Зенон однажды поймал раба за кражей и выпорол его.

«– Но мне суждено было украсть! – сказал ему находчивый раб.

– И суждено быть битым, – ответил Зенон» [711].

КАКОЙ СМЫСЛ В НАКАЗАНИИ?

Согласно стоикам, все в мире следует своей судьбе. Каждый наш поступок, даже самый чудовищный, предопределен сплетением причин. Так и личность преступника формируется из множества негативных факторов. Например, насилие в детстве, регулярные избиения и ненависть со стороны родителей, травля, нарушение работы головного мозга, психопатия… А к преступлению его приводит совокупность событий, когда «убить» становится лучшим выбором в его обстоятельствах. Преступник – такая же игрушка судьбы, как и все мы.

«Так что же, выходит, человек никогда не нуждается в наказании?» – спрашивает Сенека. И отвечает: «Отчего же, нуждается, только наказывать нужно без гнева, с умом; наказание должно не вредить, а лечить под видом некоторого вреда» [712].

ЛЕЧЕНИЕ, А НЕ НАКАЗАНИЕ

«Лечение» – именно так Сенека называл наказание за преступления. Как всегда, даже перед преступником, стоик сохраняет спокойствие. Он понимает, что это просто человек с нездоровым разумом, результат своей судьбы и ложных убеждений.

Мудрец относится к преступникам как к неразумным детям: «Дети и взрослые живут во власти равного заблуждения, только у старших оно обращено на другие предметы. Поэтому мудрец прав, принимая их оскорбления в шутку и время от времени угрожая им наказанием и больно наказывая – не оттого, что он на них обиделся, но оттого, что они вели себя дурно, и для того, чтобы впредь они этого не делали» [713].

Мудрец оценивает человека. Когда человека можно исправить, то он постарается ему помочь. Одного сбили с пути приятели, другой был воспитан в полной безнаказанности, которая исказила его характер. Если мы можем исправить этих людей, то это лучшее, что мы можем сделать. Однако если мудрец видит, что человека исправить нельзя, то он изолирует его от общества, чтобы он не мог больше причинить вред.

ЗАЧЕМ НАКАЗЫВАТЬ ПРЕСТУПНИКОВ?

Как говорил Сенека [714], наказание существует по трем причинам:

1. Исправление самого человека – чтобы он понял, что так нельзя.

2. Наказание одного человека показывает другим людям, что так делать нельзя.

3. Искоренение зла и защита общества от опасности.

Законы уменьшают вероятность того, что кто-то причинит зло. «Мы убиваем бешеных собак; закалываем неукротимо дикого быка; пускаем под нож больных овец, чтобы они не перезаразили все стадо», – образно говорит об этом Сенека [715].

КАК СУДИТЬ ЧЕЛОВЕКА

«Наказывать надо не за прошлое, а ради будущего. Наказание всегда должно считаться не с прошлым, а с будущим, ибо оно есть выражение не гнева, а предосторожности» [716].

Нет никакого рационального смысла наказывать человека за то, что уже прошло. Это только подпитает наши собственные страсти: злобу, ненависть и гнев.

Цель наказания – предотвратить преступление и обезопасить общество. Поэтому судья должен ориентироваться не на прошлое, а на будущее. Человеку, который убил по неосторожности, случайно, он даст наказание мягкое. Цель этого наказания в большей степени – предупредить общество. А маньяка, который наслаждается убийствами, он постарается изолировать на как можно более долгий срок.

НИКОГДА НЕ СУДИТЕ В ГНЕВЕ

Сократ однажды сказал своему рабу: «Я побил бы тебя, если бы не был сердит» [717].

Гнев – это страсть, она лишает нас разума и не дает принимать адекватные решения. Сколько раз вы делали что-то в гневе, а потом узнавали, что все поняли не так и ужасно виноваты?

Гнев и разум – это два взаимоисключающих состояния. В гневе, глядя на все с высоты своего высокомерия, мы неспособны увидеть истину, даже если ее поставят прямо перед носом. «Главное зло гневливости заключается в том, что она неуправляема. Она гневается на саму истину, если ей покажется, что истина противоречит ее воле», – пишет Сенека [718].

Ваша жена пожаловалась, что к ней приставал ваш друг. Вы в ярости его избили, не обращая внимания на его оправдания. А через неделю увидели, как ваша жена с ним кокетничает. Реальность многогранна, и во многих случаях то, что нам кажется, – необязательно правда.

«Разум терпеливо выслушивает обе стороны, а затем и сам просит отсрочки, чтобы хватило времени взвесить все и найти истину; гнев торопится. Разум хочет вынести такое решение, которое было бы справедливым; гнев хочет, чтобы считалось справедливым то, что он заранее решил» [719].

СКЛОНЯЙТЕСЬ В СТОРОНУ ЧЕЛОВЕЧНОСТИ

«Удержать равновесие трудно, а потому, случись отклониться от справедливого, пусть перевесит человечность» [720].

Если вы оказываетесь на развилке и понимаете, что не можете принять адекватное решение, потому что ведомы эмоциями, – склоняйтесь к милосердию. Если чувствуете, что вас захватывают страсти – гнев и злоба, то сделайте наказание мягче того, которое хотели бы назначить.

Дело здесь не в жалости, а в том, что решения, принятые в порыве гнева, могут принести много негативных последствий. «Милосердным назову не того, кому легче прощать чужие обиды, но способного сдержать буйство, подстрекаемое личным мотивом», – говорит Сенека [721].

Задумайтесь, если бы вы судили самого себя – вы так же спешили бы с вынесением приговора? Как пишет Сенека, приговор, который выносит судья, должен для него иметь такое же значение, как и для подсудимого, потому что его слово решает судьбу другого человека.

Несвершившееся преступление

Можно ли считать несвершившееся преступление преступлением? Стоики говорят, что да. И их слова звучат убедительно:

«Допустим, кто-то дал мне яд, который, смешавшись с пищей, утратил свою силу; подмешав яд, этот человек сделал себя преступником, хотя и не причинил вреда. Разбойник, чей нож скользнул по одежде, не ранив жертвы, от этого не перестает быть разбойником. Всякое преступление, даже если оно не достигло своей цели, уже совершено – поскольку это касается его виновника» [722].

Преступление было задумано и свершилось бы, если бы судьба не отвела «руку смерти». Когда не преступника, а судьбу надо благодарить в случившемся – какие смягчающие обстоятельства у него есть?

ЧТО ПОЧИТАТЬ

Сенека, «О гневе».

Сенека, «О милосердии».