Некоторые мастерские Комо производят «немой» шелк – ткань, у которой звук прикосновения почти отсутствует. Она используется для вечерних платьев, чтобы исключить шуршание.

Была суббота – самый ненавистный для Марго день, особенно в период скидок. Местные жители и туристы, невзирая на погоду, прочесывали город в надежде на выгодные предложения. Растерянные мужчины с пакетами метались в поисках своих жен. Дети, утомленные катанием по неровной брусчатке, спали в колясках. Женщины с сосредоточенным взглядом в никуда прикидывали, в каком еще магазине распылить свой бюджет. Движение по улицам было такое, что лучше всего было смириться и послушно следовать за толпой. Но больше всего Марго нервировало, что в воскресенье почти все магазины города (продуктовые – так точно) закроются и ничего нельзя будет купить. Придется тащиться в супермаркет и стараться не попадаться на глаза Энцо.

Он звонил уже – полиция нашла водителя автобуса, и тот вспомнил, как Нучча похвасталась, что едет кататься на лодке. Мол, еще подумал: да она сумасшедшая – в такой-то дождь. И вот сейчас опрашивают всех владельцев лодок. Та еще работа.

Марго собралась заказать пиццу и посмотреть какой-нибудь сериал. Отвлечься, ни о чем не думать. Лучше всего целый сезон. Лечь под утро и сразу отрубиться. Полиция ищет Нуччу, Марго сейчас ничем помочь не сможет.

Она открыла приложение по доставке и стала выбирать. Пицца в любом из ресторанов, которые занимались извозом, была отвратительной. Кусок ноздреватого пухлого теста и набор рандомно вываленных на него ингредиентов. Все это камнем лежало потом в желудке, тщетно пытавшемся его переварить. Но Марго было все равно – лишь бы не выходить этим вечером под дождь, который еще усилился. Она выбрала пиццу и отправила заказ.

«Что общего между двумя убийствами мальчиков? Бебо, скорее всего, вынужденная жертва, – размышляла Марго. – Кикко убили так, чтобы все выглядело, будто он сам туда залез и не сумел выбраться. Убийца мог не знать, что изнутри открыть этот багажник нельзя.

Убийство Арно – самое вычурное, демонстративное. И будто бы заранее продуманное. Коконы, зуб Кикко. Но кто мог знать, что мальчик вообще когда-либо окажется в Италии? Скорее всего, даже Элена не планировала здесь появляться. Неужели это импровизация? Или все-таки продуманный в деталях, вымечтанный план?

Бебо: то ли убийство, то ли несчастный случай. Полиция до сих пор не может определить. Но убийца, если он есть, не пытался донести какое-то послание, как в случае с Арно.

Нет общего почерка, общей линии. Но все же эти убийства связаны.

И вот сейчас пропала Нучча. Если думать как профайлер, то как ее могли бы убить?

Наверное, убийца не стал бы слишком усложнять, – размышляла Марго. – Нучча случайно попала в список обреченных только потому, что вспомнила что-то. И, к сожалению, вспомнить ее заставили мы с Энцо. Кто еще мог знать о самом факте звонка? Да кто угодно. В доме Бенедетто ничего и ни от кого нельзя было скрыть, судя по всему.

Итак, все происходило днем. Нучча сказала водителю автобуса, что едет кататься на лодке. Очень странно… Тем не менее убийца встретил Нуччу и куда-то ее отвез. Даже если про лодку правда, вряд ли он привел бы ее на пристань и посадил бы ее в лодку – слишком много свидетелей. Как же тогда?»

За окном лил дождь, и Марго вспомнила про озеро – уровень воды в нем неумолимо поднимался. А потом вдруг в памяти вспыхнула новость из «Ла Провинчи» и рассказ Франческо про лодочные сараи.

«А ведь точно, – поняла Марго, – самое простое сейчас – это заманить Нуччу в какой-нибудь эллинг. Не марать рук. Тем временем обеспечить себе алиби. Озеро само сделает свое дело. Ее никто не услышит и не будет там искать».

