Когда группа «Звери» была в туре, мы доехали до Новороссийска. Ребята сразу на площадку поехали, а я на местное «Наше радио», на интервью. Выхожу с радиостанции, меня встречает какой‐то человек: «Мы из Краснодара, там у вас не успели автограф взять. Помогаем проводить ваши концерты, распишитесь». Я расписался, а женщина, которая с ним была, говорит:

– Кстати, Света вам передавала привет.

– Какая Света?

– У вас же была здесь девушка Света. Она сейчас работает в этой компании. Привет вам передавала.

Я говорю:

– Спасибо.

Сразу после этого я решил все‐таки съездить к ней домой. И мы с водителем поехали искать тот дом. Я начал объяснять, а сам не помню названия улиц. Помню, что‐то там Октябрьская, надо ехать далеко на гору, где частный сектор на оврагах стоит. Я нашел эту дорогу, которая вела вверх. Но ощущений не было никаких. Просто узнавал места: вот знакомый дом, а вот магазин, в который мы ходили, а это конечная остановка автобуса. Я ехал и думал: «А что я туда еду?»

Мы поднялись наверх, и водитель говорит: «Куда дальше?» – «Не знаю. Ты спускайся, и будем искать». Там очень крутые склоны, узкие проезды. Дорога не асфальтированная, даже не щебень, а крупные камни. А мы на здоровенном «Мерседесе». Я говорю: «Не проедем!» А он: «Да проедем, проедем!» С горем пополам спускались, поднимались, искали… У людей спрашивали, где живет такая‐то семья. Никто не знал таких. А я не мог вспомнить, где конкретно был их дом. Я же тогда пешком ходил.

Мы все объездили. Искали минут сорок, там очень много переулков, маленьких и узких подъемов, спусков. В общем, так и не нашли. Надо было уже ехать на площадку. Я плюнул на все, и мы уехали. В принципе, мне уже было достаточно. Если бы нашел их дом, зашел бы с добрым чувством. Типа: «Здравствуй, Света! Спасибо тебе за все, что ты для меня не сделала…»

Я приехал на площадку, мы отыграли концерт. Я был уверен, что она придет. Сначала пытался глазами ее найти, посматривал в зал. Потом плюнул на это дело. «Дожди-пистолеты» спел нормально, без посвящений. Просто пел и думал: «Вот так вот. Круто. Вот она сейчас в зале и слушает…» Но спел я с удовольствием, злорадства не было, просто чувство удовлетворения и легкой обиды. Я с таким лицом вышел на сцену! Фредди Меркьюри отдыхает! Такая внутренняя неотразимость! И колоссальное спокойствие. Гордость. Не пафос, нет. Красота!

Концерт закончился, всем все понравилось. Подошел ко мне наш тур-менеджер Максим. Обычно он передает какие‐то письма, игрушки. И вот он протягивает мне фотографию и коробочку. Я смотрю на фотографию – а там я и Света. И тут я окончательно понял, что она была на концерте.

В коробочке было кольцо, которое я привез из Болгарии и ей подарил. На коробочке было написано: «Это твой первый и последний подарок. Я тебе его возвращаю». И на обороте фотографии тоже что‐то было написано. Какие‐то числа, даты. Быстрым почерком. Что‐то: «Я думаю, что…», но ручка уже, видимо, не работала, что‐то выдавлено на глянце, я не смог разобрать. Я спрашиваю у Макса: «А кто тебе передал?» – «Охранник». – «Ты можешь его позвать?» Макс приводит охранника. Спрашиваю: «Кто передал?» – «Девушка. Сказала, что ничего не ждет, и ушла». Значит, она все отдала и скрылась…

Кольцо – обыкновенная стекляшка. Я не знаю, какую мораль можно вынести из всей этой истории. Я потом чего‐то подумал… Все‐таки хорошо, что так все случилось. Вообще хорошо, что с людьми что‐то происходит – хорошее, плохое, то, что трогает. Со мной вот так случилось. Просто задумываешься о том, что тебя беспокоит внутри, чем ты живешь. Какие‐то чувства есть, ты вспоминаешь.

Я хотел увидеться с ней, конечно. Не знаю, может быть, и лучше, что не увидел. Все осталось так же интересно, как было раньше. По крайней мере, негатив ушел. Вроде отпустило. Я спокойно уже отношусь. Я на нее не злюсь. Хотя выяснить кое-что еще надо было. Истинные причины. Но я думаю, еще узнаю. Думаю, все еще не закончилось…