С горы оказалось не так просто спуститься. Но скалолазы из МЧС уже успели установить мостки и веревочные лестницы для спуска. Когда группа захвата поднималась вверх, сотрудникам пришлось ползти по канату. Искать сестру Марью осталась Елена с группой ребят в форме МЧС.

– Мой котик! – Юнка обняла Киру одной рукой, едва та залезла в машину. Вторая ее рука была пристегнута наручниками к рулю. – Это я нашла им вход! Я нашла вход в пещеру. По той карте, что ты оставила в отеле. Я нашла! А он не взял меня с собой, к рулю пристегнул!

– Не переживай, – утешила девушку Кира. – Они и сами не успели в лабиринте погулять. Я раньше вышла.

Они смотрели, как местная полиция грузит Вадима Алейникова, серийного убийцу, в специализированную машину для дальнейшей транспортировки в Краснодар. Взгляд убийцы ничего не выражал. Мимоходом скользил по присутствующим, один раз ненадолго задержался на Кире. Ни ненависти, ни злобы. Жизнь ушла. Его дерево жизни было мертво. Щелкнули наручники, перестегнутые к поручню, хлопнула дверь.

– Дарья мертва. Инфаркт. Увидела, как Вадим перерезал горло Ольге, и, видимо, не вынесла… Тебя и Марью он утащил в лабиринт. Елену привел до этого, с этой стороны, – сопоставлял факты Самбуров, тщательно объезжая ямы по пути в общину.

Володя с группой ждал там.

– Он сидел в шкафу. Когда я пришла к Дарье, он уже был в комнате. Вылез, когда сестры стали мать связывать.

– В общине Володя и местные ребята замучались вход искать, – признался Самбуров. – Там полгоры вьюном покрыто, все поднимали, каждую комнату обыскали. Наша карта, которую у тебя в номере забрали, не ведет куда-то конкретно на стороне монастыря. Там вход обозначен рисунком. Непонятно, что имели в виду.

– Там вход из комнаты матери, – пробормотала Кира, только сейчас поняв, что не сказала об этом Самбурову, когда звонила. Она нашла лаз, и это казалось таким очевидным, таким понятным, она была ошарашена находкой и не сообщила никаких подробностей.

– Зато с этой стороны я нашла им координаты. На твоей карте, из монастыря, там цифры есть полустертые, я сразу поняла, что это широта и долгота, – верещала Юнка, то и дело кидающаяся обнимать Киру. Ее лицо было залито слезами, она периодически шмыгала носом. – С ума сойти, как я перепугалась. Чуть удар не хватил. Все, как ты говоришь, сначала дело, остро и быстро соображаешь, а потом накатывает паника, и я только плакала, ничего не понимала.

Кира не помнила, когда она такое говорила.

– Не переживай, я не могу погибнуть от рук какого-то недоразвитого маньяка, пока твой брат на мне не женится, – засмеялась Кира. В зеркале заднего вида она ловила тревожный взгляд Григория, в котором постепенно рассеивался страх.

– МЧС-ники местного проводника-охотника привели, он поломанные ветки нашел, следы, колышки, вбитые на горе. Нормально помог нам, – вставил Самбуров.

– Там цифры почти полустертые. Я вручную подобрала, – продолжала Юнка. – У меня двадцать семь пар цифр получилось. Я все координаты перебрала, на навигаторе отмечала. Все непонятно выходило, и только одна пара прям на горе получалась. Сейчас все-таки совсем другие возможности. Навигатор – это вещь!

– Навигатор, – хмыкнула Кира.

– Приветствую, Кира Даниловна, – обрадовался ей Володя. – А мы уже гору разбирать принялись, вас искали.

Специалист по психопатологии засмеялась.

Вьюн на склоне горы выглядел потрепанным, обитатели общины изрядно напуганными, повсюду развивались оградительные полицейские ленты, молча выплясывали проблесковые маячки на машинах.

По рации сообщили, что сестру Марью нашли и везут в больницу.

Хрупкая и маленькая Аня, в нагрудной кобуре поверх спортивного костюма, поставила большой деревянный ларь на перила веранды.

– Там… – заявила она.

Кира посмотрела на крышку, расписанную в японской технике с индивидуальными деталями. Закатное солнце, пушистые облака и большое раскидистое дерево, с ветками, будто сдуваемыми ветром в сторону. Его корни, обширные, кроваво-бордовые, с алыми прожилками, разошлись по всем боковым стенкам. Кира откинула крышку, смутно понимая, что увидит.

В деревянной подставке с десятью отверстиями стояли 6 пузырьков с темно-красной жидкостью, закупоренные сургучными пробками.

– Вот это сокровище! – ахнул Володя.

– Их шесть! Ребята! Их шесть! – Аня ткнула в пузырьки пальцем. – Чья это кровь? У нас только три жертвы. Значит, есть еще?

– Две – это из Туапсе, шестилетней давности, – хмурясь предположила Кира. – Тогда, он только начал. Елена, скорее всего, сможет помочь установить личность второй. А шестая, то есть первая, надеюсь, она принадлежит корове.

– Нифигово он так усложнил, – ухмыльнулся Самбуров. – От коровы до кровавых рисунков на теле трупов.

Они помолчали

– Все, пакуемся, – распорядился Самбуров.