Но где? Ведь их полно на Комо. Марго вспомнила, что слышала уже о хранении лодок. От кого? От Франческо!

А еще Габриэле устроил целую краеведческую лекцию в мастерской. Они тогда смотрели на ту самую картину с причалом, которую ей прислал потом Риккардо Анелли. Совпадение? Или он что-то знал?

Но как она называлась, та вилла? Марго никак не могла вспомнить. Она позвонила Габриэле.

– Вилла Джено, возможно? – предположил тот.

– Нет, другая. Ты говорил, там еще хоронили чумных.

– А, вилла Корнаджа! – вспомнил Габриэле.

– Слушай, у меня странный вопрос, но можно ли как-то попасть в этот са… да, эллинг?

– Э-э-э, – замялся Габриэле. – Даже не знаю. Я могу тебя спросить зачем?

– Я бы не хотела объяснять, – ответила Марго.

– Понятно. – Габриэле помолчал. – Что-то случилось?

Марго вздохнула:

– Понимаешь… Пропал человек. И это снова связано с Бенедетто.

– Марго, когда мы встретимся? – не выдержал Габриэле. – Я хочу увидеть тебя.

Марго замялась:

– Сейчас много чего происходит. Позже. Наверное.

– Я сделал что-то не так? Ты больше не хочешь быть со мной?

Марго вздохнула. Она всегда считала, что встречи для секса – это не отношения. И, когда началось с Габриэле, она по-прежнему была уверена, что все пойдет по старой схеме – секс без обязательств. Тем более Марго никак не могла быть ему парой, ни с какой точки зрения: иностранка, старше, из непонятно какой семьи… Не говоря уже о ее прошлом. О ее обещании, данном самой себе, никогда больше никого не любить, чтобы никому не делать больно.

– Габриэле… – ответила Марго. – Мы поговорим об этом, но немного позже. Я сейчас могу думать только об этом пропавшем человеке…

– Угу, – ответил Габриэле. – Хорошо.

Ей было жаль его. Он никак не заслужил вот такого игнора. Но ведь она сама пустила его в свою постель. Она знала, что так будет. Не захотела упускать удовольствие…

Позвонил Энцо:

– Телефон этот отследить не удалось. Ты сама-то что думаешь?

Марго задыхалась, словно ей надели на голову пакет. Было сложно объяснить, но она чувствовала, что права. И пусть это звучит как бред. Но других версий просто нет.

– Эллинг виллы Корнаджа? – удивился Энцо. – Ты же знаешь, ордер просто так не дадут. Нужны серьезные обоснования. Но… Все может быть, все может быть… Я поговорю с комиссаром Оттоне.

– Да, конечно, – согласилась Марго.

Она погружалась в отчаяние: ничего не получалось. Замкнутый круг. Водоворот, из которого не выбраться. Марго задыхалась. Если она права, если на секунду предположить, что она права, то Нучча сейчас где-то в темноте у воды. Надо что-то делать. Что-то делать… Что?

Марго не знала, за что ухватиться. Она почувствовала, что события начали ускоряться. Убийца где-то допустил ошибку, чего-то не учел, оставил след и теперь пытается его замести. Запутать тех, кто идет по следу. Нучча догадалась, кто это. Но как? Что-то увидела на фотографии? Что-то в их разговоре натолкнуло ее на эту мысль?

Марго пересмотрела старую фотографию Бенедетто вдоль и поперек, но новых зацепок не было.

Ей хотелось действовать, а не просто сидеть в кабинете. Попытаться как-то попасть на эту виллу.

Франческо. Точно. У него есть лодка, и он уж, конечно, все знает про эллинги.

Марго набрала его номер. Наверняка Франческо удивится: обычно любовницы не звонят субботним вечером. Священное время семьи и детей. Ужинов и сказок на ночь.

