Закон спроса и предложения – божественный закон.

Нестабильность на нефтяном рынке, вызванная Иранской революцией, продолжилась и в 1980 году, когда на фоне разгорающейся войны в Афганистане мир столкнулся с новым потрясением, нанесшим сокрушительный удар по нефтяному рынку. В сентябре 1980 года упреждающий удар Ирака начал Ирано-иракскую войну. Конфликт между двумя ведущими нефтедобывающими странами Ближнего Востока, в ходе которого обе стороны нацеливались на нефтяную инфраструктуру противника, вновь погрузил мировой нефтяной рынок в панику и хаос.

Называют разные причины этой войны, но основные из них сводятся к двум. Первая – это страх перед распространением Исламской революции за пределы Ирана. Режим Саддама Хусейна в Ираке был суннитским несмотря на то, что более 60 % населения Ирака – шииты. В таких условиях приход к власти шиита Хомейни и укрепление его режима представляли серьезную угрозу для суннитского лидера соседнего Ирака.

Фронтовой снимок в ходе Ирано-иракской войны

Ирано-иракская война, начавшаяся с взаимных атак на нефтяные месторождения, стала причиной затяжного нефтяного кризиса. Этот конфликт продолжался восемь лет и не окончился ни победой, ни поражением какой-либо из сторон. Завершить войну всегда сложнее, чем начать.

Вторая причина – территориальный спор. На границе между Ираном и Ираком протекает река Шатт-эль-Араб, экспортный нефтяной маршрут. С 1937 года этот стратегически важный участок контролировался Ираком, однако в 1975 году Ирак вынужден был по договору уступить значительную часть прав Ирану (причем, хотя формально это называлось уступкой, фактически, с точки зрения Ирака, произошли захват и вымогательство под угрозой силы). Причиной, вынудившей Ирак пойти на такие действия, стало курдское население, составлявшее около 20 % его жителей. После Первой мировой войны границы, искусственно установленные крупнейшими державами, разделили курдский народ между Ираком, Сирией и Турцией, что привело к ожесточенной борьбе за независимость в каждой из стран. В Ираке эти конфликты были особенно остры, и Иран, стремясь ослабить Ирак, активно поддерживал иракских курдов. В 1975 году Ирак согласился уступить права на Шатт-эль-Араб в обмен на прекращение этой поддержки. Хусейн считал эту уступку результатом шантажа и, затаив обиду, готовился к возмездию. Когда Иран оказался ослаблен революцией, Хусейн решил, что время пришло.

Существует и другая точка зрения на Ирано-иракскую войну: предполагается, что Ирак к началу конфликта подстрекали США, потерявшие союзника в Иране – проамериканскую династию Пехлеви. На ее место пришел Хомейни, объявивший США «воплощением зла», и некоторые полагают, что США рассчитывали свергнуть Хомейни, ради чего якобы поддерживали Ирак оружием, подталкивая его к войне. Утверждение, что война была спровоцирована США, может показаться очередной конспирологической теорией, но факт остается фактом: в этом конфликте Запад занимал весьма пассивную позицию. В отличие от войн между Израилем и арабскими странами, когда США и ООН активно пытались выступать посредниками, на этот раз никто из них не предпринимал значимых усилий по урегулированию. Кроме того, распространено мнение, что США закрывали глаза на войну не только для сдерживания Ирана, но и из-за прибылей от продажи оружия. Действительно, в середине 1980-х годов США, Франция и другие западные страны были основными поставщиками оружия для Ирака. Как следствие, при попустительстве Запада эта война продолжалась целых восемь лет.

Сразу после начала Ирано-иракской войны рынок вновь столкнулся с сильнейшим кризисом, а страны – импортеры нефти настиг новый виток паники. Нефтяные компании, игнорируя реальный спрос, начали массово скупать нефть, что привело к резкому росту цен: спотовая[44] цена на Arabian Light, один из ключевых сортов ближневосточной нефти, достигла 42 долларов за баррель, установив новый рекорд.

На этом фоне особенно бросались в глаза поспешные действия Японии. Европейские страны были настолько возмущены тем, в каких объемах японские компании скупают нефть, что на заседании Международного энергетического агентства в декабре 1980 года высокопоставленный представитель Европейского сообщества пригрозил Японии запретом на экспорт продукции корпораций Sony и Toyota в Европу, если японское правительство продолжит закрывать глаза на эти бесконтрольные закупки. Будучи страной без собственных нефтяных ресурсов, Япония больше многих опасалась перебоев в поставках нефти.

Впрочем, другие страны-импортеры также скупали нефть сверх необходимых объемов, хотя степень их активности варьировалась. Запасы нефти настолько превысили стандартные показатели, что в некоторых случаях ее приходилось хранить на танкерах из-за банальной нехватки резервуаров. Столь иррациональный спрос привел к резкому скачку цен в 1979–1980 годах.

