В школьном кафе в жилом корпусе даже воздух казался сладким. Он пах яблоками, ванилью и свежими пирожками. Из-под абажуров бра лился тёплый желтоватый свет, как будто кто-то развесил по стенам маленькие солнышки. На улице шумел октябрьский ветер – мокрый, сердитый. А здесь было тепло и уютно.

Илья, Кира и Сашка сидели в дальнем углу, у окна. За их столиком можно было и обсуждать тайны, и спорить, и делиться пирогом – никто не мешал.

– Они исчезли, – сказал Илья, отделяя вилкой кусочек яблочного штруделя. – Как сквозь землю провалились. Я спросил – библиотекарша их не видела.

– Может, вернулись и через чёрный ход вышли? – Сашка сделал большой глоток какао.

– Я там тоже был, – фыркнул Илья. – Даже заглянул в подсобку охраны. Рабочих нет.

Кира достала из рюкзака блокнот.

– Ладно, давайте к делу. Сашка, ты что-то хотел рассказать про «старую кладовку», – напомнила она. – Что ты накопал?

– Ага, – кивнул Сашка. – Помните, когда мы искали источник таинственного шёпота, Галина Сергеевна дала мне посмотреть архивные документы? – Он многозначительно посмотрел на друзей.

– Ну и? – Илья с аппетитом проглотил кусок штруделя. – Наша библиотекарша удивила своей добротой.

– Так вот, – продолжил Сашка. – Там куча старых планов школы. Я их изучил. И некоторые… странные. Например, на чертеже 1863 года есть помещения, которых на чертеже 1975 года нет.

– Такое бывает. – Кира левой рукой что-то записала в блокнот, а правой взяла кружку с какао и сделала глоток. – Ремонт, перепланировка. Старое снесли, новое построили.

– Но ты подумай. – Сашка оживился. – Если кладовку действительно замуровали… и в планировку не внесли, значит, это сделали нарочно. Может быть, хотели что-то спрятать!

Илья откинулся на спинку стула и прищурился:

– Возможно, там клад!

– Или труп, – поёжилась Кира.

– Ну, это сомнительно. Платонов же тут жил и потом под школу помещение отдал.

Кира хмыкнула:

– Значит, в нашей школе есть потайные комнаты, о которых много десятилетий никто не знал! Вот это очень интересно.

Дверь в кафе открылась.

– Ага, вот вы где.

Трое друзей повернули головы.

Николай Якобсон. Красная повязка на рукаве, в руке – блокнот. На лице – смесь самодовольства и подозрительности.

– Что-то потерял? – небрежно бросил Илья.

– Рабочих, – ответил Колян. – Корнеев ищет. Их нигде нет. Не встречали?

– Мы? – переспросила Кира с самым невинным видом.

– Вы же у западного крыла были. И кто, если не вы, мог их заметить? Они как раз в то время пропали.

– Колян, мы не сотрудники ФСБ. – Сашка пожал плечами. – И не охрана.

– Зато вы всегда где-то рядом, когда случается странное. – Якобсон записал в блокнот что-то явно не поддающееся расшифровке. – А я наблюдаю. И докладываю.

– Вот именно, ты же наблюдаешь, и не мы, – буркнул Сашка.

– Ну что, видели их или нет? – надменно повторил вопрос Колян, игнорируя замечание Самсонова.

Сашка, Кира и Илья, не сговариваясь, синхронно покачали головами.

– Ладно. – Колян с недоверием посмотрел на ребят. – Так и сообщу Корнееву. – Он недовольно сдвинул брови, фыркнул, резко развернулся и направился к двери.

– Странный какой… – отметила Кира.

– Он точно в прошлой жизни был дверным звонком, – сказал Сашка. – Только слышит шаги – и сразу орёт.

Когда за Коляном закрылась дверь, в кафе сразу стало легче дышать – и говорить тоже.

Илья первым вынырнул из молчания:

– Чудеса! Рабочие реально исчезли! Нам надо осмотреть потайную комнату!

– Думаешь, нашли клад и тю-тю? – усмехнулась Кира. – Не сходится. Они же шли в сторону библиотеки, а там никакого выхода нет. Но и версию с трупом я бы не исключала.

– А вдруг это полтергейст? – предположил Илья.

Сашка и Кира хихикнули.

