Правительство увидело, что, предоставив сотрудникам посольства жилье и их детям возможность учиться, осуществить побег стало значительно сложнее.

Учитывая все обстоятельства, парижское посольство стало для Кремля успехом. Оно значительно улучшило восприятие России французами в ключевой момент холодной войны, одновременно усилив контроль Кремля над своими дипломатами.

Но это имело свою цену.

Весь комплекс посольства был значительно менее защищен, чем мог бы быть, и Татьяна точно знала, где находятся слабые места и как их использовать.

Периметр комплекса официально охранялся российскими военнослужащими, но по политическим причинам они редко появлялись на публике. Основная часть безопасности обеспечивалась Федеральной службой безопасности России (ФСБ) с охранниками в гражданской форме.

С другой стороны улицы Татьяна наблюдала за двумя охранниками ФСБ, которые небрежно следили за входом и выходом людей из главного входа консульства. Было уже совсем темно, и сотрудники офиса уже отрабатывали вечерний график работы, а ночные сотрудники приходили на свои смены. Татьяна присоединилась к ним и прошла металлоискатели и первичный досмотр, предъявив поддельное удостоверение сотрудника.

Вестибюль консульского отдела был открыт для публики и служил своего рода культурным центром, знакомящим с жизнью и бизнесом современной России. Здесь была стойка регистрации для сопровождения посетителей, кофейный киоск и сувенирный магазин, где продавались книги, подарки и прочая безделушка с русской символикой.

Сувенирный магазин закрылся на ночь, но кофейный киоск всё ещё работал. За стойкой регистрации стеклянные двери вели в центральный двор, где контролировался доступ в охраняемые помещения комплекса. Двое охранников обеспечивали там более тщательный досмотр, оснащенный рентгеновскими аппаратами, как в аэропорту, и металлоискателями. В другом направлении коридор вёл к общественным туалетам и нескольким помещениям для мероприятий.

Татьяна подошла к кофейному киоску и купила себе кофе. Рядом стояла чёрная кожаная скамейка, на которую она села и, потягивая кофе, приходила в себя. Несколько камер видеонаблюдения сканировали вестибюль, и она насчитала четырёх охранников в неброской форме ФСБ. Они были хорошо подготовлены и полностью готовы к применению огнестрельного оружия, но выглядели как сотрудники частной службы безопасности в торговом центре.

За кулисами она знала о значительном присутствии на территории комплекса ГРУ. Они курировали активные операции во Франции и за её пределами, а также обеспечивали дополнительную безопасность посольства.

Татьяна, конечно, работала на ГРУ, и вполне могла столкнуться с кем-то из тех, с кем работала. Она уже убила всех в Москве, кому подчинялась лично, но оставалась горстка других офицеров и агентов, которые могли её узнать.

Лорел отправила ей список сотрудников ГРУ, которые в настоящее время дислоцируются в Париже, и ни одно из имен не было ей знакомо, но она прекрасно осознавала, какому риску подвергается.

ГРУ, мягко говоря, не жаловало перебежчиков, и она просто пришла прямо в их логово.

Она допила кофе, выбросила стаканчик в мусорное ведро, затем прошла по коридору в общественный туалет, где вошла в кабинку и закрыла за собой дверь. Она не стала её запирать. Ей пришлось подождать минуту, пока кто-нибудь выйдет, затем она забралась на сиденье унитаза, затем на бачок с водой и отодвинула одну из потолочных панелей от каркаса. Панель была сделана из текстурированного искусственного материала, который обладал одновременно огнестойкими и звукопоглощающими свойствами. Это была толстая, похожая на картон, подложка, которая не выдержала бы её веса.

Каждая панель крепилась на стальной раме, подвешенной стальными тросами к бетонному потолку примерно на два фута выше. Тросы выдерживали вес сто двадцать килограммов каждый. Пока она опиралась на раму, а не на сами панели, она могла передвигаться, не проваливаясь сквозь потолок.

Она подтянулась на раму и поставила за собой открытую панель. Она успела как раз вовремя. В ту секунду, как она поставила панель на место, кто-то вошёл в ванную.

Татьяна оставалась совершенно неподвижной, ожидая, пока кто-то уйдет, затем она сняла пальто и оставила его на панели, через которую только что пролезла.

В подвальном помещении было темно, света не было, кроме того, что проникало сквозь щели между некоторыми панелями. Благодаря этим проблескам света она едва могла разглядеть, куда идёт. Она также могла определить, жила ли комната прямо под ней.

Двигаясь крайне осторожно, она начала подниматься по стальному каркасу, медленно продвигаясь вперёд, стараясь не наступать на панели. Ей потребовалось пятнадцать минут, чтобы преодолеть столько же метров, после чего она уперлась в стену из шлакоблоков, обозначавшую край женского туалета. Судя по схеме, это была несущая стена, тянущаяся от внешнего периметра здания до центрального двора.

