Молодец ходил в лис за охотой. Ходил он, как худенько все, худо лесницял. Идет, витсе мужик в деревне повешен и говорит:

– Выпусти, молодец, миня! Сними! – говорит.

Тот подлез и развязал ему веревку.

– Ты хто такой?

– А я, – говорит, – лесной!

– Хто тибя повисил?

– Товаришш, – говорит, – он меня подюжае. Хорошо, голубцик, я тебя за это улюботворю. Вот на осени повезут тибя в салдаты; ты, – говорит, – ко мне приверни.

– А где, – говорит, – мне тибя натти?

– А миня натти? Вот так от нас Волок большой, на этом перелеске есть в леву руку повертка. Ты, – говорит, – отстань пос… и поверни в эту повертку, и выйдешь, туту наша деревня большая, иди та вдоль по деревне и дойдешь ты до самова краю. На левой руке избушка, и зийди ты в эту избушку, – говорит.

Вот он и ходил этот молодец исень в лис; хорошо очень ходил, кажной день он по ноше носил, то птици и белки, кое-цево. Народ двуесте:

– Видно, – говорят, – он перед головой хорошо ходит, забриют ево в салдаты.

Он, доброй молодец, ехал этим Волоком. Доехал он до этой дорожки, слез он пос… Взял он и пошел по этой тропке. А товаришшы уехали. Он шол да шол, вышол, – деревня стоит. Пошол по этой деревне и дошел до самова краю. На левой руке фатерка стоит небольшая. Пришел он в эту фатерку. Тут старик на пеце лежит.

– О, Ванька! Дружок – от пришел!

Ванька сицясь скочил.

– Поди, – говорит, – за вином, неси четверть вина.

Ванька живо сбегал за вином, принес цетверть вина.

– Ну, потшуй ево, как надо, гостя нашево, как надо.

Молодец и говорит:

– Мне, – говорит, – не настиць товаришшей-то!

– Не тужи, настижом.

Вот они и поили ево больно пьяно. Ну напоили.

– Поди, Ванюха, проводи ево.

Ванюха и вышел ево провожать. Вышли они из фатеры.

– Давай, – говорит, – за меня захватывайсе! Да ставай на запятки!

Поглядел этот молодец, а уж в городе Кирилове оцютилсы.

– Ступай в присутство, есть хвитанций продают. Пришол в присутство, спрашивает:

– Есть хвитанций?

– Есть, – говорят, – одна. Так нельзя, надо в Новгород подать, не запродано ли тамотко.

Раз на депешу колонули, живо оттудь вышло, што не продана. Выдал он депешки за хвитанцию. Получил письмо, росписалсе, што представлено некрутьство. Полуцил себе росписку.

– Давай, ступай себе домой.

Вышли они из присутства.

– Захватывайся за меня, – говорит.

Захватилсе он за нево, поглядел, а уж на пялногово. Тут ешшо ево товаришши кормятсе.

– Где ты, – говорят, – был, Ванюха?

– А я уж, – говорит, – в Кирилове был.

– Цево там делал?

– А я квитанцию за себя забрал.

– Полно, говорят, врать-то! С ума ты городишь, – говорят.

– Да вот у миня бумеги.

Показал бумагу.

– Верно! Видно, тебя напоило! Вот он домой отправилсе, и те поехали в Кирилове Он и выслужилсе.