– Я серьёзно. В комнате никто не был лет сто. Может, она проклята или заколдована? – Лицо Абрамова вытянулось, словно он понял, что произошло на самом деле. – А вдруг это Платонов их… хрясь – и в свою реальность?!

Кира скептически взглянула на него, приподняв бровь, но не выдержала и задорно рассмеялась:

– То есть берём на подозрение дух купца, жаждущий мести?

– Ну а почему бы и нет? Всё ведь складывается, – воодушевлённо продолжил развивать свою мысль Илья. – Сначала тайная дверь, потом исчезновение. Никаких следов. Значит – сверхъестественное. Сашка, ты мне книгу давал, в ней как раз похожая история. Помнишь?

Сашка задумчиво кивнул и наморщил лоб.

– Одного не пойму… – Кира постучала пальцем по столу. – Мы их видели у лестницы. Что они там делали? И как им потом удалось исчезнуть? Илья же сразу за ними пошёл.

Лоб Сашки разгладился, глаза заблестели. Осенённый внезапной догадкой, он подался вперёд и, упираясь локтями в холодную мраморную столешницу, затараторил:

– А что, если между кабинетом химии на втором этаже и кабинетом под ним – тем, что на первом этаже, – есть потайной ход? А вход в него и был в той самой кладовке, которую нашли рабочие? Тогда они могли незаметно по потайному ходу выйти из кабинета химии, прихватив с собой какие-то ценности. Потом отнести их в машину и вернуться тем же путём: через кабинет на первом этаже по потайному ходу обратно на второй этаж в ремонтную зону.

Илья, размешивавший в кружке сахар, замер. Ложка задела край, и тонкий звон прозвучал так, будто кто-то невидимый на мгновение остановил время.

– Потайной ход? – Он вскинул голову. – Ты хочешь сказать, что у нас под носом может быть настоящий ход, как в старых замках?

Кира пригладила выбившуюся прядь волос. Её зелёные глаза сузились, словно она прикидывала, насколько правдоподобна эта версия.

– Вряд ли, – возразила она таким тоном, каким учительница объясняет нерадивым ученикам элементарные вещи. – Выход из потайного хода давно бы обнаружили. Под кабинетом химии – на первом этаже кабинет литературы. Сложно представить, что за столько лет никто не заметил потайную дверь.

– А если дверь за книжными шкафами? – Сашка отставил кружку так резко, что капли какао брызнули на стол. – Или, может, она замаскирована под стену? Старые замки так и строили – с секретами. Чтобы никто не догадался! Я недавно один детектив читал, так там в стене был кирпич, стоило на него надавить, и открывалась потайная дверь. Раньше такие тайники все в домах делали.

– Может быть, но маловероятно, – твёрдо сказала Кира, однако рука её непроизвольно сильнее сжала кружку. – Тайники, ходы, спрятанные двери… Это всё романтика. В реальной жизни такого не бывает. Это школа, а не средневековый замок.

– Но ведь наша школа когда-то была усадьбой! – не унимался Сашка. – И не простой усадьбой, а домом купца. Богатого, умного, любившего тайны и загадки! Может, этот ход – один из его тайников?

– Поддерживаю! – Илья поднял вверх указательный палец. – За пять лет в этой школе я чего только не наслушался. У Платонова реально могла быть потайная комната.

Сашка облизал пересохшие губы, почувствовав, как по спине побежали мурашки. Он хотел рассказать друзьям, что, когда перебирал старые чертежи, наткнулся на записи о подземных ходах, но пока решил не торопиться. Вдруг он что-то не так понял? Выглядеть глупо в глазах Киры не хотелось.

– И всё-таки вдруг рабочие нашли этот ход и теперь выносят оттуда что-то ценное? – спросил он.

– Мне кажется, – ответил Илья, – нам срочно надо выяснить: во‑первых, куда делись рабочие, во‑вторых, что они нашли в той потайной комнате, а в‑третьих, – он нахмурился и посмотрел на дверь, – как-то проучить Якобсона, чтобы не строил из себя начальство. Команда «ИКС», что скажете?

– Согласна, – кивнула Кира.

– Но, если мы найдём какие-то вещества или пробирки с чем-то непонятным, пообещай, что мы их трогать не будем, – попросил Сашка. – Ещё одной выволочки от Корнеева я в этой школе могу и не пережить.

– Договор! – Илья встал из-за стола. – Команда «ИКС» берётся за дело. Идём искать.