Он ожидаемо сбросил вызов. Но через минуту прислал смс: «Извини, cara, но я сегодня занят». Марго ответила: «Очень срочно. Нужна помощь».

Франческо перезвонил. Наверняка выпивал где-то в компании – голос его был веселым и расслабленным.

– Мне срочно нужно попасть на эллинг виллы Корнаджа, – выпалила Марго. А про себя подумала: «Сколько раз за сегодняшний вечер я повторила это название?»

– Э-э-э… – удивился Франческо.

– Я все понимаю. У нас с тобой не про это. (Марго тщательно избегала слова отношения.) Я бы никогда к тебе не обратилась. Но вот конкретно сейчас мне очень нужна твоя помощь. И твоя лодка. Человек в опасности.

На заднем фоне переговаривались люди и долбила музыка.

– Ты же позвонила… ну это… в полицию там? Службу спасения?

– Да, я всем уже позвонила. – Марго хотелось плакать.

– Ну-у… – не решался Франческо. – А если завтра рано утречком? Сейчас все равно темень. Не видно ничего. И потом я не помню, есть там эллинг или нет. Мне кажется, что нет.

– Он есть. Я видела на картине. Нужно именно сейчас, – не сдавалась Марго. – Я тебя прошу.

Франческо не терял надежды соскочить:

– Подожди. Ты совсем меня запутала. Вообще-то это нелегально. Частная собственность же. Тебе нужно найти владельца…

– Времени нет. Понимаешь? Совсем нет.

Франческо все еще мялся. У него, очевидно, были свои планы, и ему совсем не хотелось куда-то тащиться вечером в дождь. Это ведь еще надо было ехать на свой причал, забирать лодку… Целая история. Но, с другой стороны, терять возможность время от времени заниматься сексом без обязательств… Тоже обидно…

– Умоляю тебя, Франчи. – Марго использовала последний козырь.

– Ладно. Дай подумать, – смягчился Франческо. – А где она вообще? Это где сериал когда-то снимали?

– Да, рядом с виллой Джено.

– Там постоянно гвардия ди финанца ошивается. Марго, что за лажу ты предлагаешь? Эх, ну ладно. Где же мне тебя забрать? – размышлял Франческо. – Ок, приходи на мол через час. Где железнодорожный вокзал – Como Lago[36], поняла? Я подгоню лодку. Но предупреждаю тебя – я не стану делать ничего, за что меня могут лишить лицензии. Ни-че-го! Ясно?

– Да! Я все поняла! Спасибо, Франчи!

Она стала собираться. Чертов дождь. Холод. Куда она едет? Какой план, Марго? А ведь нет никакого плана… Просто безумная идея, которая втемяшилась в голову.

Марго подошла к молу – тонкой каменистой извилистой линии, отделяющей небольшой залив от озера. Корабли у пристани скрипели железом, качаясь на волнах, казалось, что это хрипит человек, подключенный к ИВЛ.

До встречи с Франческо оставалось полчаса. Марго стояла под зонтом и молча ненавидела воду. Ей хотелось произнести какое-нибудь заклинание, чтобы озеро отхлынуло, дало ей фору. Но Марго знала: пресная вода – глухая и безразличная. Она пустая. В ней нет ничего, что было бы на стороне жизни.

Зазвонил телефон.

– Я нашел владельца виллы, – сказал Габриэле. – Тебе повезло.

– Господи, Габриэле, спасибо тебе! – выдохнула Марго. Неужели ее мольбы были услышаны?

– Владелец готов открыть и все показать прямо сейчас. Даже ночью и в дождь – я его уговорил. – Габриэле явно был горд собой.

– Даже не знаю, что сказать…

– Я уже в машине, где тебя забрать? Синьор Катанео ждет нас там.

«Чем я заслужила Габриэле?» – подумала Марго.

– Возле станции Como Lago. Там еще мол, а рядом с ним бар… ну, где сигареты продают. Табакерия.

