А теперь пойдемте посмотрим жилье.

Он отошёл от неё, и она отвернулась от окопа, понимая, что в этом уродливом, напыщенном человеке она сталкивается с тем же злом, с которым столкнулась в горах Македонии с Самсоном и Наджи. Кирилл сохранял видимость цивилизованности и гуманности, но, в конечном счёте, он был той же сущностью, что и террорист Альмунджил.

Мужчины обернулись и повели её обратно на дачу, но теперь она могла идти без посторонней помощи и высвободилась от них. Кирилл крикнул ей через плечо: «Мы будем изучать русскую литературу, но сначала ты расскажешь мне об американской литературе».

«Я ничего не знаю об американских книгах, — сказала она ему в спину. — Я гречанка».

«Тогда мы будем учиться вместе. Мы прочитаем «Гекльберри Финна». Вы читали этого автора – Марка Твена?»

«Нет», — ответила она.

«Книга вам понравится, и мы обсудим ее позже».

OceanofPDF.com

ГЛАВА 18

Из-за сбоя связи между полицией Нью-Йорка и иммиграционной полицией (ICE) произошла задержка с установкой электронного браслета, и Хисами пришлось провести ещё несколько часов под стражей. Талливер и Сэмсон встретились в кофейне в квартале от исправительного центра Metropolitan Correctional Center, после того как Сэмсон заселился в отель в центре города, рядом с квартирой Хисами в Трайбеке.

Он спал в самолёте, поэтому чувствовал себя бодрым. Чего нельзя было сказать о Талливере, который боролся сразу с несколькими пожарами. СМИ не упускали из виду Хисами, которому до недавнего времени удавалось сохранять сдержанность, граничащую с секретностью. Раньше он соглашался на интервью только тогда, когда рассказывал о работе своей сестры с детьми, больными раком, или, в последнее время, о центрах Айсель. Хотя многие отмечали его приятный характер, они также отмечали его немногословность и замкнутость.

«Дельфийский» – слово, которое он использовал несколько раз. Теперь о нём писали даже на страницах « Нью-Йорк Таймс», опубликовавшей длинный очерк, в котором задавались вопросы о его прошлых связях с ЦРУ и упоминались слухи о его участии в операции по уничтожению террористической ячейки в Македонии тремя годами ранее. Представитель Хисами счёл это полезным освещением событий, представляющим его другом Америки и героем боевиков, но Талливер заявил, что всё это не идёт на пользу бизнесу.

Сомнения в прошлом Хисами и достоверные слухи о его причастности к македонскому инциденту заставили банки пересмотреть свои отношения с Хисами. Сложная структура активов и инвестиций Хисами, особенно в медиа- и биотехнологических стартапах, уже и без того пострадавшая от коротких продаж фармацевтических акций, начала давать сбои. Он был очень богат, но всё это могло рухнуть в одночасье. «Его богатство основано на постоянном движении вперёд и…»

«Он постоянно сосредоточен на этом», — сказал Талливер. «Самая важная часть его жизни — ежедневные разговоры с банкирами, которые невозможно вести из Метрополитенского исправительного центра. Ему предстоит долгий путь, чтобы восстановить эти отношения и вернуть доверие людей». Он посмотрел Сэмсону в глаза. «Он может не выжить».

Сэмсон потёр шею и выглянул в окно. «Что, чёрт возьми, происходит, Джим? Я имею в виду, с чем мы все, чёрт возьми, имеем дело? Расскажи мне, в чём дело, потому что я, хоть убей, не понимаю. Пропала огромная сумма, и Адам Крейн в этом виноват. TangKi — просто канал, или Крейн ограбил его резервы? Пять человек были убиты, а Анастасия похищена и взята в заложники в России без какого-либо требования выкупа. И теперь мы знаем, что Денис работал на ЦРУ в 1990-х, и тот, кто его наказывает, имеет доступ к подробной информации о том времени. Мы имеем дело с вендеттой? К чему всё это сводится?»

«Я знаю столько же, сколько и ты».

«Чёрт, ты знаешь гораздо больше».

«У меня есть подозрения».

