Утро в школе-пансионе начиналось со звона будильников, которые кто-то выключал сразу, а кто-то – лишь с третьего раза.

За окнами ещё серел предрассветный туман, когда в коридоре жилого корпуса раздались шаги.

Кира появилась первой – как будто и не ложилась вовсе, а всю ночь гладила форму: белоснежная блузка, жакет, аккуратно завязанный галстук. Волосы – в высоком хвосте, без единой выбившейся пряди. В руках – блокнот и планшет. За спиной рюкзачок.

Сашка вынырнул следом – сонный, на щеке полоска от подушки. Воротник пиджака торчком, но рубашка заправлена, кроссовки начищены. Он зевнул и помахал Кире в знак приветствия.

Илья вышел последним – как всегда, с растрёпанными волосами, зато на лице – самая довольная в мире улыбка.

– Ну и утро, – протянул он, прикрывая рот рукой. – Кто вообще придумал дежурства до завтрака?

– Якобсон, – буркнула Кира, не сбавляя шага.

– Не пойму, почему Корнеев ему это позволяет? Прям бесит, – высказался Сашка.

– Ничего, будет и на нашей улице праздник. А пока я, как самый голодный, предлагаю сначала позавтракать. – Илья потёр руки. – Вас где поставили? Я на первом. Ближе всех к столовке. Судьба ко мне благосклонна.

– Я – на третьем. Как назло, – вздохнул Сашка, зацепившись рюкзаком за перила. – Самый скучный. Ни призраков, ни рабочих.

– А у меня – второй, – отозвалась Кира, энергично спускаясь по лестнице. – Как раз возле западного крыла.

– Раскинули нас, как шпионов по территории, – сказал Илья. – Получается, ты у нас сегодня на передовой.

– Ну, если кто-то сунется – пиши в чат. – Сашка посмотрел на Киру с некоторым беспокойством. – Без самодеятельности.

Кира пожала плечами, но не возразила. В одиночку противостоять рабочим она и не планировала.

Друзья прошли коридор, соединяющий жилой и учебный корпуса, и свернули к столовой, откуда уже доносился звон подносов и запах пирожков, омлета и фруктового чая. На стене возле входа висело расписание работы и меню. Рядом – объявление: «Поел – убери за собой».

Они взяли подносы, налили чай, положили омлет, хлеб. Столовая была ещё пустая. В такое раннее время завтракали только дежурные и учителя, которые приезжали в школу пораньше. Заняли столик. Илья с аппетитом впился зубами в пирожок, как вдруг Кира сказала:

– Кстати. Вчера вечером моя соседка по комнате – ну, вы её точно видели, рыженькая такая, из параллельного, Алиса…

– Ага… помню, – пробубнил Илья с набитым ртом.

– Я тоже, – отозвался Сашка, жуя омлет.

– Так вот… она вчера снимала кое-что для блога. Я глянула, и, знаете, что там?..

Мальчишки перестали есть и посмотрели на Киру вопросительно.

– Там рабочие попали в кадр. Примерно в тот момент, когда мы их увидели с лестницы второго этажа.

– Офигеть! – Илья от удивления вытаращил глаза.

– И? – не выдержал Сашка.

– На видео очень хорошо видно, что они зашли не в библиотеку, а в кабинет литературы.

– Вот оно! – Сашка аж подпрыгнул на стуле. – Вот доказательство! Я прав! Там потайной ход!

– Что?! – Илья выронил пирожок из рук. – Кир, ты уверена?

– Абсолютно. Я промотала пару раз. За Алисиной спиной, на заднем плане, открывается дверь, рабочие заходят. Чётко не видно, чем занимаются, но они точно не в библиотеку зашли. И ещё…

– Что? – Сашка наклонился ближе.

– Там мелькнули Власов и Долгов. Они с рабочими рядом. Что-то говорят. Но Алиса была в наушниках и разговора не слышала.