– Что? – удивился Габриэле. – Гуляешь в такую погоду? На тебя не похоже…

– Нет, я позже объясню. Жду тебя!

Габриэле подъехал через десять минут на своем шикарном «Порше». Марго бродила по мокрой пустынной набережной. Прохожих не было, даже лебеди, обычно клянчащие хлеб в этой заводи, куда-то попрятались. Марго не могла просто сидеть в баре и ждать, попивая кофе. Нетерпение сжирало ее.

Габриэле галантно открыл ей дверь.

– Как тебе удалось? – Марго залезла в машину, стараясь не намочить обивку.

– Ты же знаешь: Комо – маленький город. Синьор Катанео – старый друг нашей семьи. Мне просто не сразу в голову пришло, что это его вилла, он сам живет в другом месте.

Марго усмехнулась. Как часто она слышала эту фразу, что Комо – маленький город. Ведь она почти никого там не знала, он не казался ей таким.

Дорога была узкая, почти односторонняя. Они, ослепленные фарами, с трудом разъезжались со встречными машинами. «Дворники» нервно, со скрипом елозили по лобовому стеклу, безнадежно пытаясь избавиться от воды.

– Ни черта не видно, – ругался Габриэле.

Наконец они приехали к вилле Корнаджа. Ворота были не заперты. Над дверью горел свет. Габриэле припарковался, выскочил первым и открыл зонт над Марго.

Вилла стояла на возвышении. Сильный ветер буквально сшибал с ног, забирался под одежду, не давал дышать. Марго закрыла рот шарфом, пытаясь хоть как-то унять панику.

Она оглянулась на озеро – черная вода злобно колыхалась, словно в ожидании ее, Марго, следующего хода.

На крыльце их ждал хозяин в непромокаемой куртке с натянутым почти до подбородка капюшоном.

– Добрый вечер, синьор Катанео, – поздоровался Габриэле. – Это дотторесса Дорфман, – представил он Марго.

– Добрый вечер, проходите, – проскрипел старик.

Марго была в ужасе. Что она сейчас увидит? Живую Нуччу? Ее тело?

Синьор Катанео кряхтел и вел их длинными коридорами к эллингу. Сначала прошли через виллу и оказались у проржавевшей запертой калитки. Старик долго перебирал связку ключей, затем примеривался к скважине, долго не попадая в нее. «Извините, я редко здесь бываю…» Марго чувствовала, что у нее дрожат колени. Наконец он справился с калиткой и пропустил ее вперед.

Марго спустилась по скользким неровным ступенькам, ведущим к эллингу.

Темно. Катанео сказал, что давно нужно было поменять лампочку, но все как-то руки не доходили.

Было слышно, как в эллинге колышется вода.

Марго включила фонарик в мобильнике. Вокруг привязанной лодки плавали ветки и бревна, принесенные озером. Это все, на что хватало слабого луча.

– Сейчас, – прокашлял старик.

Он вернулся с большим фонарем и осветил каждый уголок эллинга – Нуччи не было.

Неужели Марго ошиблась?

Габриэле попытался обнять ее. Но Марго было не до нежностей. Сейчас особенно.

– Скажи, ты помнишь тот вечер, когда мы были в мастерской Бебо?

– Конечно. Ты была прекрасна. Смотрел на тебя и думал, как было бы здорово…

Синьор Катанео кашлянул.

– Я могу что-то еще для вас сделать, ребята?

Габриэле рассыпался в благодарностях. Они стали подниматься, следуя за стариком по тем же темным коридорам.

– Там была одна картина с лодками? – спросила Марго. – Только с этой виллой? Корнаджа?

Габриэле задумался:

– Нет, там было что-то еще… Мы как раз обсуждали… Обсуждали…

Марго осенило:

– Там была вилла Бенедетто!

Зазвонил телефон.

– Я на месте вообще-то, – буркнул Франческо.

От волнения и кажущейся близости разгадки Марго совершенно забыла про Франческо.

