Молотов кивнул, подошёл к двери и постучал. Человек в водолазке, который был у него раньше, появился и протянул ему папку. «Вот она. Вот та истина, которую ты ищешь».

Лэнс посмотрел на папку, но не потянулся к ней. «Что с ними случилось?» — спросил он, и голос его дрогнул.

«Вопрос не в том, что произошло, — сказал Молотов, — хотя подробности вы найдёте внутри. Вопрос в том, кто это сделал?»

«Я знаю, кто это сделал».

«Сандор Грей», — произнёс Молотов, и, едва произнеся эти слова, Лэнс почувствовал внезапный прилив эмоций. По спине пробежала дрожь.

«Но дело не только в названии, — сказал Молотов. — Есть ещё и адрес».

«Адрес?» — спросил Лэнс, почти не в силах говорить. «Ты уверен, что он жив?»

«Он живее всех живых, — сказал Молотов. — Мирно и тихо живёт в городе Чебойган, штат Мичиган, под новым именем».

Лэнс посмотрел на папку в руке Молотова. Он не мог поверить, что наконец-то получил то, чего искал всю жизнь. Молотов поднял её над собой. Рука Лэнса дрожала от предвкушения, когда он потянулся за ней.

«Не так быстро», — сказал Молотов.

Лэнс знал, что их будет больше. Молотов привёз его сюда только по одной причине: не потому, что он умел взламывать сейфы. «Тебе нужно что-то ещё, да?» — спросил Лэнс. «Истинная причина, по которой ты привёз меня сюда».

«Есть», — сказал Молотов.

«Ты хочешь, чтобы я убил Леви Рота».

Выражение лица Молотова оставалось неподвижным. Он молчал, казалось, очень долго. Он откинулся на спинку стула и потянулся. Когда он наконец заговорил, в его голосе слышалась резкость. «Леви Рот нарушил правила, — сказал он. — Он сделал то, чего я не могу допустить. Он напал на меня напрямую».

«Тот факт, что я только что был на похоронах Рота, ничего не меняет?»

«Мои люди уже осмотрели могилу. Гроб, который вы закопали, был пуст. Рот всё ещё жив».

«Я не собираюсь убивать его ради тебя, — сказал Лэнс. — Я пришёл сюда не для этого».

«О?» — с любопытством спросил Молотов. «Вы ведь наверняка знали, что я именно это и собирался спросить».

«Я так и думал», — сказал Лэнс, — «но я пришел сделать тебе другое предложение».

«Какое другое предложение?»

«Ты оставил Леви в живых».

Молотов рассмеялся поверхностным, безрадостным смехом и сказал: «Вы знаете правила. Вы знаете, что он их нарушил. Он сам ввязался в игру. Он — честная игра».

«Я знаю, — сказал Лэнс, — но ты не пойдёшь за ним. Ты оставишь его в живых».

Молотов был этим удивлён. Он так старался привести туда Лэнса по совершенно противоположной причине. «И зачем мне идти и делать такое?»

Лэнс ещё долго смотрел на Молотова, остро осознавая, что перед ним один из самых могущественных людей в истории, человек, способный уничтожить планету, человек, на чьих руках больше крови, чем у любого ныне живущего лидера. «Потому что если ты этого не сделаешь, — сказал он убийственно серьёзным тоном, — то наша следующая встреча будет последней».

OceanofPDF.com

42

Самолёт Лэнса приземлился после долгой и ничем не примечательной серии перелётов: сначала из Москвы обратно в Стамбул, а затем в Даллес. Он почти ожидал ареста по прибытии в Даллес — он не сомневался, что Лорел и Татьяна догадались, что он задумал, — но ареста не было. Никакой приветственной комиссии. Только ожидание в терминале и пересадка на внутренний рейс до Детройта.

Он просидел четыре часа в самолёте из Москвы и ещё одиннадцать часов в самолёте из Стамбула, держа на коленях папку, которую ему дал Молотов. Он ни разу её не открыл.

Теперь, ожидая посадки на рейс в Детройт, он всё ещё не мог заставить себя заглянуть внутрь. Он немного поспал в самолёте, но чувствовал себя не в своей тарелке. Папка давила на него тяжестью. Он так долго смотрел на обложку, что думал, глаза прожгут в ней дыры, но так и не смог заставить себя прочитать.

Посадка на рейс до Детройта состоялась, но он снова не смог заставить себя открыть папку. Он попытался, но руки не слушались. Он подумал, не выбросить ли эту папку. Возможно, это было лучшее решение.

В чем был смысл мести?

Какой смысл смотреть в бездну?

Они говорили, что если смотреть на него достаточно долго, он посмотрит на тебя.

Они говорили, что тот, кто сражается с чудовищами, должен быть осторожен, чтобы не стать одним из них.

Всё это сказал Ницше. Лэнс не был его поклонником, но слова всё равно крутились у него в голове. Возможно, ему лучше не знать, не читать досье, не узнавать, что случилось с его семьёй, и не выяснять, где найти Сандора Грея.