* * *

Тишина в кабинете химии, расположенном в западном крыле, стала плотной, густой. Корнеев и Саныч молчали, пытаясь понять, куда подевались рабочие. Вдруг из потайной комнаты послышался шорох. Будто кто-то… прошёлся. Мягко. Осторожно. Потом треск – словно наступили на стекло.

Саныч напрягся. Корнеев нахмурился и сделал шаг к проёму. Взгляд приклеился к темноте.

Шаг. Скрип. Тишина. И снова шаг.

Из проёма медленно выступила фигура.

Сначала появилась пыльная ладонь. Потом – рукав рабочей куртки, весь в штукатурке и паутине. Потом – лицо.

– Ты что, сдурел?! – невольно отпрянул Саныч. – Так пугать!

– Это я! – прохрипел Гриша. – Всё нормально…

За ним, споткнувшись, из проёма вывалился Федя.

– Вы где были?! – заорал Саныч. – Я вам сказал туда не заходить и ничего не трогать!

– Мы… это… – Гриша растерянно глянул на Федю.

– Просто заглянули, – пробубнил тот.

– В кладовку?! На полчаса?! – Саныч рвал и метал.

– Щётку искали, – еле выдавил Федя. – Пыль стереть…

– Хватит! – оборвал Корнеев. – Я заглядывал. Вас там не было.

Повисла тяжёлая пауза. Гриша насупленно молчал, словно не понимая, о чём речь.

Федя почесал в затылке:

– Ну ладно. Там… пол оказался не весь цельный. Смотрим – крышка. С замочком. Мы подумали… что вдруг подвал.

– Подвал?! – Саныч закашлялся. – На втором этаже?!

– Ну да! – ничуть не смутился Федя. – А там лестница. Вниз. Мы немного спустились. А потом… нашли ещё один люк.

– Где? – спросил Корнеев.

Гриша вздохнул:

– Там как бы шахта! Проходит через потайную комнату. Ступеньки, все дела. Соединяет первый, второй и третий этажи. Один люк в потолке, второй в полу.

Саныч смотрел на него как на сумасшедшего.

– Кто вам разрешил туда лезть? А если бы вас там завалило? Никакого соблюдения техники безопасности! – Он хлопнул себя по лбу. – Вот что с вами делать?

– Да ладно, мы ж не маленькие, – пожал плечами Гриша. – Интересно стало. Лестница крепкая, металлическая.

Федя подтвердил:

– Там всё надёжно сделано. Рисков ноль.

Саныч побагровел от злости:

– Идиоты!

– Значит, в этой усадьбе есть потайной ход. Со второго этажа – вниз и вверх. Теперь ясно, почему здесь поставили этот шкаф, – задумчиво промолвил Корнеев и, включив фонарик на телефоне, зашёл в потайную комнату. – Саныч, пошли осмотрим, – позвал он бригадира изнутри.

Саныч взглянул на рабочих. Упёр руки в бока. Заговорил негромко, чтобы Корнеев не услышал.

– Ну что, народ, всё путём? – Он заводил бровями, будто на самом деле спрашивал о чём-то другом.

– А то. Всё, как вы велели, – отчитался Гриша. – Кое-что уже есть.

– Вот и отлично, – сказал Саныч. – До завтра – тишина. Поняли?

– Поняли, – шмыгнул носом Федя.

– С утра как обычно, – продолжил Саныч, делая вид, что всё это – часть стандартного инструктажа. – Если будет время до обеда – аккуратненько там разберитесь, как умеете.

– Туда же? – уточнил Гриша.

– Да. – Саныч утвердительно моргнул. – Сначала – то, что ближе. Дальше видно будет. – Он прервался, глянул на дверь. – А если кто спросит – всё по плану. Шкаф, пол, штукатурка. Тихонько работаете. Здесь теперь каждый чих на контроле.

Гриша быстро кивнул. Федя прикусил губу и пробормотал:

– Мы как тени, Саныч.

– Вот и хорошо. – Саныч поправил манжет чёрной спецовки. – Трудитесь по совести. – Он чуть приподнял бровь, и Гриша понял значение этого жеста: «По нашей совести». – А теперь – марш отсюда. Завтра день будет длинный.

Саныч дождался, пока за рабочими закроется дверь, а потом обернулся к Корнееву, возившемуся в потайной комнате. И лишь тогда позволил себе улыбнуться. Ненадолго. На миг.

– Иду!