– Дай мне пять минут. – Марго нажала «отбой» и повернулась к Габриэле: – Мне опять нужно на мол.

– Хорошо. – Габриэле, казалось, невозможно было удивить. – Я твой верный рыцарь. Your boy[37].

Он смотрел на нее преданными глазами, и она чувствовала себя неловко. «Эх, Габриэле. Зачем ты так? Не нужно в меня влюбляться – я не тот человек. И почему ты говоришь мне это именно сейчас, когда я не могу объясниться с тобой?» – думала Марго.

Они попрощались с синьором Катанео и забрались в машину. Пришлось снова преодолевать пробку на виале Джено. Нервные водители. Собачники, перебегающие дорогу. Все они мешали Марго. Ей казалось, что время замедлилось и специально не пропускает ее.

Марго позвонила Энцо:

– Энцо, я думаю, что Нучча все-таки на вилле Бенедетто.

– Святые небеса! Марго! Я сейчас в полиции пытаюсь что-то придумать с виллой Корнаджа! Оттоне сомневается…

– Я уже была там – Нуччи нет.

– Черт, Марго… Мы теперь каждую виллу на озере будем проверять? Опомнись! – увещевал Энцо. – Полиция опрашивает всех капитанов.

– Я понимаю, как глупо все это звучит, Энцо. Но капитаны ни при чем. Нуччу просто отвели в сарай. Зачем сажать ее в лодку и везти куда-то у всех на виду?

Было слышно, как Энцо ходит туда-сюда по коридору. «У него одышка», – подумала Марго. Но вслух сказала:

– Я сама на твоем месте не стала бы связываться. Это всего лишь теория, да. Но все-таки я должна ее проверить.

– Почему именно Бенедетто? У них, может, и нет лодочного сарая – я никогда его не видел. Да и ты, наверное, тоже.

– Он есть! Луиза говорила при нашей первой встрече. Ты помнишь?

– Нет. Ну даже если. Почему там? Ты уверена, cara?

– Нет, не уверена… Но ты сам говорил – все пути ведут к Бенедетто. И потом сарай где-то скрыт – это удобно.

– Ну тогда не знаю…

– Ты можешь позвонить Бенедетто?

– Я-то могу, но ты же понимаешь… После того раза Луиза вряд ли захочет нас видеть.

– Но это же не визит вежливости, – не сдавалась Марго. – Речь идет о жизни человека вообще-то.

– Я сделаю, Марго. Как бы бредово все это ни звучало. Но вряд ли сейчас, среди ночи, Луиза пустит тебя шарить в ее владениях. Я лично отказался бы.

– А полиция?

– Это теория, ты сама сказала. Просто идея. Нет никаких зацепок. Как на это, по-твоему, должен отреагировать комиссар Оттоне?

– Это правда, Энцо. Но я не могу ждать.

– Что ты собираешься делать?

– Не знаю… перезвоню позже.

– Я могу тебе помочь? – спросил Габриэле.

– Я не знаю… Не знаю…

Марго осознавала: это лишь предположение, что женщина где-то у воды. Что ее именно так хотят убить. Можно было бы придумать еще тысячу других версий. Но она ничего не могла с собой поделать, эта идея поглотила ее.

На причале нервно расхаживал Франческо. Кожаная куртка, обтягивающие джинсы, белые кроссовки. Инстаграмный итальянец.

– Марго, ты не представляешь, какой это геморрой… Только ради такой женщины, как ты, я готов на подобные подвиги.

Он обнял Марго, сильно прижав ее к себе и проведя рукой по ее щеке. После этого он протянул руку Габриэле, которого как будто не сразу заметил:

– Привет, я Франческо. Мы, кажется, не знакомы.

Габриэле стоял с каменным лицом. Жест Франческо не остался незамеченным. Так обращаются со своими женщинами. Франческо уверенно и демонстративно метил свою территорию. Габриэле механически протянул в ответ руку:

– Габриэле… да… кажется, не встречались.

