Затем последовал третий залп, за которым последовало меньше криков, меньше извиваний, меньше борьбы за жизнь.

Когда дым от третьего залпа рассеялся, офицер в сопровождении двух солдат вытащили оружие и пошли вперед, чтобы завершить начатое одним выстрелом в основание каждого из тридцати черепов.

Тогда президент повернулся к Шипенко и сказал: «Мне не нравится, когда меня делают дураком, Осип».

Осип кивнул. «Нет, сэр».

«Россия не проигрывает войны».

"Конечно, нет."

«Иди же в бой и принеси мне победу».

«Да, сэр.

«Или я насажу твою голову на чертов пику».

OceanofPDF.com

18

Риттер сидел за столом в углу своего гостиничного номера с зажжённой лампой, булькающей кофеваркой и пачкой чипсов, купленных в автомате, в руке. Он чувствовал себя студентом, откинувшись назад и высыпая крошки из пачки в рот. Он уже некоторое время листал потрёпанные страницы блокнота Волги и наконец-то почувствовал, что дело двинулось к цели.

Каждая страница была покрыта цифрами — бесконечными строками, казалось бы, беспорядочной тарабарщины, словно выдаёт сломанный компьютер. У него была элементарная подготовка по взлому кодов, и он попробовал эти числа сопоставить с некоторыми из самых распространённых шифров. Ни один из них не сработал, поэтому он разбил числа на пары и проверил, превышает ли какая-либо пара значение двадцати шести. Так и вышло.

Он проверил, делятся ли пары на целые числа. Не все делились. Он подсчитал количество уникальных пар чисел и обнаружил, что их тридцать шесть, и они довольно равномерно распределены по значению от одного до девяноста девяти.

«Шифр подстановки», — пробормотал он и начал подсчитывать частоту появления каждой пары на первой странице. Взломать шифр подстановки было несложно, и он начал сравнивать самые распространённые буквы алфавита с самыми распространёнными парными комбинациями на странице. Если Волга кодировал свои сообщения на английском языке, то самые распространённые пары соответствовали бы буквам E, T, A и O. Вскоре он увидел признаки того, что на верном пути.

«Не совсем загадка», — пробормотал он, записывая первые расшифрованные слова. Некоторые сообщения, похоже, были переведены на русский, по крайней мере, так выглядели, но большинство, к счастью, были на английском.

Ошибки тут и там, пропущенные буквы или неправильно транслитерированные, но Риттер наблюдал за работой Волги. Он шифровал свои записи в уме и очень быстро записывал их от руки. Это впечатляло, и тот факт, что шифр был простым, не удивлял. Этого было достаточно, чтобы скрыть девяносто девять процентов любопытных глаз, если бы блокнот когда-либо попал в чужие руки, а для этого он и был предназначен. Только если бы спецслужбы нашли его, и только тогда, если бы они заранее связали Волгу с ЦРУ, была бы предпринята скоординированная попытка его расшифровать. Риттер пролистал блокнот, ища комбинацию символов, составляющую слово «Тушонка». Он нашёл её и проверил свою расшифровку на этом участке.

Тушонка разговаривает с кем-то в Вашингтоне на самом высоком уровне. Продолжение следует.

Риттер выдохнул сквозь зубы. Вероятно, именно это Волга и передала Лэнгли. Может быть, это и стало причиной его смерти?

Он налил себе кофе и начал трудоёмкий процесс расшифровки всей записной книжки с самого начала. На гостиничном бланке он методично перевёл её целиком, по одной букве за раз, пропуская те разделы, которые, по всей видимости, были написаны не на английском языке.

На первой странице был указан адрес в городе. Риттер не понимал, что это значит, он никогда там не был, но подтвердил, что пары цифр, которые ему ещё предстояло расшифровать, на самом деле были цифрами, как и предполагалось. Он записал их и перешёл к следующей странице, где был список имён. Некоторые имена были ему знакомы, некоторые нет. Из тех, кого он узнал, большинство принадлежали городским чиновникам, местным военным офицерам или федеральным политикам. Многие записи были зашифрованы – одно слово или фраза – и их было трудно прочесть, но другие были очень чёткими. Там было много информации о военной логистике – грузовые перевозки и передвижения войск, заказы на закупку оружия, цены и количество сырья. В этом не было ничего сверхъестественного, но там также были даты, что позволило Риттеру разгадать символы для большинства чисел.

Он пропустил несколько цифр, но теперь вернулся к ним и разобрался. Там были адреса, время и номер телефона, который Риттер действительно узнал. Это был номер Евгения Задорова.

это подтвердило то, о чем Риттер уже подозревал: они оба рассчитывали на его защиту со стороны полиции.

Заметив, что на улице начинает вставать солнце, он перелистнул блокнот до последних страниц. Если там и были какие-то зацепки о том, что случилось с Волгой, он, скорее всего, нашёл их там. Он написал несколько букв и остановился.