«Не становись тем монстром, которого ты пытаешься уничтожить», — пробормотал он, засыпая. Внезапно он пришёл в себя.

«Сэр, с вами все в порядке?» Это была хозяйка.

«Извините», — сказал он. «Я уснул».

«Ты шумел».

"Шум?"

«О монстрах».

«Ладно», — сказал Лэнс, выпрямляясь на стуле и протирая глаза. «Это был долгий путь. Может, пора выпить кофе?»

«Мы на последнем этапе снижения».

«Понятно», — сказал Лэнс, извиняющимся тоном глядя на пассажиров вокруг себя, которых он, очевидно, потревожил.

«Если вы приняли что-то для сна, — сказала женщина, сидевшая рядом с ним, — это могло быть причиной кошмаров. Мои таблетки действуют так же».

«Спасибо», — сказал Лэнс и, к своему ужасу, осознал, что папка, которую он сжимал в руках большую часть последних двадцати четырех часов, исчезла.

В панике он огляделся вокруг и обнаружил, что он лежит на земле между его ногой и ногой соседа. «Сегодня утром я весь в смятении», — сказал он.

«Всё в порядке», — сказала женщина. Она была чуть старше Лэнса, где-то лет сорока, и, казалось, была заинтересована в разговоре.

Лэнс любезно задал ей несколько вопросов: она летела в Детройт навестить мужчину, с которым общалась онлайн. Они познакомились на сайте знакомств, специализирующемся на стоматологах. «Хочешь посмотреть его фотографию?» — спросила она.

Лэнс посмотрел на картинку и одобрительно кивнул, увидев парня на поле для гольфа. «Надеюсь, вам будет весело», — сказал он.

«О, дорогая, я не ищу развлечений. Я ищу мужа».

В аэропорту он арендовал машину, но прежде чем начать поездку на север в Чебойган, все еще сидя на парковке аэропорта, Лэнс открыл дверь, а человек из прокатной компании смотрел на него из своей маленькой будки.

Файл и начал читать. На чтение содержания ушла всего минута, оно было столь же кратким, сколь и ужасающим. Ничто из этого не должно было его удивить, всё произошедшее можно было предсказать, и, более того, оно десятилетиями снилось Лэнсу в кошмарах, но всё равно было мучительно.

Отчёт был составлен на основе мексиканских документов и дополнен данными российских агентов в Мексике, которые работали на месте, чтобы докопаться до сути дела. Молотов был прав: это было бы невозможно без определённой инсайдерской информации о мексиканской картельной системе, действовавшей в то время вокруг Эль-Пасо, поэтому Лэнс не смог докопаться до сути сам.

Всё началось с допроса, проведённого ГРУ над главарём картеля, известным под именем Сезар. Они выследили его и признались, что помнят этот случай. Он сказал, что обе женщины, мать и сестра Лэнса, умерли через несколько недель после переправы через границу. Лэнс был почти рад узнать, что они провели в плену недолго, хотя и понимал, что за эти недели жизни им пришлось пережить ад. Сезар подтвердил это, сказав, что и Рэйвен, и её мать были вынуждены заниматься проституцией, и что они погибли, потому что отказались принять свою судьбу. Они боролись, боролись и боролись, пока у их похитителей не осталось другого выбора, кроме как убить их.

Их тела были сфотографированы и захоронены за пределами города Матаморос в провинции Тамаулипас на севере Мексики. В местные правоохранительные органы заявление не поступало. Тела были захоронены в месте под названием Плайя-Багдад, которое Лэнс хорошо знал и даже бывал там много раз за эти годы, словно его незримо влекло к нему. Это место всё ещё находилось под контролем картелей и наркоторговцев, туда мало кто отваживался соваться, если у него не было там дела, но Лэнс бывал там столько раз, что сбился со счёта. Теперь он задавался вопросом, не случайность ли привела его сюда. Был ли это какой-то инстинкт? Чувство, что его семья погребена под этим песком? Когда-то, больше века назад, во время Гражданской войны в США, там был город. Контрабандисты использовали его, когда южные порты были блокированы армией Союза. Лэнс вспомнил, как однажды сказал Лорел, что когда-то здесь был целый мир: город, шумный порт, торговцы, уличные торговцы, контрабандисты и проститутки. Все это было, и теперь все это исчезло.

В чём смысл подобных мест, размышлял он теперь? Каково их предназначение? Какой Бог позволил им быть построенными только для того, чтобы они затерялись в песках времени?

У него не было ответов на эти вопросы, но он всё равно завёл мотор арендованной машины и отправился на север. Дорога от Детройта до Чебойгана занимала четыре часа, и он ехал по межштатной автомагистрали I-275 до места под названием Фармингтон-Хиллз. Затем он ехал по решётчатому и потрескавшемуся бетону I-96 до Брайтона, где выехал на ещё более потрескавшуюся и рытую трассу US-23. Когда эту дорогу только строили в двадцатых годах, её называли шоссе Дикси, и она тянулась на полторы тысячи миль от Джексонвилла, Флорида, до Макино-Сити, Мичиган. К западу от Флинта дорога переходила в межштатную автомагистраль I-75, и по ней Лэнс ехал до Индиан-Ривер. Оттуда до центра Чебойгана было совсем недалеко.