Марго хотелось все ему объяснить. Здесь и сейчас, чтобы не было недомолвок. Но совсем не было времени. Потом. Все потом. Габриэле смотрел на нее со смесью жалости и разочарования.

– Ну что ж… – Франческо нетерпеливо потер руки.

– Ну что ж… – сказал Габриэле. – Я вас, пожалуй, покину.

– Габриэле, – начала было Марго.

– Удачи, – холодно улыбнулся Габриэле. – Я надеюсь, что у тебя все получится…

Он повернулся и зашагал в сторону своего «Порше». Марго смотрела ему вслед. Ей было стыдно, и она презирала себя. Да, именно это она заслужила. Только так и могло все закончиться с Габриэле. Справедливо.

– Марго… – позвал ее Франческо. Увидев, что она расстроена, добавил: – Твой ухажер, что ли? Извини, я не понял.

– Это коллега, – ответила Марго.

– Ну… Плывем? – Франческо легко запрыгнул в лодку и подал руку Марго.

Марго почувствовала приступ дурноты, когда палуба закачалась под ней. От воды ее отделяла лишь обшивка. Франческо отвязал лодку от причала.

Марго уцепилась за борт. Так меньше качало. Она не могла собраться с мыслями.

– Корнаджа? – спросил ее Франческо.

– Нет… Ты знаешь, где вилла Бенедетто?

– Почему Бенедетто? – растерялся Франческо. – Я знаю, но… Это же дальше… И ты сказала, что Корнаджа… И вообще… И топлива больше…

– Франческо, так получилось, – взмолилась Марго. – Я только что поняла… узнала… Прости. Я не хотела вводить тебя в заблуждение.

– Ну ладно, – буркнул Франческо и надел дождевик. – Зайди внутрь, что ли, льет же… Но не забудь снять обувь.

Марго вздохнула: все-таки есть на свете место, где итальянцы разуваются!

Босиком она вошла в роскошный салон. Дорогие породы дерева, которые нельзя пачкать обувью, и кожа особой выделки. Едва Марго успела сесть в кресло, лодка рванула, резко подняв нос. Марго замутило, начался приступ клаустрофобии. Она посреди озера. Под ней четыреста метров воды. Она внутри хрупкой лодки. Марго схватила какую-то шоколадку, лежавшую на столике, пытаясь справиться с паникой.

Наконец они добрались до виллы Бенедетто. С воды она казалась совсем другой – миниатюрной и даже уютной. Над поверхностью выступал острый полузатопленный верх железных ворот, которые были закрыты. Лодочного сарая не было видно, но Марго вспомнила лужайку, где они стояли с Энцо. Очевидно, что эллинг должен быть под ней.

– Ну вот, что могу, – сказал ей Франческо.

В его тоне слышалась радость: все закончилось и можно плыть обратно. А Марго потом еще будет должна. О, она долго, долго будет ему должна.

Марго, не обращая внимания на Франческо и его нетерпеливые жесты, снова позвонила Энцо. Тот сразу ответил:

– Извини. Ничего не получилось.

– Понятно, – ответила Марго и нажала отбой.

– Что делаем, Марго? – Франческо начинал выходить из себя и уже явно пожалел, что согласился участвовать в этой авантюре. На Марго, в конце концов, свет клином не сошелся!

– Мы можем как-то открыть ворота снаружи?

– Во-первых, это незаконно, – начал Франческо. – А во-вторых, нет. Иначе все бы открывали и забирались в эллинги. В чем тогда был бы смысл этих ворот?

Марго аккуратно перешла на нос лодки, где у руля стоял Франческо, и увидела, что створки ворот колышутся – между ними была натянута цепь, закрытая на замок. Но оставался зазор сантиметров в сорок.

– Марго… – У Франческо явно сдавали нервы. – Ну давай уже, возвращаемся. Ничего не выйдет.

