Воскресенье, 17 ноября 2013 года. Только что победив в восьмой раз подряд в Остине, побив легендарный рекорд Альберто Аскари, Себастьян Феттель передает своей команде важный посыл.

«Мы должны помнить эти моменты. Нет гарантии, что это будет продолжаться вечно», – говорит он по радио, словно предчувствуя перемены. После четырех лет непрерывных успехов «Ред Булл», как и другие команды, готовится к прыжку в неизвестность с переходом на гибридные турбированные двигатели V6 вместо атмосферных V8.

«Это новые реалии для всех команд, включая нашу. В последние годы мы более или менее знали, чего ожидать, но на этот раз все иначе. Давать прогнозы сложно. Самое важное будет – понять новые правила и использовать их по максимуму», – говорит Себастьян спустя несколько недель на презентации «RB10».

«Наши ожидания сейчас не очень высоки, но если машина будет хорошей, как я и надеюсь, нашей целью будет выйти на тот же уровень, что и в предыдущих годах. Вероятно, будет больше сходов с дистанции, особенно в начале сезона. Все команды начинают с чистого листа», – поясняет пилот «Ред Булла», признавая, что его команда намерена «в первую очередь сосредоточиться на надежности, а не на скорости. Нет смысла быть быстрым, если это приведет к сходу до клетчатого флага».

Сход с дистанции до клетчатого флага.

К сожалению, именно это ждет Феттеля уже в первом гран-при сезона, в Мельбурне. Заняв лишь 12-е место на стартовой решетке, он преодолевает всего три круга, прежде чем выбыть из гонки (проблемы с электроникой). Для четырехкратного чемпиона мира это слишком, и уже на следующем этапе в Малайзии он резко критикует новые гибридные двигатели и их звук, который ему кажется очень тихим.

«Это полная ерунда. В Австралии я находился на командном мостике, и там было тише, чем в баре! – резко говорит он. – «Формула-1» должна быть зрелищной, и звук – один из важнейших факторов. Я помню, когда был маленьким, мне было лет пять-шесть, и я впервые увидел болиды «Формулы-1» на свободных заездах Гран-при Германии. Больше всего я запомнил этот оглушительный звук двигателей. Можно было почувствовать машину стоя рядом – земля действительно вибрировала! Жаль, что теперь мы не можем этим наслаждаться».

Разочарованный с самого начала сезона новым оборотом, который приняла «Формула-1», Себастьян продолжает страдать на протяжении месяцев за рулем машины, которая больше не позволяет ему выигрывать гран-при. Четырехкратный чемпион мира из Германии оказывается под гнетом неудач далеко позади «Мерседеса», новой доминирующей силы на трассе. После Австралии он вынужден сойти с дистанции на первых кругах в Монако из-за поломки турбокомпрессора, а в Австрии он жертвует гонкой в самом начале из-за очередной технической неисправности «RB10». Когда он все же не сходит с трассы, то спасает что может, зарабатывая важные очки и четыре раза поднявшись на подиум.

Для Себастьяна Феттеля это слишком мало – он завершает сезон, заняв лишь пятое место в чемпионате, ни разу за год не победив. Такое случилось впервые с его первого полного сезона в 2008 году.

«Каждый раз, когда я хочу атаковать или заставить машину сделать что-то, она не откликается, – объясняет Себастьян по ходу сезона. – Думаю, это сочетание характеристик болида этого года, уровня имеющейся прижимной силы и шин. На некоторых участках поворотов я не могу добиться от нее того, чего хочу». И честно добавляет: «Это не оправдание, ведь моя задача – выжать максимум из любой машины» [111].

По мнению Кристиана Хорнера, у его пилота возникли глубокие внутренние проблемы.

«Себу не понравились изменения в правилах. Ему не доставляли удовольствия новые двигатели, он испытывал дискомфорт с новыми системами, силовыми установками, тормозами, недостатком прижимной силы», – объясняет Хорнер по окончании сезона [112].

«Настал момент, когда Себ уже не знал точно, остановится он или нет, сможет ли он снова получать удовольствие и продолжать… Можно сказать, что он был несчастен. Кроме того, его беспокоило, что его напарник выиграл три гонки, – продолжает руководитель команды из Милтон-Кинса. – Казалось, что у него отобрали любимую игрушку. Ему понадобилось время, чтобы привыкнуть к этому. Он переживал определенный период разочарования в «Формуле-1», был недоволен принятым направлением развития спорта. Четыре предыдущих года были для него невероятно успешными, и он пилотировал машину, которую обожал… Он вернулся к основам и прокатился на карте посреди сезона. Это позволило ему снова ощутить суть гонок и возродить свою страсть».

Если его растущее недовольство новыми двигателями продолжало усиливаться на протяжении месяцев, то избыток настроек в «Формуле-1» уже два года назад начал остужать пыл Феттеля.

«Частично мы уже видели проявление его чувств, когда перед сезоном 2012 года был введен запрет на выдувные диффузоры, – делится Хорнер. – В начале года он победил в Бахрейне, но ему потребовалось время, чтобы снова начать выигрывать. Только когда нам удалось восстановить эффективность задней части машины, он действительно расслабился».

По мнению Эдриана Ньюи, мир «Формулы-1» «сбился с пути, стремясь стать привлекательным для индустрии серийных автомобилей» [113]. Как и его гонщик, инженер, похоже, тоскует по ушедшей эпохе.

«Я тоже считаю, что наш спорт несколько утратил в зрелищности. Эти гибридные двигатели звучат пусто, плоско. Их неинтересно слушать. Звук атмосферного мотора V10 вызывает мурашки. Первые зрители автогонок испытывали дрожь, когда впервые слышали рокот автомобилей. В этом спорте звук – очень важный элемент, который был утерян, и теперь гонки «Формулы-2», проходящие в преддверии гоночных уик-эндов, звучат гораздо более захватывающе, и это нехорошо».

«Когда смотришь кадры с бортовых камер, становится очевидно, что не хватает настоящей динамики, – продолжает инженер, приводя пример, значимый для настоящих ценителей. – Сравните круг, с которым Хэмилтон завоевал поул в 2016 году, с квалификационным кругом Айртона в Монако… Видно, насколько Айртон жестко управляет машиной. Это физически тяжело, грубо, и ты думаешь: «Это невероятно, я никогда в жизни не смогу сделать то же самое». А если посмотреть нынешний быстрейший квалификационный круг, может показаться (хотя, конечно, это не совсем так), что – «Да, мне только немного потренироваться, и, думаю, у меня бы получилось». В этом отношении «Формула-1» немного утратила свою магию. Спортсмен больше не выглядит гладиатором, скорее он ассоциируется с обычным человеком. Мы сбились с пути, слишком много думая. Это развлечение или технологическое развитие автомобильной промышленности? В любом случае мы потерпели неудачу в обоих аспектах».