Он был пожилым, красивым, одетым в сшитый на заказ костюм.

Она посмотрела на следующую фотографию. Тот же офис, тот же ракурс, но мужчины сменили позиции. На ней снова был отчётливо виден мужчина в костюме.

Мужчина, с которым он был, не попал в кадр. На предыдущем снимке он частично закрывал вид на комнату, и теперь она могла разглядеть больше деталей кабинета. Он был довольно обычным. Компьютер и телефон на столе. Судя по тому, что она видела по обстановке, он явно русский.

Она перелистнула фотографию и остановилась. Её рот открылся.

«Что это?» — спросил Лэнс.

Она посмотрела на Риттера с понимающим выражением лица, затем, не произнеся ни слова, протянула фотографию Лэнсу.

Лэнс взглянул на него и отреагировал так же, как и она.

«Узнаете его?» — спросил Риттер.

«Осип Шипенко», — сказала Клара. Она передала оставшиеся фотографии Лансу. «Это ты сделал?» — спросила она Риттера.

Риттер покачал головой. «Нет. Мне прислали негативы. Я провёл несколько тестов, но в Лэнгли могут провести свои, если захотят. Насколько я могу судить, эти фотографии настоящие».

«Кто их послал?» — спросила Клара.

Риттер пожал плечами.

«О Боже!» — вдруг воскликнул Лэнс.

Клара посмотрела на него и была потрясена, увидев выражение его лица. Он выглядел так, будто только что увидел привидение. «Лэнс! Что случилось?»

Он смотрел на самую первую фотографию, которую она видела. На той, где был мужчина в костюме.

«Как это возможно?» — пробормотал он.

Она повернулась к Риттеру, на лице которого было то же самодовольное выражение, что и раньше, только на этот раз умноженное в тысячу раз. «Теперь видишь?» — торжествующе воскликнул он. «Теперь понимаешь, почему я не знаю, куда обратиться?»

OceanofPDF.com

31

Рот смотрел на воду бассейна, словно надеясь найти в ней утешение. Но он не нашёл. По правде говоря, он был потрясён. Осипу следовало бы быть осторожнее. Приходя сюда, в свой дом, под таким наблюдением, он уже сам задавался вопросом, не пытается ли Осип навлечь на него беду. Неужели Осип намеренно пытался его запугать? По опыту Рота, страх был одним из инструментов давления, которыми очень искусно пользовались сотрудники ГРУ.

Он знал, где находится конверт, более того, он видел его со своего места. Чудо, что охрана его не заметила. Он взглянул вверх, на спутники, которые, как он знал, следили за территорией, затем через плечо на освещённый прожекторами дом.

«К чёрту всё», — пробормотал он, отбрасывая сигару. Он подошёл к растениям, схватил конверт с земли, сунул его в карман халата и пошёл обратно к дому.

Он вошёл на кухню и плотно закрыл за собой дверь патио. Ранее он поставил на проигрыватель пластинку Кэта Стивенса, но музыка стихла, и он слышал треск иглы о восковую пластинку. Он прошёл в гостиную, перевернул пластинку и налил себе скотч. Вздохнув, он оглядел комнату. Охранники почти ничего не трогали во время обыска, но он видел, что они здесь были. На белом мраморном полу в коридоре виднелись царапины, а кто-то перевернул уголок персидского ковра восьмого века перед камином. Он подошёл и поправил его.

Его нога. Там горел огонь, и он постоял рядом с ним, глядя на пламя, прежде чем взять свой скотч и подойти к дивану.

«Ладно, Осип», – пробормотал он, садясь. Затем, сделав большой глоток скотча, он оторвал верхнюю часть конверта и высыпал содержимое себе на колени. То, что он обнаружил, оказалось коллекцией документов и фотографий – не оригиналов, а наспех сделанных копий. Фотографии были на обычной бумаге для принтера, чернила тёмные и кляксистые. Первая представляла собой уменьшенную версию карты русской армии. Рот немного знал русский и едва мог разобрать названия мест и координатную сетку. Это была версия масштаба 1:5000, достаточно подробная, чтобы показать очертания отдельных зданий и топографические особенности, и, похоже, изображала крупный промышленный объект с доступом к причалу для барж, а также железнодорожным сообщением. В пустом белом поле в углу кто-то от руки написал: «Таганрогский металлургический завод».

Рот прочитал название вслух. Он знал это место, это был один из буквально сотен промышленных объектов по всей России, связанных с военными. Насколько ему было известно, в последнее время он не был связан ни с чем особо интересным.

Он заметил, что кто-то обвёл некоторые здания на карте кругами, и пролистал следующие несколько документов. Это были зернистые чёрно-белые фотографии. На этикетках были от руки написаны координаты, и он понял, что это подробные снимки завода.