Вдоль неё стальной каркас потолка поддерживался большой стальной балкой, прикрученной к стене. Ширина балки наверху составляла около фута, и она проползла по ней сотню ярдов, не дотянувшись до поперечной стены.

Она пролетала над офисами, складами и другими помещениями для личного состава, некоторые из которых были пусты, некоторые заняты. В какой-то момент она оказалась всего в нескольких футах над головами группы охранников ФСБ, отдыхавших. Малейший…

Звук бы предупредил их о её присутствии. Малейшее скольжение заставило бы её проломить потолок и рухнуть на землю.

Она продвигалась крайне осторожно, в абсолютной тишине, пока путь ей не преградила кирпичная стена. Она приложила к ней тыльную сторону ладони. Как и ожидалось, она была холодной. Значит, это была внешняя стена, ведущая во двор. Она остановилась и затаила дыхание, прислушиваясь. Она знала, что вдоль этой стены есть вентиляционные отверстия. Снаружи они были закрыты стальной решёткой, а изнутри – проволочной сеткой и воздушным фильтром, что затрудняло их видимость. Она закрыла глаза, замерла и прислушалась. Кожей она ощутила лёгкое дуновение прохладного ветерка и сосредоточилась на том, откуда он дул.

Она пошла по нему, пока не оказалась лицом к лицу с отверстием в стене размером два на два фута.

Света не было, но прохладный воздух не оставил у неё никаких сомнений, что это ведёт наружу. Она оттянула сетку и воздушный фильтр, обнажив решётку, а затем надавила на неё, чтобы проверить, сдвинется ли она с места. Она не сдвинулась. Она ощупала её по краям, чтобы увидеть, как она крепится, но она держалась на месте снаружи. Она откинулась назад и уперлась в неё ногами, и надавила изо всех сил. Она всё ещё не двигалась. Она уперлась обеими ногами в одну планку решётки, трёхдюймовый лист стали средней прочности, и приложила все усилия, чтобы она начала гнуться. Она надавила сильнее, пока она не согнулась достаточно, чтобы выскользнуть из своего гнезда, упав на землю снаружи.

Она затаила дыхание, когда камень с глухим стуком упал на землю. В решётке образовалась дыра шириной в два дюйма. Она поднесла к ней лицо и выглянула.

Она смотрела на центральный двор. Вдоль дорожек, ведущих через благоустроенный сад, горели небольшие фонари, а из окон соседних офисов и комнат лился ещё более яркий свет.

Охраны не было.

Она сломала ещё пять планок, одну за другой, затем протиснулась в отверстие и спрыгнула на землю. Она лежала, распластавшись на земле, лицом в снег, и оставалась совершенно неподвижной. Большая часть посольства выходила во двор, и Татьяна в чёрной одежде была бы видна на белом снегу даже в тусклом свете, если бы кто-то смотрел.

Убедившись, что её никто не видит, она очень медленно поползла к большой клумбе с кустарниками. Растения были голыми и обрезанными на зиму, но всё же давали некоторое укрытие. Она двигалась вдоль клумбы, пока не оказалась почти в центре двора.

Дальше растения заканчивались, и по другую сторону двора открывался открытый участок. Прямо напротив неё в первом этаже был проём. Верхние этажи продолжались наверху, образуя своего рода туннель.

Через этот туннель она могла добраться до той части комплекса, где располагались жилые помещения для персонала.

Именно там, как ей было известно, ГРУ зарезервировало несколько квартир для своих целей. Именно там она и нашла Тенета.

Она наблюдала за происходящим. Она уже собиралась бежать, как вдруг вспыхнули яркие прожекторы, озарив весь двор светом.

OceanofPDF.com

65

Тенет сидел у стойки и смотрел в свою чашку чая. Вот она, его новая жизнь.

Он находился в квартире советской постройки. Она напоминала декорации шпионского фильма семидесятых, но была достаточно комфортной. Удобной. В журналах её назвали бы «модерном середины века».

В подлокотниках кресел были встроены пепельницы из нержавеющей стали, которые можно было выдвигать и убирать одним нажатием кнопки. В душе было встроенное радио. Подобных функций было много, верх роскоши на тот момент, подумал он, хотя Тенету они показались скорее артефактами с другой планеты.

Он переступил порог нового мира.

Из окна, за оградой посольского комплекса, он всё ещё мог видеть очертания одного из величайших городов мира. Париж, со всей его культурой и историей, ресторанами и барами, тысячами кафе, где до самого утра подают коньяк и фуа-гра, был прямо перед ним.

И все же они навсегда остались вне досягаемости.

Он мог видеть этот мир, но никогда в жизни не сможет прикоснуться к нему снова.