«Что они, черт возьми, такое?»

«Я ничего не знал о том, что он делал с ТангКи, но у Дениса всегда есть очень веская причина для действий, и обычно это принцип. Это основа его психологии. Он очень серьёзно обдумывает проблему, деловую возможность или идею, а затем разрабатывает этот принцип, который с тех пор полностью определяет всё, что он делает».

Сэмсон покачал головой. «Мне плевать на его грёбаные принципы». Он взял чашку, взболтал остатки чёрного кофе и опрокинул. «Россия – всё дело в России. Анастасию держат в России, у Крейна русская семья, и, я делаю предположение, но, по-моему, деньги идут из России». Он снова замолчал. «А происхождение этих фотографий из Ирака и изменения в документах попахивают клеветнической кампанией, которая не выдержит никакой судебной экспертизы. Это была разведывательная операция, и иммиграционная и таможенная полиция (ICE) и Министерство внутренней безопасности на неё попались».

«Здесь много предположений».

«Как Денис связался с Крейном?»

«Он встретил его на благотворительном мероприятии в Сан-Франциско и предположил, что тот пытается втянуть всех этих людей в какую-то авантюру в TangKi.

«Как только Крейн выкупил компанию у основателей и начал вкладывать в нее огромные деньги, Денис заинтересовался и позволил Крейну обратиться к нему».

«Чем на самом деле занимается компания?»

«Компания предлагает несколько услуг. Используя криптовалюту, она позволяет людям покупать недвижимость в любой точке мира, избегая обычных сложностей, связанных с юристами, риелторами и обменом валют. Также разработан блокчейн-сервис для владельцев крупных застроек, благодаря которому всё прозрачно: инвесторы могут получить доступ к документации здания и увидеть, что именно с ним было сделано, когда и кто за него заплатил. И наконец, компания предоставляет людям возможность инвестировать в портфель зданий и застроек. Это и есть первоначальный бизнес, откуда и произошло название TangKi – на малайском это слово означает «резервуар» или «бассейн». Компанию основали два риелтора, один из которых был малайзийцем, – которые неплохо заработали, продав её Крейну».

«И Крейн заметил, что это отличный способ отмывания денег, или, по крайней мере, так делали его русские хозяева».

Талливер покачал головой и посмотрел на телефон, который завибрировал от текстового сообщения. «Это Зилла. Я скажу ей, чтобы она пришла сюда».

Минуту-другую они сидели молча. Наконец Сэмсон сказал: «Если, по-твоему, мне следует что-то знать, расскажи мне, Джим. Подними трубку, разрешит тебе Денис или нет. Возможно, это спасёт жизнь Анастасии».

Талливер пристально посмотрел на него.

«Я серьёзно. Он нам в чём-то не откровенен».

Талливер кивнул. «Хорошо. Посмотрим, что будет».

Зилла подошла к их столику с ноутбуком в сумке-шоппер и японским зонтиком, который сложился так, что стоял на кончиках спиц. Она пробормотала «привет», откинула волосы назад и открыла ноутбук. «Итак, мы отследили машину в шестистах километрах к северу от Крыма. Это было сложно. У них были сопровождающие, и мы потеряли её. Но мы…

У нас есть номерной знак, и мы знаем, какая компания организовала грузовик. Это компания Arcady-Ax Logistics, которая, вероятно, имеет связи с Маа и работает из промышленной зоны Рыбацкое, к юго-востоку от Санкт-Петербурга. Водитель, должно быть, доставил госпожу Хисами вместе с похитителями в какой-то момент между местом, где мы потеряли грузовик, и Санкт-Петербургом, так что это примерно девятьсот миль. — Она сердито подняла палец. — Но если грузовик приехал из города — у него петербургский номер с номером 178 — вполне возможно, что её держат в самом конце этого девятисотмильного маршрута.

«Может быть», сказал Самсон.

