В последние годы я был прилежным собирателем брошюр и довольно постоянным читателем всевозможной политической литературы. Что в наше время все больше поражает меня – как, впрочем, и многих других, – так это невероятная порочность и бесчестность политических споров. Я имею в виду не только то, что дискуссии носят острый характер, – они именно такими и должны быть, когда речь заходит о серьезных темах. Суть в следующем: похоже, если есть возможность набрать в споре очередное очко, практически никто не считает, что его оппонент заслуживает быть выслушанным или что объективная истина имеет хоть какое-то значение. Когда я просматриваю свою коллекцию брошюр (консервативных, коммунистических, католических, троцкистских, пацифистских, анархистских – всяких), мне начинает казаться, что почти все они имеют одинаковую ментальную атмосферу, хотя акценты стоят по-разному. Никто не занимается поиском истины, все выдвигают свои «доводы», полностью пренебрегая необходимостью придерживаться принципов объективности или достоверности, и самые очевидные факты могут быть проигнорированы в том случае, если они неудобны той или иной стороне. Одни и те же пропагандистские уловки встречаются почти повсеместно. Даже чтобы просто классифицировать их, потребовались бы десятки страниц. Однако сейчас мне бы хотелось обратить особое внимание на одну очень распространенную и весьма спорную привычку – игнорировать мотивы своего оппонента. Ключевое слово здесь – «объективность».

Считается, что важно оценивать лишь объективные действия человека, а не его субъективные чувства. Таким образом, пацифисты, препятствуя военным усилиям, «объективно» помогают нацистам. Следовательно, тот факт, что они могут негативно отзываться о фашизме, не имеет никакого значения. Я и сам не раз это подчеркивал. Тот же аргумент применяется и относительно троцкизма. Троцкистов часто считают – по крайней мере, коммунисты – активными и сознательными агентами Гитлера. Однако, когда вы указываете на многочисленные и очевидные причины, согласно которым это утверждение вряд ли соответствует действительности, вновь упоминается принцип «объективности». Критика Советского Союза идет на пользу Гитлеру, следовательно, «троцкизм – пособник фашизма». Коль скоро это установлено, появляется веское основание для обвинения троцкистов в сознательном предательстве.

Попытки следовать такому принципу не только бесчестны, но и чреваты серьезными последствиями. Если игнорировать мотивы людей, то предугадать их действия становится намного сложнее. Ведь случается, даже сбитый с толку человек способен осознать, к чему приведет его поведение, и сделать соответствующие выводы. Вот простой, но вполне вероятный пример. Пацифист выполняет какую-то деятельность, которая дает ему доступ к важной информации военного характера. К нему обращается секретный агент, работающий на Германию. В этих обстоятельствах его субъективные чувства действительно имеют определяющее значение. Субъективно симпатизируя нацизму, он предаст свою страну, если же это не так, то воздержится от подобного шага. Схожие ситуации (хотя и менее драматичные) возникают сплошь и рядом.

На мой взгляд, некоторые пацифисты внутренне симпатизируют нацизму, а в радикальные партии левого толка неизбежно будут внедрены фашистские шпионы. С учетом этих обстоятельств крайне важно выяснить, кто из пацифистских кругов честен, а кто нет. Обычные огульные обвинения только усложняют задачу. Атмосфера ненависти, в которой ведется политическая полемика, не позволяет спорящим адекватно воспринимать соображения такого рода. Бывает невыносимо признать, что оппонент может быть одновременно и честным, и умным. Гораздо приятнее сразу же выпалить, что он дурак или негодяй, или и то и другое, нежели выяснять, кто же он на самом деле. Именно такой склад ума, помимо всего прочего, сделал политическое прогнозирование на редкость безуспешным занятием.

Tribune, 8 декабря, 1944