– Вот это поворот, – опешил Илья. – Власов и Долгов помогают рабочим? Быть не может. Власов – умный парень. Зачем ему? Да и Долгов из приличной семьи.

– Это всё очень-очень странно. – Кира нахмурилась.

Все трое замолчали, доедая завтрак в глубоких раздумьях. Время поджимало. Пора было идти на свои посты и начинать дежурство.

– Разбегаемся. Каждый на свой этаж, – сказала Кира. – Но, если кто-то что-то заметит, сразу пишем в наш чат.

– Договорились, – кивнул Сашка.

Они вышли из столовой и дошли до холла.

Илья вдруг резко остановился.

– Тихо. Смотрите! – Он прижал палец к губам.

Между гардеробом и турникетом они увидели Власова. Тот о чём-то разговаривал с рабочим, у которого нос был как у Бабы-яги. Рабочий сунул Артёму в руки какой-то свёрток. Власов поспешно спрятал его в рюкзак и направился к выходу.

– Что он делает? – вскипел Сашка. – Он что, с ними заодно?

Кира сжала зубы:

– Может, он просто… не понимает, что творит?

– А может, наоборот, – прекрасно понимает. – Илья прищурился. – Но если мы сейчас рванём за ним…

– Тогда что?

Илья улыбнулся той самой улыбкой, за которой всегда скрывался какой-то грандиозный план.

– Я прослежу. Один. А вы – по местам. И будьте на связи.

Илья приложил пропуск к турникету и вышел на улицу через несколько минут после Власова. Промозглый осенний ветер ударил в лицо. Илья втянул голову в плечи и ускорил шаг. Он успел заметить, как Власов свернул направо, за угол школы, и двинулся за ним. Затаился, выглянул из-за угла. Власов шёл, чуть сутулясь, с рюкзаком на одном плече. Он явно старался выглядеть так, будто просто решил прогуляться. Но уж слишком часто он озирался, слишком напряжённо держался. Илья понимал: он не гуляет – он проверяет, не следит ли кто.

За школой, в тенистом углу двора, находился старый склеп – небольшая полуподземная постройка с округлой каменной крышей, напоминающая вход в винный погреб. Легенда гласила, что в девятнадцатом веке здесь была чья-то могила. А теперь – просто заброшенное, поросшее мхом строение с почти развалившейся деревянной дверцей и висящим замком, который давным-давно никто не открывал.

Власов подошёл к склепу, оглянулся, присел, потянул за торчащий камень внизу кладки – и небольшая плитка у основания двери сдвинулась с места. Под плиткой оказалась полость. Не глубокая, но её вполне хватало, чтобы спрятать что-то не слишком объёмное.

Власов достал из рюкзака продолговатый свёрток, засунул в чёрный мусорный пакет и запихнул его внутрь. Прижал плитку обратно, прикрыв пучком сухой травы. Всё – за минуту. Раз – и готово.

Илья не верил своим глазам. «…У него есть тайник. Схрон краденого!»

Власов ушёл. Илья подождал немного. Приблизился к склепу, отбросил траву, потянул за торчащий у самой земли камень. Плитка отъехала в сторону.

Осторожно раскрыв пакет и развернув свёрток, Илья увидел толстый альбом в кожаной обложке, на которой еле виднелись стёртые золотые буквы: «Химическая лаборатория. Учёт». Ещё там лежали два тома в потрёпанных переплётах – один явно старинный, второй – из библиотечного фонда, с ярлыком и штампом, и несколько предметов, завёрнутых в ткань: серебристая мензурка, подсвечник, похожий на церковный, резной латунный футляр с застёжкой, а ближе ко дну – пузатая серебряная колба с герметичной крышкой.

Илья почувствовал, как леденеют пальцы. В голове запульсировала мысль: «Всё серьёзно. Очень серьёзно. Это уже не игра».

– Сдать? – спросил он сам себя. – Или…

Он не договорил. Телефон в кармане завибрировал.