На фотографиях были видны дороги, залитые слякотью и талой водой, увядающие растения и деревья, огромные дымовые трубы, извергающие в воздух клубы дыма. Также было видно, что безопасность на заводе была значительно усилена. У въездов стояли доты, сторожевые вышки охраняли сетчатые заборы с колючей проволокой, а между рядами заборов вооружённые солдаты патрулировали кустарник пешком в сопровождении собак.

Он продолжал листать документы. Там была карта региона, на которой были обозначены Таганрог и Ростов-на-Дону. По оценке Рота, завод находился примерно в двадцати милях к западу от города, вдоль побережья.

Среди чистых листов бумаги он нашёл коллекцию фотографий, напечатанных на настоящей фотобумаге. Они были чётче, и на первой он увидел вид с высоты птичьего полёта на длинный грузовой поезд, тянущий, судя по всему, не менее сорока или пятидесяти платформ. Между платформами находились огромные защитные переборки. Казалось, что поезд перевозил…

Военная техника. Следующий кадр был ближе, и он увидел, что поезд перевозил военные грузовики. Он также увидел, что поезд въезжает на объект в Таганроге. Странное место для перевозки техники, подумал он, хотя и не был достаточно хорошо знаком с перемещениями российской техники в регионе, чтобы сделать точный вывод. На следующих нескольких фотографиях было ещё больше того же: вагоны поезда с разных ракурсов, увеличенные кадры грузовиков, которые они везли, и подробные снимки товарной станции в Таганроге.

Затем появилась ещё одна стопка копий документов, и, расшифровав текст, Рот понял, что это спецификации на баллистическую ракету малой дальности «Искандер». Ошибиться было невозможно. На ней было написано совершенно ясно — 9К720 «Искандер». Рот был более чем знаком с этой системой, важным элементом мобильных средств доставки ракет России.

По классификации НАТО он имел обозначение SS-26 Stone.

Он откинулся на диване и сделал большой глоток скотча. Система «Искандер» была не просто объектом насмешек и уже не раз вызывала головную боль во время стратегических совещаний в Пентагоне, на которых он недавно присутствовал. Грузовики на платформах, которые, как он теперь понял, были «Искандерами», были способны запускать и наводить ракеты с исключительной точностью на дальность до трёхсот миль. В зависимости от ракеты, гиперзвуковая скорость до 5 Махов не была исключена. Возможно, они не были столь же точными, как лучшие конкурирующие системы НАТО, но были близки к этому. Вопрос, который больше всего беспокоил Рота и который постоянно поднимался на брифингах в Пентагоне, был темой следующего фото.

Это было увеличенное изображение одной из ракет, перевозимых вместе с «Искандерами». На боку ракеты, нанесенной вручную белой краской по трафарету, было написано 9М723. Он уже видел эту подпись раньше, поэтому тут же встал и направился в свой секретный кабинет. Он потянулся под стол к скрытой кнопке и нажал ее. Раздался щелчок с книжной полки позади него, уставленной старинными томами в кожаных переплетах, и одна из книг слегка выдвинулась вперед. Он потянул за книгу, и вся секция книжной полки выдвинулась вперед и сдвинулась с места, открывая сейф. Доступ к сейфу осуществлялся с помощью старомодного набора кодов, и он повернул диск, чтобы ввести свой код. Дверь открылась, и он достал какие-то файлы.

Он вернулся с папками в гостиную и снова взял фотографию, которую рассматривал. На трафарете было написано 9M723, и он…

Пролистал файл, пока не нашёл его. Согласно досье ЦРУ, основанному на самых достоверных разведданных НАТО, предполагаемая дальность полёта 9М723 составляла 415 километров. Теперь, из спецификации Шипенко, он видел, что фактическая дальность приближалась к 500 километрам. Они также могли развивать скорость до 7 Махов и достигать высоты полёта от пятидесяти до шести километров. Ракеты могли управляться на всех этапах и не были привязаны к традиционной баллистической траектории полёта. Они обладали малозаметностью и могли совершать интенсивные манёвры уклонения при приближении к цели, что крайне затрудняло их перехват системами ПРО. Рот знал, что у нынешней системы ПРО Украины мало шансов перехватить их. Но самое тревожное заключалось в том, что спецификация подтверждала способность 9М723 нести ядерный заряд мощностью до пятидесяти килотонн.

Рот вздохнул, глядя на следующую фотографию. Она была похожа на предыдущую, но на этот раз трафаретный код на борту ракеты был 9М728. Он пролистал спецификации Шипенко, пока не нашёл их. Это была модификация «К» предыдущей ракеты, буква «К».

Название «Крылатая» происходит от русского слова « крылатая ». Ракета была похожа на предыдущую версию, но летала на меньшей высоте и могла огибать рельеф местности. Это означало, что она могла автоматически следовать за долинами, пролетать над холмами и горами, а также совершать ещё более резкие манёвры уклонения. Она также была разработана для несения тактической ядерной боеголовки с полезной нагрузкой до пятидесяти килотонн.