Агент в Ростове для ликвидации цели. Встреча в 4:15 утра.

Риттер посмотрел на часы. Было уже больше 4:15. Он закурил сигарету и встал с места. Он подошёл к занавеске и выглянул. На востоке, под облаками, виднелась тонкая красная полоска, и Риттер представил, как контакт Волги сидит где-то на скамейке, ожидая его появления.

«Актив», — тихо сказал он себе. Довольно распространённое слово, но этот явно был убийцей. Кто был его целью? «Я?» — пробормотал он, глядя на улицу. «Если это так, удачи, приятель».

Он размял ноги и сварил ещё кофе. Ему нужно было поспать, но он пока не мог рисковать. Не сейчас. Нужно было дочитать блокнот до конца и убедиться, что там нет ничего, что могло бы изменить его взгляд на вещи. То, что он знал пока, рисовало не слишком радужную картину. Волга мертв, Вильготский мертв, а ЦРУ перебросило агента в город. Улица внизу была практически безлюдна, ещё слишком рано для утреннего движения, и солнце едва проглядывало. Шел лёгкий снег, и мимо ревел снегоуборочный комбайн. Он оставил штору полуоткрытой и вернулся к столу. На следующей странице блокнота была цифровая строка. Он разобрался и увидел, что это телефонный номер с кодами набора. Это был номер США с кодом города 202. Вашингтон, округ Колумбия.

Он посмотрел на стационарный телефон на столе. Если бы он им воспользовался, ему пришлось бы выйти из комнаты. Место было бы открыто. Мысль о том, чтобы выйти на улицу в такой холод, особенно после бессонной ночи, не радовала его, но номер телефона – это слишком, чтобы не воспользоваться им. Он налил себе ещё кофе и уставился на телефон. В блокноте оставалась последняя страница, и он расшифровал её, прежде чем звонить.

Протокол об имуществе. Ростов-Главный. Телефон-автомат под часами. 7:30 утра.

Он обдумал это. Место было довольно простым. Сегодня? И что там должно было произойти? Убийца позвонит? Доложит?

«Плохо», – подумал он. – «Нужно больше». «Нужно попробовать номер». Он взял телефон и набрал. Последовала серия гудков и щелчков, пока звонок перенаправлялся, а затем женский голос.

"Привет?"

Риттер колебался. Он не знал, что сказать.

«Алло?» — снова сказала женщина.

«Я здесь», — сказал Риттер, пытаясь изменить свой голос.

"Кто это?"

Риттер промолчал. Он пытался угадать, с кем разговаривает. Голос ему показался знакомым, но он не мог вспомнить.

«Кто это?» — снова спросила она. «Откуда у тебя этот номер?»

Он прочистил горло.

«Этот номер есть только у одного человека», — сказала она, и ее тон внезапно стал холоднее.

«Если ты не ответишь, я повешу трубку».

«Человек, у которого был этот номер, мёртв», — сказал Риттер. «Как и его русский друг».

«О чём ты говоришь? Кто ты?»

«Давайте не будем беспокоиться о…»

«Риттер? Это ты?»

"Ебать."

«Крейг Риттер. Я знаю, это ты».

«Откуда вы знаете мое имя?»

«Потому что это я тебя завербовал».

Он понял, что уже слышал этот голос раньше. Это была женщина из Лэнгли.

«Лорел», — сказал он.

«Почему ты это называешь...»

«Волга умерла».

"Что?"

«Ты меня услышал».

«Как он умер?»

«Это я должен был спросить тебя ».

«Вы ведь не предполагаете...»

«Я сказал ему, что там американский крот. Теперь у него пуля в голове».

«Не пуля ЦРУ».

«Вы бы так сказали, не так ли?»

«Потому что это правда. Зачем нам убивать своего человека?»

«Хмм. И действительно, почему?»

«Что ты говоришь? Ты узнал второе имя?»

«Хм», — снова сказал он. Ни за что на свете он не собирался ей сейчас рассказывать. «Как насчёт того, чтобы ты мне кое-что рассказала?»

"Как что?"

«Например, кому в ЦРУ вы передали последнее сообщение Волги?»

Она ничего не сказала.

«Интересно», сказал он.

«Я не могу сказать, кому я его передал, но это очень избранная группа».

«Насколько маленький?»

«Три имени в ЦРУ, одно из них — мое».

«И кому они рассказали?»

"Никто."

«А теперь Волга мертва».

«Ты думаешь, что кто-то из моих людей...»

«Насколько мне известно, это мог быть ты».

«Это не имеет смысла».

«Почему нет? Если бы он знал что-то, что вы не хотели, чтобы он сказал».

«Что бы он ни знал, ты знаешь», — сказала она как ни в чем не бывало.

"Что это значит?"

«Подумай. Я знаю твоё настоящее имя. Я знаю, где живут твоя жена и дочь. Я тот, кто…»

«Вы угрожаете моей семье?»

