Я так ждала перемену, что даже ускорила урок рисования. Я начала красивый рисунок по мотивам книги о пиратах, которую как раз читала, но так и не смогла сосредоточиться – всё думала о гадкой шутке, которую Аннабелла с подружками задумали против Матильды. Когда же зазвенел звонок, у меня свело живот от мысли, что всё может пойти не по плану.

С утра я сразу бросилась к Матильде и Агостино, чтобы рассказать обо всём. Пришлось соврать, что подслушала Аннабеллу на вечеринке, – не могла же я рассказывать про Похитителей снов. Вместе мы придумали план. Осуществить его было непросто, но мы обязаны были попробовать.

Мы с друзьями переглянулись и вышли из класса, не говоря ни слова. С Матильдой мы заскочили в туалет, а Агостино спрятался за углом, чтобы наблюдать за дверью класса.

Ожидание казалось вечностью.

Когда Аннабелла с компанией наконец вышли, хихикая, Агостино дал сигнал. Мы ворвались в класс… и остолбенели. Доска была вся в муке и яйцах – точь-в-точь как во сне Аннабеллы. Вонь стояла ужасная.

Матильда тут же проверила рюкзак.

– Фу! – ахнула она. Рюкзак был полон скорлупы, как мы и думали.

– Да уж, уборочка предстоит! – хмыкнул Агостино.

Я сделала вид, что тоже роюсь в своём рюкзаке, но на самом деле провернула ржавую шестерёнку Темпоратора, чтобы удлинить перемену.

– Успеем, – уверенно сказала я.

Матильда подняла на нас глаза, в которых блестели слёзы.

– Спасибо, друзья, – прошептала она.

Если бы учитель застал нас сейчас, неприятностей было бы выше крыши. Но риск того стоил. Вчера, увидев сон Аннабеллы, я поняла: настоящая дружба – это не приглашения на вечеринки, а желание защитить тех, кто тебе дорог.

– Мы же друзья, – улыбнулась я. – А теперь покажем Тимбрате-суль-Менто, что значит идти против нас!

Агостино поднял сжатый кулак к подбородку, и мы с Матильдой тут же повторили наш тайный знак. Мы успели сделать всё, что задумали, и выскользнуть из класса за секунду до звонка. Потом подошли к дверям вместе с остальными и тоже притворно ахнули, увидев грязную доску.

– Все по местам! – скомандовала учительница Кармела из коридора, увидев, что ученики замерли на пороге. Она вошла в класс, увидела беспорядок, ахнула и прикрыла рот рукой. – О нет! – пробормотала она. – Кто это сделал? Кто???

Она окинула класс грозным взглядом, но все опустили глаза. Кажется, я никогда не слышала такой гробовой тишины.

Внезапно Аннабелла вскинула руку.

– Что такое, Аннабелла? – раздражённо спросила учительница.

– Яйца и мука напомнили мне о тортах. А единственная, кто любит готовить в нашем классе, – это Матильда.

Она поворачивается к Матильде с ехидной ухмылкой (вам ведь Аннабелла тоже кажется невыносимой, правда?). Теперь я вообще не понимаю, как я могла подумать, что мы способны подружиться. Наверное, именно зависть к Матильде – ведь учителя хвалили её торт – заставила Аннабеллу атаковать мою подругу. Или она мстила ей за поражение в «вышибалах», кто знает?

Учительница Кармела переводит взгляд на Матильду, которая стоит белее мела.

– Принеси свой рюкзак, – грозно командует она.

Матильда спокойно встаёт, подходит к учительскому столу и кладёт на него рюкзак. Учительница открывает его и осматривает. Я слышу, как Аннабелла и её подружки затаили дыхание.

– Чистый, – констатирует учительница, прищурившись. – Не то чтобы я сомневалась: Матильда никогда бы так не поступила.

Я вижу, как на лице Аннабеллы проступает недоумение, и внутренне ликую.

Теперь моя очередь поднять руку.

– Да, Тесса?

– Я готова проверить домашнее задание по математике, – заявляю ко всеобщему изумлению.

Учительница смотрит на меня так долго, что кажется, будто время остановилось. Наконец она кивает и стучит пальцем по столу – знак сдавать тетради.

– Иди сюда, Тесса. Раз доска в таком состоянии, сегодня будем работать на листочке.

Я встаю и иду к доске, крепко сжимая свою тетрадь. Мы делали задания вместе с Аннабеллой, так что мне нечего бояться. Но моя цель сегодня – не домашнее задание.

Позади меня выстраивается очередь с тетрадями. Учительница наблюдает, как стопка растёт на столе, и вдруг наклоняет голову и хмурится.

– Это что ещё такое?

Она выдёргивает из стопки тетрадь – Аннабеллы! – и открывает её. Первые страницы чистые, а вот страницы с сегодняшними заданиями… все в муке и яичной скорлупе.

– Аннабелла! – гремит она, и та бледнеет.

Учительница лихорадочно перебирает остальные тетради и находит ещё несколько в таком же состоянии – тетради подружек Аннабеллы, участвовавших в подставе.

– Немедленно подойдите ко мне, все! Ты нет, Тесса, садись на место.

Я отступаю с победной улыбкой, и, когда прохожу мимо Агостино и Матильды, мы обмениваемся нашим тайным приветствием – сжатым кулаком у подбородка, как печатью. У нас получилось!

Укоротив оставшиеся уроки Темпоратором, я избавляю своих одноклассников от тошнотворного запаха яиц и муки, въевшегося в доску и рюкзаки Аннабеллы и её подружек. Попрощавшись с друзьями, сажусь в школьный автобус – сегодня мэрия отменяется: у мамы важное совещание, и я предпочитаю уютно устроиться с книгой в своей комнате.

Дома тихо – бабушка, наверное, дремлет после обеда.

Я поднимаюсь в комнату вместе со Спифферо и едва успеваю закрыть дверь, как из трещины в стене появляется Хранитель, сопровождаемый знакомым запахом попкорна.

– Ну, как прошло? – спрашивает он.

– Отлично! – падаю я на кровать. – Аннабелла и компания теперь десять раз подумают, прежде чем устраивать пакости.

Спифферо уютно сворачивается рядом со мной на кровати.

– Рад за тебя, но нам нужно поговорить. – Лицо Хранителя становится серьёзным. – Мы проверили все места из твоего списка, но нигде нет и следа моего брата или других Хранителей. Я больше не могу ждать, Тесса. Верни Темпоратор, иначе Лорд Времени заметит, что я не выполняю свою работу.

Я достаю шестерёнку из кармана и перекатываю её в ладонях.

Он прав: я обещала помочь найти его брата, но теперь у меня кончились идеи. К тому же в Тимбрате-суль-Менто дела налаживаются: непредвиденные задержки стали обычным делом, и люди выглядят счастливее.

– Обещаешь возвращаться каждый день, чтобы помогать мне противостоять Ритуалу Стрелок?

– Пока не найдём другое решение – да. Обещаю.

Я верю ему и неохотно (можно ли меня в этом винить?) протягиваю Темпоратор… как вдруг дверь распахивается и в комнату, опираясь на трость, входит бабушка Эльвира.

Я застываю в ужасе. Её взгляд скользит по мне, Спифферо, Темпоратору… и останавливается на Хранителе.

Она его видит!

И тут меня осеняет страшная догадка: это она – охотница!