Мы пробирались по оживлённым улицам, Ленора шла впереди с решительным выражением лица и агрессивно работала локтями, что позволяло ей идти сквозь толпу. Мы следовали за ней. Я не ожидала, что увижу, как кастелян проталкивается сквозь толпу, но Ленора удивила меня во многих отношениях. Я начала понимать, что её неприязнь ко мне не была личной. Она ни к кому не испытывала сочувствия. Она едва обратила внимание на попрошаек, припавших к земле возле многолюдных драконьих пещер. Их оборванная одежда и исхудалые лица пронзили мне сердце. Как они выживали в этом странном городе? Я пожалела, что у меня не было с собой монет.

– Может, у неё и нет сочувствия, но у неё есть ум и стремление, которое необходимо, чтобы найти Саветт. Держись к ней ближе. Кроме того, могу добавить, что ты начинаешь ей нравиться.

Он знал это лучше меня. Драконы прекрасно разбираются в людях.

– Фиолетовые драконы – да. Не придавай большого значения остальным.

Уже не в первый раз мне было интересно, почему его не забрали, когда мы выбирали драконов.

– По многим причинам. Во-первых, мы сами выбираем, и я выбрал тебя. Я не хотел жить в сознании тех, кто там был, поэтому я отогнал их. Во-вторых, не все находят нас такими очаровательными, как ты. Мы не слушаемся, нас трудно обучить, и мы летаем только там, где захотим. Тебе просто повезло, что мы всегда хотим попасть в одно и то же место. В-третьих, быть Фиолетовым непривлекательно. Мы гонцы, а не военачальники или короли крепостей. Мы не занимаемся политикой и не руководим больницами. Нас интересует истина и провозглашение этой истины. Никому не нравятся подобные вещи.

Мне нравятся. Однако мне нужно сосредоточиться на ходьбе, а не отвлекаться на внутреннее устройство драконьей культуры. Дорожка была сделана из кружева драконьей стали, что, вероятно, было удобно во время дождя, так как вода просачивалась насквозь, а отверстия были слишком малы, чтобы просунуть в них ногу, но через щель можно было легко уронить монетку или пуговицу, поэтому мне приходилось осторожно пользоваться костылём, чтобы он не застрял в одной из дыр.

– Поторопись, – прошептала Атис, шедшая передо мной. В городе она казалась нервной и ещё более неуверенной, когда Ленора взяла на себя свою обычную роль лидера. Я торопилась изо всех сил, следя за каждым движением костыля.

Олла и Орра замыкали шествие, их блестящие глаза смотрели куда угодно, только не туда, куда они шли, и кто мог их за это винить? Переполненные улицы пестрели людьми всех цветов и костюмов, какие только вообще можно себе представить. Они жонглировали монетами, продавали ткани с больших прилавков, предлагали горячую выпечку, чистку обуви или склянки с неизвестными зельями. Прохожие разговаривали и спорили, они проталкивались сквозь толпу, прислонялись к зданиям, заходили в таверны, некоторых вышвыривали обратно. Вывески над нами извещали о постоялом дворе, таверне или какой-то лавке, или мастерской. Я заглянула в одну из них с открытыми окнами, из которых валили клубы горячего пара. Внутри работали кузнецы. Я с ужасом подумала о том, что они могут провалиться сквозь пол, да кто вообще будет работать с горячим металлом в городе из сетчатой стали.

– Перестань беспокоиться о магии. Это не наша забота. Ищи вывеску!

Ленора остановилась у прилавка, перебирая ткань и споря с продавщицей. У обеих были хищные лица, будто одна хотела напасть на другую, чтобы затем продать вместо ткани. Это были платья, а не просто ткань? Для чего она покупала платья?

Я воспользовалась моментом, чтобы отдышаться и получше рассмотреть город. Мы стояли на площади, от которой отходило шесть дорог, и каждая из них была такой же полной и оживлённой, как наша. За всеми людьми я с трудом могла разглядеть вывески, даже те, которые были почти такими же большими, как здания, с которых они свисали. У того, кто изготавливал здесь вывески, дела, наверное, шли хорошо. По всей площади не было ни одной двери без резной деревянной таблички, подвешенной на цепочках к столбу. Люди здесь гордились тем, кем они были.

Наконец монеты перешли из рук в руки, и Ленора пошла проталкиваться сквозь толпу с большим бумажным пакетом под мышкой. В сочетании с сумками, которые мы все несли от пещер драконов, у нас был внушительный груз, и только благодаря её постоянным толчкам локтями мы смогли проложить путь к двери, расположенной прямо в углу здания между двумя дорогами, выходящими на площадь. Над дверью на цепочках покачивалась большая, слегка состарившаяся белая вывеска с надписью «Гордый петух» и изображением этой птицы на ней.