«Доставлено», – гласило сообщение.

Илья судорожно выдохнул и метнулся в обход здания к проходной. Там, как всегда, сидел охранник с лицом каменного гриба. При виде Ильи он оживился:

– О, Абрамов! Тебе посылочка пришла.

– Спасибо, дядь Вить. – Илья выложил из рюкзака заранее приготовленный сок. – Как договаривались.

– А ты – как швейцарские часы, – хмыкнул охранник. – Не вскрывал. Сказали, хрупкое.

Коробка оказалась размером чуть меньше микроволновки. На ней была надпись: «ОКО-3. Комплект подповерхностной радиолокационной разведки». Под крышкой – прибор с двумя блоками, похожими на пульт управления дронами, длинный кабель, антенна и инструкция на три страницы. Схемы, кнопки, предупреждения.

Илья побежал к лестнице, на свой пост, где должен был дежурить.

В подлестничном шкафчике – том самом, где прячут тряпки и швабры, он положил ОКО-3 между ведром и бутылкой с наклейкой «Химия. Не трогать». Закрыл дверцу.

– Так вот, – начал Илья, когда все собрались. – Власов спрятал свёрток в тайнике под склепом. Я проверил. Там вещи. Ценные. Старинные. Документы, приборы… Они точно из лаборатории.

Кира замерла. Сашка уставился куда-то в одну точку.

– Власов? Ворует? – выдавил он. – Это… просто не укладывается в голове.

– Как-то всё очень странно, – задумчиво проговорила Кира.

– Получается, он в сговоре с рабочими? – Сашка растерянно сглотнул. – Это ж тюрьма.

– Я не хочу, чтобы его посадили, – тихо сказал Илья. – Но что делать? Я это видел. Это факт. Однозначно Власов помогает рабочим выносить вещи из лаборатории.

– Так. Стоп. Давайте думать. Зачем он это делает? – прошептала Кира. – Его заставили? Шантажируют? Или он…

– Или он просто любит деньги, – угрюмо закончил фразу Сашка.

– Ну не знаю… – Кира посмотрела на мальчишек. – Если расскажем – будет скандал. Если нет – украдут. А потом нас обвинят, что знали и молчали.

– У нас есть только один выход, – Илья встрепенулся. – Нам надо им помешать.

– Это ты сейчас про что? – хмуро поинтересовался Сашка.

– Мы же дежурные? Вот и будем дежурить на совесть. С постов не уходим, если кто-то из них пойдёт – просим показать, что он несёт. Просто не дадим им выйти на улицу. Если что, скажем, это личное распоряжение Корнеева. До трёх часов дотянем. Потом приедет комиссия, и они уже ничего не вынесут. А ночью… Ночью мы окончательно разрушим их планы.

– Вот тут поподробнее, пожалуйста. – Сашка сдвинул брови, и его веснушки сбежались к переносице.

Кира озабоченно вздохнула, мысленно прикидывая, что она скажет Алисе, если соберётся на ночь глядя уходить из комнаты. Соседка попросится пойти с ней или опять устроит бойкот?

– ОКО-3, – ухмыльнулся Илья. – У нас теперь есть настоящий георадар. Подключим, проверим. Ночью пойдём в ремонтную зону, в класс химии, посмотрим, что там за кладовку нашли, ну и с «оком» мы запросто найдём вход или что там есть. А уж обнаружить припрятанные сокровища не составит труда.

– Ты шутишь? – Кира округлила глаза.

– Нет. Прибор у меня. Под лестницей. Сегодня ночью – операция. Мы отыщем этот ход. И узнаем, что там спрятано.

Сашка посмотрел на друга, как на безумца. Но потом тяжело вздохнул и кивнул.

– Тогда до вечера. Дежурим, следим. Всё пишем в чат.

Кира тоже кивнула, но неуверенно. Идея с ночным походом в западное крыло ей совсем не понравилась.