best GPT сделала именно это. Она объяснила свое решение тем, что полное открытие доступа позволит широкой аудитории испытать преимущества нейросети. Но в действительности бесплатно удалось получить огромную базу данных – пользователи сами ее пополняют и обучают программу.
– Потрясающе! – Джонни уже с трудом сдерживал себя. – И что, можно вот так свободно зайти к нему?
– Конечно. Достаточно изучить несколько иностранных языков, победить в конкурсе и стать стипендиатом президентской международной образовательной программы «Болашак». – Дамир небрежно показал на стену с дипломами. – Обучиться по ней в нескольких американских вузах и впечатлить результатами местное экспертное сообщество. Ничего сложного.
Он улыбался так искренне, что и у Джонни поднялось настроение от шутки.
– Кстати, у него я перенял привычку не доверять все компьютерам. Роберт пользуется бумажным планировщиком.
– Гений-программист с блокнотом? Удивительно.
– Да, у него своя система. Задачи на листиках разных цветов и размеров. Я сначала видел в этом обычный бумажный хаос на дизайнерском столе. Даже монитор облеплен стикерами. Но у всего есть смысл. На одних листах он записывает цели на год, на других – на месяц, день или горящие. Цветом обозначает тему, чтобы работать над самой подходящей в каждый момент. Он считает, что такая система помогает фокусироваться на одной задаче, но не упускать остальные из вида.
– Но у вас здесь идеальный порядок. Никаких стикеров на поверхности.
– Я перенял идею, но пользуюсь другими инструментами. Но, как и Роберт, считаю, что нужно обязательно выделять время на спокойные размышления, планирование работы и интересные беседы.
– Даулет говорил, что вы знаете о моей задаче и можете помочь… – Джонни тщательно подбирал слова, боясь сказать лишнее. – Но подробностей не сообщил.
– Все верно. Как я понимаю, вы с Даулетом хотите собрать информацию о китайском искусственном интеллекте.
Джонни не стал уточнять, что это – желание одного Даулета, а сам он лишь хочет учиться и искать преступника. Он кивнул.
– Тогда вы должны стать очень полезным, чтобы Чэнь Кунь доверял вам во всем. Вы успели собрать о нем информацию?
– Н-нет, – смутился Джонни. – У меня не было времени.
На лице Дамира не отразилось никаких эмоций. Он открыл ящик стола, достал тонкую папку и принялся читать вслух отдельные фрагменты:
– Подполковник Чэнь Кунь. Правнук председателя Госсовета КНР, первого министра иностранных дел КНР Чжоу Энлая, создателя партийной разведки Китая. Прямой потомок Чжоу Дуна, основателя неоконфуцианства – ведущей идеологии императорского Китая на протяжении почти тысячи лет. Многими считается лучшим сотрудником спецслужб Китая, имеет блестящий послужной список. Получил прозвище Агент ноль-ноль-пять, которое перекликается с псевдонимом его знаменитого прадеда У Хао, что можно перевести как «пятый великолепный». Самого Чэня в детстве тоже иногда называли У Хао, поскольку он значительно опережал сверстников в развитии. Неоднократно добивался отличных результатов в очень сложных расследованиях, чем впечатлял коллег и руководство. Активно использует искусственный интеллект. В личных отношениях холоден, о нем отзываются и как о высокомерном человеке.
– Мне он не показался высокомерным… – Джонни почему-то задела такая несправедливая характеристика.
– Да, это больше похоже на щит. Он не транслирует окружающим свои мысли, а сразу выдает готовый результат. Кого-то такое раздражает. Видимо, в этом вы и сможете ему помочь?
Джонни задумался.
– Чэнь сказал, что я нужен для общения. Что говорю на китайском языке и умею быть своим для элиты. Похоже, он знает собственные слабости.
– Отлично, – улыбнулся Дамир. – Теперь ясно, как вы сможете стать ему полезным. Очень важно приносить пользу и не совершать ошибок. Такие люди не терпят неэффективности.
– Но мне не нравится вся затея, если честно, – поежился Джонни. – Я же не шпион и не собираюсь им быть.
– И не надо. – Казалось, что Дамир удивлен. – Все строго в рамках закона. Никто от вас не требует красть информацию или выведывать. По крайней мере, я действую только легально.
– А что же я должен делать для Даулета? И зачем тогда такая секретность?
– Обычная предосторожность. Если конкуренты узнают о нашем интересе, то начнут скармливать вам ложную информацию. Это может привести к большим потерям. А делать нужно именно то, что вы и собирались, – фиксировать действия Чэня, способы составления запросов, скорость их обработки, сильные и слабые стороны. То есть учиться и сообщать, как он учит свой ИИ.
– А если спросить напрямую?
– Тогда мы получим официальную и наверняка ложную версию, – покачал головой Дамир. – Даже рассказы Чэня о его цифровом помощнике не так важны, как описание его поступков. «Анализируй действия, а не слова» – один из постулатов работы с данными.
– Это сложная задача. – Джонни поднял руку, чтобы взъерошить волосы, но вовремя остановился. – Да и он быстро поймет, что я больше на него смотрю, чем Нейлона ищу.
– Поэтому Даулет и послал вас ко мне. Замечу, это знак доверия, вы стали хранителем очень чувствительной для него информации. У меня есть свои возможности и люди, часть задач мы будем решать вместе. А у вас освободятся руки для основной цели. Так это работает.
– Чем больше учусь, тем больше понимаю, как мало я знаю окружающий мир, – грустно сказал Джонни. – Иногда жалею о простой прежней жизни.
– Не стоит, – усмехнулся Дамир и достал из ящика небольшую коробку. – У сложной жизни есть свои преимущества. Держите.
Джонни снял упаковку и увидел необычный гаджет.
– Мне? Зачем?
– Это планшет, самый близкий по характеристикам к тому, которым пользуется Чэнь Кунь. Ему наверняка понравится такой ход с вашей стороны, а вы сможете общаться с Бэрримором на расстоянии. И заодно будете учиться в свободное время.
– Спасибо. – Джонни разложил и сложил планшет. – Отличная вещь. Да, теперь я понимаю, что' вы подразумеваете под «быть полезным».
– Да, мои клиенты и партнеры получают все лучшее, за это и ценят. Одним нужны новейшие гаджеты, другим – редкие вазы, третьим – информация… И всем нужна конфиденциальность.
– Да-да, я помню. – Джонни поспешно сложил гаджет и вернулся к разговору. – Секретность, связь с Даулетом через вас.
– Хорошо. В планшете уже есть мой контакт, пишите напрямую. Там же файл с несколькими идеями по расследованию, – возможно, что-то вам покажется интересным. И давайте залегендируем сегодняшнюю встречу: договоримся, что вы нашли меня как эксклюзивного продавца новейших планшетов.