Рот бросил документы и откинулся на спинку дивана. Всё было хуже некуда. Русские готовились к применению тактического ядерного оружия на Украине. Судя по графикам и диаграммам в документах, мощность тактического ядерного оружия составляла от пяти до пятидесяти килотонн. Что касается мощности, то это были не такие уж большие цифры. Стратегические ядерные боеголовки, разработанные как США, так и Советским Союзом в годы холодной войны, обычно имели мощность до двадцати пяти тысяч килотонн. Самое мощное оружие, русская «Царь-бомба», испытанная Советами над островом Северный в 1961 году, имела мощность пятьдесят тысяч килотонн. По сравнению с пятьюдесятью тысячами пятьдесят звучало не так уж много. Пять – жалкая цифра. Но эти цифры могли быть обманчивыми. Бомбы, сброшенные Соединёнными Штатами на Хиросиму и Нагасаки, «Малыш» и «Толстяк», были в диапазоне от пяти до пятидесяти. Взрыв, уничтоживший большую часть центра Бейрута всего за несколько лет

Предыдущий взрыв был эквивалентен всего одной мегатонне. Если бы Россия применила это тактическое ядерное оружие, это изменило бы всё. Это не только сыграло бы решающую роль в войне против Украины, но и позволило бы ядерной тьме вырваться на свободу из ящика, в котором она успешно хранилась с 1945 года.

Трудно было представить, как украинцы продолжат борьбу перед лицом тактического ядерного оружия. Их боевые подразделения не только окажутся беззащитными перед ним, но и Молотов неоднократно демонстрировал свою готовность, даже рвение, атаковать гражданские цели. Ключевая инфраструктура, жилые районы, целые районы городов – всё это было бы под угрозой. Украинцы были храбры, они успешно отражали натиск российских войск. Во многих отношениях они побеждали. Но ни одна страна, по крайней мере со времён Японии в конце Второй мировой войны, не была вынуждена отражать ядерное нападение. Рот не считал, что украинцы выдержат гораздо лучше, чем император Хирохито.

Картина, нарисованная документами в конверте, была ясна.

Президент Молотов перебрасывал огромное количество техники, включая пусковые установки «Искандер» и тактическое ядерное оружие, в зону досягаемости фронтовых линий на Украине.

Рот осушил стакан и встал, чтобы наполнить его. К последней странице спецификаций был прикреплён внутренний досье ГРУ. Он был напечатан на тонкой блестящей бумаге, напоминающей старую факсовую, и Рот заметил, что кто-то потрудился сделать перевод на английский на обороте шариковой ручкой.

Руководитель операции: Валерия Смирнова

Ведущий на перехвате: Роман Газзаев

Цель перехвата: предполагаемый агент ЦРУ Юрий Волга. Статус цели: мертв.

Рот прочитал эти слова и повторил про себя имя Юрия Волги. Он почувствовал укол вины. Это было одно из имён, которые он назвал Шипенко. Оказалось, именно Волга изначально собрал все эти данные, нашёл фотографии и обнаружил, что ядерное оружие перевозят на фронт. Информация могла бы попасть на стол Лорел, если бы её заранее не перехватил Шипенко.

Жаль Юрия Волги, подумал Рот. Пластинка Кэта Стивенса достигла конца поля и снова крутилась в зачёте. Он встал, чтобы перевернуть её, когда почувствовал вибрацию телефона в кармане. Он…

Взглянув на экран, он увидел сообщение от службы безопасности у ворот. Он ответил: «Что сейчас?», даже не пытаясь скрыть нетерпение. «Уже за полночь».

«Знаю, сэр», — сказал агент. «Простите за звонок…»

«Что-то случилось?»

«Нет, не совсем, сэр. Не о чем беспокоиться…»

«Тогда выкладывайте, ради Бога».

«Это звонок, сэр. Она не примет отказа».

«Звонок?»

«Она говорит, что работает с тобой».

«Лорел?»

«Нет, сэр. Другой. Русский».

«Татьяна?»

«Она говорит, что ты бы ее не отверг».

«В это время ночи?»

«Вот что я ей и сказал, сэр. Я её выгоню».

Что происходит, подумал он. Что Татьяна здесь делает? Внезапный визит, да ещё и в такое время ночи, был беспрецедентным. Он посмотрел на разбросанные на журнальном столике компрометирующие документы и подумал, не может ли её непредусмотренный визит быть совпадением. Он слишком часто бывал в этом районе, чтобы поверить этой мысли.

«Скажите ей, чтобы дала мне секунду», — сказал он, собирая бумаги и фотографии, а также сам конверт и даже файлы ЦРУ, которые он вынул из сейфа, и поднося их к огню.

«Тогда отправьте ее наверх?»

«Отправьте её наверх», — вздохнул Рот, бросая документы по одному в ревущее пламя. Наблюдая, как разгорается пламя, он размышлял, какой предлог Татьяна могла использовать для этого вторжения.