Ресторан при городской оранжерее считался одним из самых дорогих заведений города. Муниципальные власти тратили немало бюджетных средств, чтобы сохранить редкие и вымирающие виды растений, исчезающие из-за изменения климата. Деньги требовались прежде всего на воду и поддержание оптимальной температуры воздуха. В конце концов, оценив смету оранжереи – дефицитную, хотя ее посещение было платным, – городской экологический комитет выступил с предложением отдать под ресторан второй этаж, чтобы окупить часть затрат. Те, кто мог себе позволить здесь бывать, ценили ресторан за необычный интерьер и атмосферу джунглей. Переступая порог, посетитель попадал из мраморно-асфальтового мира в зеленое пространство с уникальным климатом. Со второго этажа, где были расположены столики, открывался вид на прогулочную аллею внутри оранжереи. Оттуда ввысь тянулись деревья: при желании гости ресторана могли их коснуться, свесившись через ажурный парапет. К потолку были подвешены пузатые клетки с птичками – канарейками и попугайчиками (объектами не одного судебного иска, предъявленного за жестокое обращение с животными, от конкурирующих ресторанов). По всему периметру ресторана стояли прямоугольные удлиненные кашпо с цветами, наполнявшими воздух богатым, сложным ароматом.

– Спасибо, что нашла время, – сказал Богдан, когда Регина села перед ним.

Она выглядела усталой и запыхавшейся. Волосы, гладко уложенные в строгий хвост, немного выбились по бокам.

– Давно не виделись, – улыбнулась она.

Они не встречались уже несколько лет, хотя когда-то вместе учились на юридическом. Богдан ушел после третьего курса и перевелся на экономический, поскольку его больше привлекал бизнес. Но до того момента Регина и Богдан дружили, будучи «ботаниками», помешанными на книгах, знаниях и учебе. Повзрослев, они наблюдали друг за другом со стороны. Это было несложно, ведь в какой-то момент оба добились таких высот, что их жизнь можно было отследить по заголовкам в СМИ. Регина удивилась, получив приглашение Богдана (второе неожиданное приглашение за последнее время), но сразу согласилась, вспомнив их дружбу и последние новости о его компании.

– Как ты? – спросила она, чувствуя, что этот вопрос нужнее ему, чем ей: он сжимал в руке стакан с чистым виски.

– Да, знаешь, полный хаос. Извини, что я вот так сразу.

– Видела твое выступление на форуме, – сказала Регина. – Я целиком на твоей стороне.

– Дело даже не в этом, – покачал головой Богдан, сделав глоток виски. – Но спасибо.

– А в чем?

– Мы разводимся с Кристиной.

– Да ты что! – Регина была поражена.

Она была в числе приглашенных на тот день рождения, где Богдан встретил будущую жену, и лично наблюдала их отношения с момента знакомства. Образ Богдана и Кристины возникал в голове Регины всякий раз, когда она представляла себе идеальный брак. Как часто бывает в таких случаях, она подумала о муже.

– Что случилось?

– Поймала меня на измене. Сказала, что уйдет. Я вспылил, потому что у нас уже давно… ну ничего не было. Меня взбесило, что она требует от меня верности, когда сама… Ты понимаешь. Если честно, чем дальше, тем больше мне кажется, что это случилось как-то на эмоциях, необдуманно, словно мы оба встали в позу.

– Я очень сочувствую, – сказала Регина, и это правда было так.

Если даже такие пары разводились, что уж говорить про ее семью? Она остановила официанта и попросила бокал вина.

– А как твоя дочь? Катя, да?

– В этом все и дело. Кристина хочет забрать ее себе. Катя еще маленькая, не может выбирать сама, с кем остаться.

– Но ты… Сможешь ведь ее навещать или забирать на выходные?

– Да, да. Но, сама знаешь, это все не то.

Регина согласилась. Честно говоря, она умудрялась целыми днями не видеть сыновей, даже живя с ними в одной квартире. Так что сложно было вообразить, как можно сохранить связь, видясь с ребенком только по выходным – и то не каждую неделю.

– Да, наверное.

– Но, вообще, я хочу, чтобы она осталась со мной. Будет суд. – Богдан понизил голос и сделал еще глоток виски.

Регина пыталась не выдать своего удивления.

– Я тебя понимаю. К сожалению, суды редко поддерживают отцов. Но в любом случае…

– У меня есть деньги, – соврал Богдан.

– Да, конечно, – кивнула она. – Я думаю, это существенно увеличит твои шансы.

– На самом деле не слишком, поэтому у меня есть некоторые идеи, как…

Богдан хотел поделиться с Региной своим планом. Только для этого он и попросил подругу о встрече. Ему нужен был трезвый взгляд не заинтересованного в деле человека. Человека с холодным умом. Обычно он не нуждался ни в чьих советах, но сейчас никак не мог определиться, идти ли ему по той дороге, которую предложила Ева. Компрометировать ли Кристину, выставлять ли ее неуравновешенной. Он не мог понять, что удерживает его от окончательного решения: моральная сторона вопроса или привязанность к жене. Богдан боялся, что даже если согласится на демонстрацию записи, то не удержится и отзовет ее прямо во время рассмотрения дела.

– Извини, что перебиваю. А что думает Катя? Ты пробовал как-то поговорить с ней, чтобы узнать, чего бы ей больше хотелось?

– С дочкой?

Богдан все пытался как-то подступиться к своей главной дилемме, поэтому вопрос Регины поставил его в тупик. Он вдруг понял, что ни разу не задавался им сам.