Адрес в деле указывал на квартиру на втором этаже над заброшенной конторой риелтора на главной улице Чебойгана. Судя по всему, Шандор вернулся в свой родной город всего несколько месяцев назад, поэтому многочисленные визиты Лэнса не выдали его. Однако возвращение было ошибкой, поскольку, похоже, именно так люди Молотова и выследили его. Они поручили спящему агенту, уже находившемуся в этом районе, наблюдать и выжидать.

День был серый, пасмурный, в воздухе висел туман. Лэнс долго смотрел на здание, прежде чем выйти из машины. Он не ждал ничего особенного, хотя разведка оказалась полезной, потому что примерно через тридцать минут он увидел мужчину лет шестидесяти, шаркающего по улице. Лэнс сразу узнал его. Конечно, он постарел – тридцать лет прошло с тех пор, как он видел этого человека, – но сомнений в том, что это он, не было. Это был тот самый сукин сын, за которого вышла замуж его мать.

Лэнс наблюдал, как он возится с ключом у двери, а затем вышел из машины и подошел, как будто желая помочь ему.

«Чего ты хочешь?» — проворчал Сандор, когда Лэнс придерживал дверь.

«Я здесь для тебя, Шандор», — сказал Лэнс.

Лицо мужчины мгновенно побелело. Он поднял взгляд, и Лэнс понял, что узнал его. «Вы взяли не того человека», — сказал Сандор. «Здесь никого с таким именем нет».

Лэнс улыбнулся. Они оба знали, что это не сработает. «Да ладно тебе»,

Лэнс, всё ещё держа дверь, сказал: «Давай поднимемся наверх и немного поболтаем».

Сандор неторопливо вошел в узкий коридор, и Лэнс последовал за ним, убедившись, что дверь заперта. Добравшись до шаткой лестницы, Сандор сделал свой ход, потянувшись за оружием в кармане пальто.

Лэнс был более чем готов, выбив пистолет из слабых рук Сандора на пол. Лэнс наклонился и поднял его. «Зачем ты это носишь?» — спросил он.

«Никогда не знаешь, кто придет навестить тебя», — сказал Шандор, и было поразительно, как мало изменился его голос за эти годы.

Этот звук мгновенно вернул Лэнса к жизни. «Пошли», — сказал он. «Пошли».

Наверху лестницы было две двери, ведущие в две квартиры.

В здании было сыро и пахло плесенью. В коридоре был выключатель, но он не работал. Также было небольшое окно с треснувшим стеклом. Какая бы квартира ни принадлежала Шандору, Лэнс не думал, что другая будет занята. «Какая дверь?» — спросил он.

«Вот эта», — сказал Сандор, указывая на ближайшую из двух дверей.

Лэнс наблюдал, как он вытащил ключ из кармана и принялся возиться с замком. Он уронил ключ, и Лэнс позволил ему наклониться и поднять его.

Когда старик присел, Лэнс почувствовал непреодолимое желание повалить его на пол и покончить с этим немедленно.

Он этого не сделал, и Шандор открыл дверь и повел его в мрачную комнату со старой, запятнанной мочой мебелью, изношенным ковром и густым запахом кошачьего туалета, старого кулинарного жира, сигаретного дыма и зловонием старика, живущего в одиночестве. На улице был день, но в квартире на всех окнах висели потрепанные старые шторы, отчего в комнате было настолько темно, что пришлось включить свет. Старик нажал на выключатель, и загорелась одинокая лампочка накаливания, бросая мертвенно-белый свет на потертый диван, журнальный столик, заваленный грязной посудой, и огромную, переполненную пепельницу. На стене висели деревянные полки, настолько заваленные старыми книгами и журналами, что, казалось, они вот-вот рухнут.

С одной стороны комната выходила в небольшую кухню, а с другой — в коридор, который, предположительно, вел в ванную комнату и спальню.

«У горничной выходной?» — спросил Лэнс.

Сандор промолчал, а Лэнс кивнул в сторону потрёпанного дивана. «Сядь там», — сказал он.

Сандор тяжело двинулся к дивану, и к нему тут же присоединился тощий полосатый кот, вышедший из кухни.

«Выглядит голодным», — сказал Лэнс о коте.

Старик пожал плечами, и Лэнс прошёл на кухню, где его чуть не стошнило от вида всей этой старой еды и посуды, скопившейся в раковине. Не спуская глаз с Шандора, который не двигался с места, он подошёл к раковине и открыл окно за ней, впустив прохладный, свежий воздух.

Старик потянулся за чем-то на журнальном столике, а Лэнс вернулся в гостиную, держа наготове пистолет. «Что ты делаешь?»

Сандор промолчал, и Лэнс проследил за его взглядом к журнальному столику, где лежал нож для стейка.

«Я бы оставил все как есть», — сказал Лэнс.

Сандор неохотно откинулся на диван. Кот спрыгнул с его колен и подбежал к Лэнсу, трясь о его ногу.