Иранская революция, Ирано-иракская война и советское вторжение в Афганистан способствовали усилению нестабильности на нефтяном рынке. Однако все перечисленные кризисы не выходили за пределы Ближнего Востока, и даже в их разгаре добыча нефти в регионе не прекратилась. Более того, в 1970-х годах были открыты новые месторождения нефти (в Северном море, Мексиканском заливе, России и на других территориях), а с начала 1980-х годов мировая экономика погрузилась в рецессию, и предложение нефти превысило реальный спрос – ее стало некому и не на что покупать. И все равно цены продолжали подниматься.

Столь упорный рост цен на нефть был вызван в первую очередь страхом покупателей, но не меньшую роль сыграла и жадность стран-экспортеров. После первого нефтяного кризиса контроль над ценообразованием перешел к ОПЕК.

Страны – члены ОПЕК, увидев, что спрос не снижается, несмотря на рост цен, продолжали повышать официальную цену продажи (ОЦП – Official Selling Price). В 1980 году Комитет по долгосрочной стратегии ОПЕК даже разработал план постепенного повышения ОЦП до 60 долларов за баррель в течение пяти лет. Если учесть, что перед Иранской революцией она составляла около 13 долларов, такая цель выглядела откровенным проявлением жадности.

Стоит отметить, что рыночный спрос не отражал реальную картину потребления, будучи искажен нарастающей паникой и алчностью. Лишь один человек трезво оценивал ситуацию и предупреждал о возможных последствиях – министр нефти Саудовской Аравии Ахмед Заки Ямани. На каждой встрече ОПЕК в 1979–1980 годах он настойчиво выступал за сдерживание роста цен на нефть. Он утверждал, что «закон спроса и предложения – это божественный закон», и предостерегал, что за ценовую политику, нарушающую его, неизбежно придется расплачиваться: если продолжать искусственно завышать цены, спрос резко упадет, и цены рухнут вместе с ним. Однако другие министры нефти стран ОПЕК категорически не соглашались с Ямани. Некоторые доходили до заявлений, будто он употребляет наркотики или сошел с ума.

Закон спроса и предложения – основа экономики и главный принцип функционирования рынка. На фондовом рынке вдобавок к этому бытует поговорка «спрос и предложение важнее новостей». Цены, сформированные под воздействием внешних событий, страхов и алчности, могут отклоняться от рамок, установленных законом спроса и предложения, но в конечном итоге всегда возвращаются в его русло.

Закон спроса и предложения не только определяет функционирование рынка; это механизм, управляющий миром, двигатель, вращающий колеса истории. К открытию Нового Света привел поиск новых торговых путей, а империалистические амбиции великих держав опирались на необходимость появления новых рынков и недостаток ресурсов. На фоне избыточного предложения излишков производства возникло сословное деление общества, а когда оно сошло на нет, изменились и взаимоотношения между поставщиками и потребителями. Именно поэтому Ямани говорил о «божественном законе»: изменения спроса и предложения всегда были мощной силой, меняющей рынок.

Этот «божественный закон» играет на рынке роль своеобразного судьи. В 1982 году спад мировой экономики стал однозначным и явным, и спрос на нефть продолжил падать. В то же время после второго нефтяного шока, когда цены на нефть достигли рекордно высоких отметок, активизировалась разработка месторождений в Северном море, Мексиканском заливе и на Аляске, обеспечив их рентабельность. Добыча на этих новых месторождениях начала стабильно расти. В результате начиная с 1982 года объем добычи нефти в странах, не входящих в ОПЕК, превысил объемы добычи в странах ОПЕК, и организация начала терять позиции на рынке. С увеличением предложения возникла ситуация, при которой поставщикам пришлось конкурировать друг с другом за покупателей.

Итак, ценовая политика ОПЕК спровоцировала увеличение объемов добычи нефти в странах, не входящих в организацию. Кроме того, из-за высоких цен на нефть ее доля в мировом энергетическом балансе начала снижаться. В 1978 году нефть составляла 53 % от общей энергетики развитых индустриальных стран, но к 1985 году ее доля сократилась до 43 %. Снижение спроса на нефть постепенно привело к избытку предложения, а постоянный рост цен подорвал доверие к официальным ценам ОПЕК: для большинства участников рынка они стали неприемлемыми. Нужен был новый эталон.

Именно в это время из Нью-Йорка подул ветер нового рыночного порядка. В марте 1983 года на Нью-Йоркской товарной бирже (NYMEX) появился индекс стоимости фьючерсов на нефть марки WTI, который и по сей день занимает важное место в новостной повестке нефтяных котировок.