«Я бы никогда не стал угрожать твоей семье».

«Тогда почему ты...»

«Я хочу сказать, что если бы я был тем, кто приказал убить Волгу, этого разговора бы не было».

Он ничего не сказал. Она была права.

«Если бы я хотела твоей смерти, — сказала она, — ты бы уже был мёртв. Тебя несложно выследить в этом городе. Особенно когда ты знаешь, что ищешь».

Он вздохнул. На секунду оторвал трубку от уха и посмотрел на неё. Она говорила правду. Это не вызвало у него никаких чувств.

Но стало лучше. «Хорошо», — сказал он. «Ответьте мне на этот вопрос. Моя семья находится под угрозой?»

«Конечно, ваша семья не подвергается риску».

«Потому что если что-то случится...»

«Они не скомпрометированы. Не из-за этого. Волга ничего о них не знал. Он не мог их скомпрометировать».

«Ты их видел?»

«Я могу отправить кого-нибудь в Бристоль в течение часа».

«Сделай это».

«Я сделаю это», — сказала она, — «но нам нужно выяснить, что, черт возьми, там происходит».

«Я же тебе говорил. Кто-то продал «Волгу».

«А его человек? Вильготский? Он тоже умер?»

"Да."

«Откуда вы знаете, что их кто-то продал?»

«Что вы имеете в виду? Они мертвы. Им вырвали ногти плоскогубцами».

«Где вы нашли тела?»

«На месте нашей встречи».

«Фермерский дом?»

"Да."

«Значит, их не забрали?»

«Где?»

«Входи, Риттер. В штаб. На объект ГРУ».

«Их не пустили. Но меня кто-то ждал».

«Вы имеете в виду засаду?»

"Да."

«Они ждали тебя на ферме?»

Они не ждали его. Они появились после того, как он попытался дозвониться до Волги. «Они появились», — сказал он.

«Они наблюдали?»

«Или следить за сотовым Волги».

«Ты звонил ему на мобильный?»

"Да."

«Конечно, они потом появились», — сказала она. «Это стандартная операционная процедура».

"Я знаю."

«У Волги могло случиться миллион вещей. Ты же не знаешь наверняка, что он был продан, правда?»

«Я ничего не знаю», — сказал он.

«Если бы русские заподозрили, что он из ЦРУ, они бы его забрали...»

«В центре города. Я знаю».

«А как вы получили этот номер?»

«Я получил его от Волги».

Она помолчала немного. «Он бы не стал…» — сказала она и не закончила предложение.

«Он чего не хотел?» — спросил Риттер.

«Он бы не дал вам этот номер. Не по своей воле».

«Ты хочешь сказать, что я убил его за это?»

«Нет. Просто он никогда бы не...»

«Я взял это из его блокнота. Я нашёл его блокнот».

«Я не знал, что он ведет блокнот».

«Ну, он так и сделал».

«Если вы его нашли, значит, русские его не нашли».

Риттер ничего не сказал.

Она тоже помолчала, а потом сказала: «Кажется, ты взволнован, Крейг».

«Я не встревожен».

"Где ты?"

«Я вам этого не говорю».

«Да ладно тебе», — сказала она раздражённо. «Звонок уже отслеживается.

Ворошиловский проспект».

«Там много...»

«Отель Балкан».

Он вздохнул. Он понимал, что ведёт себя неразумно, но, по правде говоря, был потрясён. Он не понимал, что происходит. Он не понимал, почему погибла Волга. Он не знал, кому можно доверять. И он только что узнал, что у ЦРУ есть агент в городе. «Мне нужно идти», — сказал он.

«Подожди! Не вешай трубку».

Он положил трубку и встал. Ему нужно было уйти, место теперь наверняка было раскрыто, а значит, защищать его не требовалось.

Он достал телефон и включил его. Подключение к сети заняло минуту, и пока он ждал, он собрал свои немногочисленные вещи. Затем он пролистал сообщения.

Одно письмо было от Задорова, отправленное как раз перед тем, как он вошел в дом на ферме.

Сегодня вечером на М-4 ужасные пробки. Не подъезжайте близко.

OceanofPDF.com

19

К тому времени, как Валерия вернулась в свой номер в отеле, её уже трясло от холода. Она уже несколько часов провела на ферме, разбираясь с последствиями разразившейся катастрофы.

«Ты тупой, тупой, идиот!» — кричала она капитану полиции. Он был самым высокопоставленным офицером Ростовской области, прибывшим на место происшествия, и поэтому принял на себя весь её гнев. «Ваши люди ворвались, как толпа…»

«Это было не мое решение...»

«Ты меня обманул, — бушевала она. — Ты облажался со всей операцией. Я отдам тебя за это под трибунал. Мне нужны имена всех офицеров, погибших при взрыве».

«Почему?» — спросил он.

«Потому что я собираюсь сделать так, чтобы их жены не получили за это ни рубля пенсии».