Теперь он был на другой стороне, и пути назад не было.

У него будут роскошные вещи. Кубинский табак, икра, изысканное вино, шампанское – достаточно лишь сказать об этом своему куратору, и всё это будет доставлено прямо ему.

Даже женщин приводили, если он просил. Куратор уже дал это понять. Суровый офицер ГРУ в чопорном чёрном костюме

по прибытии она провела брифинг, в котором заверила его, что любое его желание, любой его каприз во власти ее воли.

«Мы заботимся о своих, — сказала она. — Как чёрт».

Он молодец, сказала она. Он служил Родине. И теперь он получит свою награду.

Возможно, когда-нибудь, когда он окажется в Москве и страх перед репрессиями со стороны ЦРУ утихнет, он познает немного свободы, но сейчас он не мог покинуть территорию комплекса. Он даже не мог выйти из квартиры. ЦРУ знало о его побеге, и вскоре они выследили его до Парижа.

«Мы не можем гарантировать вашу безопасность, пока не вернем вас в Москву», — сказал куратор.

«А что внутри этого комплекса?» — спросил он.

«Посольство — священная земля», — сказала она без тени иронии. «Оно защищено всеми законами и обычаями дипломатии. Прийти сюда за вами — значит начать войну».

Тенет очень сомневался, что кто-то начнёт войну из-за него, предателя. Он также сомневался, что ГРУ сможет гарантировать ему безопасность где бы то ни было, несмотря на законы и обычаи.

«На самом деле, — сказала женщина, — из-за дипломатического статуса этого комплекса вы, вероятно, здесь в большей безопасности, чем когда-либо будете в Москве».

Она сказала это так, словно ожидала, что эти слова его утешат. Он лишь улыбнулся. «Ты хочешь сказать, что в Москве я буду для тебя лёгкой добычей», — сказал он.

«Вы предатель, мистер Тенет, — сказала она тогда. — А чего вы ожидали?»

И вот оно, это был обещанный ему приём героя. Это был плод десятилетий его риска.

Хотя, по его мнению, следовало этого ожидать. Он знал, как всё устроено, как обращаются с перебежчиками по обе стороны ограды, и знал, каков их процент выживаемости. Он лично имел дело более чем с дюжиной высокопоставленных россиян, пытавшихся пересечь черту. Он знал, что выживание зависит от двух вещей: насколько хорошо они умеют оставаться незамеченными и насколько сильным будет личное оскорбление ГРУ из-за их побега. И то, и другое было трудно предсказать. Он видел чрезвычайно ценные случаи перебежчиков из научных и культурных кругов, которые в Кремле почти не вызывали интереса. А затем он видел относительно малоценных перебежчиков из бизнеса и разведки, за которыми охотились так яростно, что у них не было ни единого шанса.

Тенет прекрасно осознавал риски. Он взялся за эту миссию очень давно, полностью осознавая, во что ввязывается. И хотя он знал, что ЦРУ отнесётся к его побегу очень серьёзно, он также знал, что Рот сделает всё возможное, чтобы уберечь его от опасности. Рот мог действовать ограниченно, не вызывая подозрений, но в сочетании с защитой Кремля этого должно было быть достаточно, чтобы сохранить ему жизнь.

Тенета пугало не ЦРУ. Опасность, как и всегда, исходила напрямую от Кремля. Если бы Виктор или кто-то из его начальников хоть немного заподозрил, что Рот и Тенет на самом деле замышляют, его ждал бы поистине жалкий конец.

Он отпил чаю и задумался о том, что его ждёт в будущем. Сколько он продержится в этом новом мире? Какую ценность он сможет вернуть Роту? Насколько важной окажется его жертва, когда всё будет сделано?

Самым трудным было оставить Алону. Дело было не только в том, что он больше никогда её не увидит, он почти смирился бы с этим, если бы только мог сказать ей правду. В сложившейся ситуации она сочла бы его предателем и лжецом, как и всех остальных. Она подумала бы, что он скрывал это от неё все эти десятилетия. Она подумала бы, что он сам решил её бросить, и что их брак был лишь прикрытием, обманом, ложью.

Иногда он даже подумывал взять ее с собой.

Но он знал, что это не сработает. Она любила его, по-своему, но недостаточно, чтобы последовать за ним в Москву.

Он представил, как она получает известие о его смерти. Наверняка она уже слышала. Получила ли она конверт? Звонок? Увидела ли она об этом в новостях?

Нет, подумал он.

Новость будет сообщена лично, и её сообщит Леви Рот. Тенет всегда знал, что между ними что-то есть. История. Разбитое сердце. Он никогда не был так слеп к их отношениям, как притворялся.

Но он принял это. Он смирился с этим. Это была цена, которую он был готов заплатить, чтобы быть тем мужчиной, который будет спать рядом с Алоной каждую ночь.