– Подожди меня здесь, – ответила Марго, снова зашла в салон и стала раздеваться. Сбросила пальто, свитер. Она не думала о том, что делает. Она должна была двигаться вперед, дойти до конца и узнать правду.

Марго представила себе беспомощное женское тело. Как медленно и неумолимо приближается вода, как она попадает в рот, заполняет гортань, проникает в трахею… легкие… Человек не может дышать. Умирает. Марго поняла: вода убивает, лишь только представляется такая возможность.

– Ты с ума сошла? – закричал Франческо, когда увидел, что Марго сняла одежду. Он выключил двигатель и замер в растерянности. Лодку качало.

Марго подошла к краю и прыгнула в воду. Франческо закричал ей вслед:

– Сумасшедшая! Что ты творишь?! Вернись! Какого черта?!

Вода словно обожгла ее. Марго быстро заработала ногами и руками, но холод был невыносимым. Температура воды зимой в озере – двенадцать градусов, вспомнила она: когда-то прочитала про эту температуру в каком-то справочнике.

Пробравшись в щель между воротами, Марго поплыла к эллингу. Франческо по-прежнему орал что-то ей вслед.

«Не хватало еще замерзнуть и утонуть», – с тоской подумала Марго. Но эта мысль придала ей сил, и она задвигалась быстрее.

«Эх, если бы удалось договориться, можно было бы просто спуститься в этот чертов сарай по лестнице!» – проклинала себя Марго.

Оставшаяся на ней одежда неприятно прикасалась к телу. Плыть было тяжело. Пресная вода, в отличие от соленой, не держит. Марго не понимала, какая под ней глубина и что именно находится под ней. Она боялась случайно что-то задеть – холодное, скользкое или, наоборот, острое.

Наконец глаза Марго привыкли к темноте. Она увидела лодку. Надо найти лестницу в эллинг, хозяева же как-то спускались сюда. «Она должна быть справа, со стороны виллы», – предположила Марго и не ошиблась. В нормальной жизни эти ступени вели бы на узкую квадратную площадку-помост, окружающую лодку. Но сейчас площадки не было видно – она скрылась под водой.

«Не успела?» – подумала Марго. Нащупав босыми замерзшими ногами ровный бетон, она встала и двинулась по помосту, шаря руками по стене. И тут же натолкнулась на что-то большое. Что-то преграждало ей путь. Марго протянула руку и поняла, что перед ней тело. Мертвое тело. Марго отпрянула. «Не успела», – с горечью поняла она и двинулась назад по помосту. Дойдя до конца, она крикнула Франческо:

– Вызывай полицию! Срочно!

Франческо откликнулся:

– Да блядь! Я так и знал!

Марго очень замерзла. Она не знала, что делать. Плыть обратно на лодку? Или… Марго вернулась к телу Нуччи. Вспомнила, что у нее в кармане водонепроницаемый телефон, который, в отличие от нее, воды не боялся. Включила фонарик и посветила на бетонную стену эллинга. Выключатель. Чтобы добраться туда, Марго пришлось прикоснуться к телу и оттолкнуть его. Вспыхнул свет. Марго, дрожа от холода, обернулась – в темной воде, в такт ее движениям, безвольно покачивалась мертвая Нучча с открытыми глазами на страшном перекосившемся лице. На поверхности плавали седые волосы. Ее руки были привязаны к железному кольцу, вмурованному в стену, строительными стяжками – такими же, как у Арно.

Марго увидела дверь, к счастью, не запертую. Снова бетонные ступеньки. Марго бежала босиком по дорожке, посыпанной острым гравием, слыша вой сирены.

Ей открыла испуганная филиппинка. На крик прибежала Луиза. Дальше Марго помнила плохо. Ее раздевали, вытирали. Марго была в сознании, но мысли путались. Приехали медики. Появился бледный Энцо. Он что-то кричал, размахивая руками. «Мой дорогой Энцо», – с нежностью подумала Марго и отключилась.