Вслед за Ленорой мы вошли в помещение, которое выглядело как процветающий постоялый двор. В главном зале было чисто, большие окна выходили на площадь, и если не считать нескольких посетителей, кушающих за столиками, к счастью, было тихо. Женщина с румяными щеками, одетая в большой белый фартук, торопливо вышла из-за стойки.

– Комнаты? – она спросила. – Я могу выделить только две.

– Мне нужно как минимум три, – нахмурившись, ответила Ленора.

– Лучшего вы не найдёте. Ни здесь и, возможно, нигде больше. У нас в городе уже две недели как проходит собрание кастелянов, которые приехали со всеми своими слугами, охраной и наездниками. Нет ни одной свободной комнаты. Эти две последние – самые маленькие и бедные, и они уйдут к седьмому звонку. Вы должны понимать это, драконьи наездницы.

– Сколько? – спросила Ленора. В это время я смотрела в окно и увидела, как к гостинице приближается ещё одна группа наездников.

Если мы снимем эти комнаты, то нам нужно скорее подняться наверх, пока они не появились и не начали нас расспрашивать. Для обычного человека или измученного стражника мы ещё могли сойти за драконьих наездников, но мы бы не выдержали более тщательного опроса.

– Два серебряных. С каждой.

Ленора открыла рот, но я поспешно положила ладонь ей на плечо:

– По-моему, это прекрасный постоялый двор.

Она сердито посмотрела на меня, но её недовольство сразу улетучилось, когда она оглянулась и тоже заметила наездников.

– Согласна. – Её слова прозвучали слишком быстро, когда она сунула монеты в руку удивлённой хозяйки двора. – И мы ценим ваше молчание. Мы бы предпочли держаться в тени, пока находимся здесь.

– Конечно, – согласилась хозяйка постоялого двора, снимая два ключа с крючков за стойкой и протягивая их Леноре. – Тушёное мясо включено в стоимость.

От её слов у меня заурчало в животе. «Тушёное мясо» звучало восхитительно.

– Спасибо, но сначала нам нужно освежиться, – произнесла Ленора.

– Конечно.

Хозяйка двора провела нас вверх по лестнице и длинному узкому коридору, к дверям пары тесных комнат, а затем поспешно удалилась.

– Ты могла бы быть повежливее, – проворчала Атис. – Зачем покупать платья, а потом загонять нас сюда?

– Тссс. – Ленора показала жест драконьего наездника, который значил «следовать за ней» – очертила указательным пальцем круг, – а затем протиснулась в первую комнату.

Мы вошли за ней в крошечную спальню. С нашими сумками, да ещё стоя, мы едва смогли закрыть дверь. Ленора проверила, закрыто ли окно, а затем собрала нас и прошептала:

– Если нас обнаружат настоящие драконьи наездники или кастеляны, то для нас всё кончено. Нам нужно избавиться от этой одежды и перестать привлекать к себе внимание. Я купила нам простые платья, чтобы смешаться с толпой. Мы переоденемся и начнём поиски. Что мы ищем, Амель?

– Синюю вывеску с уравновешенными весами. И спасибо тебе за платья и постоялый двор.

Она пожала плечами, как будто это не имело значения. Неужели она была настолько богата, что могла просто беззаботно покупать дорогие вещи?

– Мы разделим комнаты, оденемся, а затем разделимся на две группы для поисков. Атис, ты пойдёшь с Амель, а я возьму близнецов.

– Идёт. Город потрясающий, – сказала Олла, но Атис нахмурилась:

– Нет. Это всё какое-то безумие, мы слишком многим рискуем. Ленора и Амель, вы двое втянули нас в этот беспорядок. Живите и ищите вместе, или я не буду искать вообще.

Ленора драматично вздохнула, открыла большой пакет, бросила на кровать три платья почти наугад, а затем взяла остальные сумки, вышла в коридор и перешла в меньшую из двух комнат. Я последовала за ней с чувством беспокойства. Мы зашли так далеко, и теперь нам предстояло доказать, что мы сделали правильный выбор.

Закрыв за мной дверь, Ленора вручила мне чёрное платье. Оно было простого покроя, но в нём было бы легко передвигаться. К нему прилагалась шерстяная накидка. У неё было такое же платье.

– Из-за нашего схожего вида мы сможем сказать, что мы сёстры, – сказала она.

Я уставилась на неё широко раскрытыми глазами. Похоже, эта уловка пришлась ей по душе.

– О, перестань выглядеть такой удивлённой. – Она посмотрела на меня почти раздражённо. – Как ты думаешь, почему я присоединилась к наездникам? Я люблю приключения. Мне не нравится вечно сидеть и гнить на одном месте. Просто то, что я нахожу невежество разочаровывающим, а работу няни раздражающей, не означает, что я не помогу тебе, когда у тебя, наконец, появилось что-то интересное, чтобы поучаствовать. А теперь одевайся. Нам нужно осмотреть целый город, и нас не должны поймать за этим занятием.