– Ну да. Хотя понимаю, такой разговор может ее ранить… Может быть, как-то аккуратно, не напрямую, попробовать узнать, как она воспримет тот или иной сценарий?

– Я не подумал про это, – признался Богдан.

Регина улыбнулась и положила руку ему на плечо, придвинувшись поближе.

– Все будет хорошо.

– Ну а ты как? А то все про меня да про меня. – Богдан решил взять паузу и пока не рассказывать про видео.

Почему-то после слов Регины ему стало немного стыдно говорить об этом.

– Я… тоже в раздрае, если честно, – ответила она и сделала глоток. – Мою фирму обманом наняли на одно дело, чтобы отобрать у хорошего человека жилой квартал в Окунево.

– Окунево? У меня есть там земля.

– Правда?! – Регина поперхнулась от удивления.

– Ну да. Там же проектом занимается Матвей Карагач, да? Я фанат его проектов. «Экотрекер» – очень удобный. И остальное. Я взял себе два участка, еще не заселился.

– Это замечательно, Богдан, – сказала Регина. – Я слышала, место просто райское. Тебе там очень понравится. И дочку сможешь отвезти.

Она надеялась приободрить друга, но это замечание лишь напомнило Богдану о второй беде, которая мучила его едва ли не больше первой.

– Не уверен, что я там побываю.

– Почему?

– Потому что… Может быть, придется их использовать. Ну чтобы закрыть разные обязательства, скажем так.

Регина поставила бокал.

– Все настолько серьезно?

Богдан кивнул, опустошил свой стакан одним большим глотком и развел руками.

– Моя компания по факту банкрот. Вот так.

Она не знала, что на это ответить. Как такое вообще произошло?

– Может быть, что-то еще можно сделать?

Богдан отрицательно покачал головой.

– Мы многое пробовали. Ходили в банк, ходили к государству. Мы никому не нужны. Вернее, нужны, но им пока не до нас. А я больше не могу. Если я не признаю себя банкротом, суд сделает это на своих условиях.

– Мне так жаль, – второй раз за вечер искренне посочувствовала Регина.

– Ну ладно, я не очень хочу говорить о себе. Расскажи лучше про свое дело, что там с этим Окунево? А потом давай напьемся, а?

Официант принес ему второй стакан, и они чокнулись. Регина с грустью подумала, что неунывающий, непобедимый Богдан всегда был для нее примером. Примером оптимизма и умения справляться с любыми испытаниями. Когда-то было невозможно представить себе эту картину: Богдан, страховой магнат, пьет в ресторане городской оранжереи, потому что его компания на грани банкротства. Что за сумасшедшие времена.

– Дело безнадежное, – заговорила Регина, надеясь отвлечь друга своим невеселым рассказом. – Я узнала, что за всем этим стоит судья. Михаил Чекисов. Его сестра взяла в аренду участок в Окунево и дала липовые показания. Планируется, что мой клиент выиграет суд под протекцией судьи. У Матвея заберут Окунево за нарушения, выставят на государственных торгах, и мой клиент купит их за бесценок.

– Зачем им это нужно? – удивился Богдан.

Регина пожала плечами.

– Может быть, там откат, доля. Но вообще, Матвей им всем поперек горла. Он слишком свободомыслящий. Решили на его примере проучить таких же.

– Таких, которые подают в суд на «Автошинпром»? – грустно усмехнулся Богдан и сделал большой глоток.

– А с другой стороны – действительно, зачем? – спросила Регина и у него, и у самой себя. – Это борьба за ресурсы? Но ведь Матвей никаких ресурсов не тратит. Да, ограничивает кого-то. Но это же капля в море.

– Тут не ресурсы. Тут власть, – коротко сказал Богдан, изучая взглядом желтую канарейку за спиной Регины. Птица перебирала лапками по жердочке, нервно перемещаясь из одного конца в другой и обратно. – Все, что имеет значение для них, – власть и больше ничего, я бы так подумал. Но черт с ними. Как ты обо всем узнала?

– Матвей нанял мою коллегу, она это откопала. Ну и жена клиента помогла связать все ниточки. Они там на грани развода тоже. Иногда это полезно, как видишь. – Она грустно хохотнула, сделала большой глоток и осеклась. – Ой, прости. Под вином я несу бог знает что.

– Ничего. Хорошо, что ты хотя бы все выяснила. Я могу что-то сделать? – спросил Богдан.

Он давно не пил таких крепких напитков, и из-за алкоголя захотелось действовать.

– У тебя достаточно своих проблем. Просто хотела поделиться. Не думала, что меня после стольких лет карьеры вот так поимеют.

Богдан молча поднес стакан к ее бокалу. От звона стекла обоим почему-то стало смешно.

– И все-таки у меня есть идея. Я еще подумаю и дам тебе знать. Много у тебя времени?

– Рассмотрение на следующей неделе.

– Я подумаю, обещаю, – твердо сказал Богдан и действительно отвлекся от мыслей про развод настолько, что больше не поднимал эту тему.

Регина сдержанно кивнула и допила вино. Его готовность помочь была благородной, но бессмысленной. Разве тут можно сделать хоть что-то, особенно когда и своих проблем хватает? Но даже если все рушится, приятно знать, что у тебя есть друг. Пусть и все, что вам остается, – это выпить за свои беды.

Когда они вышли из ресторана, уже почти стемнело. С удивлением Регина обнаружила, что не ощущает привычного зноя. Что-то мелкое упало на голову и затерялось в волосах. Она подняла руку, чтобы проверить, и почувствовала, как несколько дождевых капель отпечатались на коже. Этим вечером в городе начался дождь.