«Первым делом мы подумали о спутниковых снимках, но большая часть пути прошла ночью, к тому же была сильная облачность – приближается русская зима. Поэтому мы решили, что лучше всего обратиться в транспортную компанию и попытаться найти грузовик и человека или людей, которые ехали на нём из Крыма. Сейчас этим занимаются четыре человека, включая гражданку России, которая обычно работает на нас за пределами России. В этот раз она согласилась сделать исключение. Если мы установим личность водителя, мы свяжемся с ней, и она выяснит, где остановился грузовик, я вам это обещаю. Поэтому мы направляем все наши ресурсы на это направление расследования».

«А что будет, если ты найдешь это место?» — спросил Талливер. «Ты войдешь?»

«Это будет решать господин Хисами. Попадание в такую ситуацию чревато опасностью как для спасателей, так и для жертвы похищения».

Она переводила взгляд с одного на другого. «Мы получили какое-нибудь требование?»

«Нет», — сказал Тулливер, — «но у нас не было доступа к телефону Дениса с тех пор, как он оказался в тюрьме».

«Если это будет скоординировано, — сказал Самсон, — то люди, удерживающие Анастасию, узнают, что Хисами освобождают».

Тулливер ничего не ответил, а просто встал и положил телефон в карман.

«Я пойду в тюрьму. Денис, наверное, скоро выйдет. Я позвоню тебе позже насчёт встречи».

«Это должно произойти сегодня вечером», — сказал Сэмсон.

«Ему предстоит сделать много звонков».

Сэмсон встал, чтобы его не услышали. «Передай Денису, что мы не собираемся освобождать Анастасию, сидящую в Нью-Йорке. Если он хочет вернуть жену, ему нужно увидеться со мной как можно скорее, и он должен быть полностью открыт». Он сел, а Талливер, не сказав ни слова, повернулся и вышел из кафе.

«У нас гости», — сказала Зилла, не поднимая глаз. «Они используют Wi-Fi ресторана, чтобы взломать нас. Вам следует выключить телефон». Она выключила компьютер, закрыла его и провела пальцем по верхней части экрана телефона.

'Где?'

«Двое мужчин за вами, через четыре столика. Они пользуются ноутбуком.

«Вероятно, они задержали тебя в суде».

«В пределах слышимости?»

«Нет, но, возможно, нам следует переехать».

Сэмсон расплатился и последовал за Зиллой к двери. Проходя мимо двух мужчин, которые, казалось, были поглощены своим занятием, она метнулась к ним и облокотилась на стол.

«Привет, ребята. У вас есть пароль от широкополосного интернета? Я тут постоянно сижу и никак не могу настроить».

Один из них, мужчина лет тридцати, смущенно поднял глаза и сказал, что, по его мнению, официантка могла бы помочь.

«Точно, значит, у тебя его нет». Она выпрямилась, и её рука опрокинула стакан с водой, стоявший на столе, на клавиатуру ноутбука. Они оба вскочили с криками. Она отошла и объявила ресторану: «Эти двое парней взламывают ваши устройства». Кафе взорвалось через несколько секунд, и к тому времени Зилла и Сэмсон уже направлялись к двери.

«Мы пойдем пешком, если вы не против», — сказала она, жестом подзывая серебристый внедорожник у обочины следовать за ними.

«Почему ты так уверен в них?» — спросил Самсон.

«Монтажное устройство с антенной, которое улавливает сигналы устройств в комнате и обманным путем заставляет их подключаться к нему».

«Кто это был?»

«Это может быть кто угодно — правительство, люди Крейна. Бог знает.

Иммиграционная и таможенная полиция и Министерство внутренней безопасности возмущены тем, что произошло сегодня в суде».

Она остановилась, когда они перешли улицу. «У меня есть новости. Мы думаем, Крейн в Эстонии».

Самсон остановился. «Откуда ты знаешь?»

«Один из номеров, которые вы получили от друзей в Неаполе, принадлежал банковскому счёту, к которому два дня назад осуществлялся доступ из Таллина. Мои люди отслеживают доступ к счёту, хотя мы не можем сказать, что на нём и какие транзакции совершаются. Но мы можем определить, где находится источник».

«Я не называл тебе цифры», — сказал Сэмсон.

«У меня хорошая память», — сказала она.

«Таллинн находится всего в нескольких часах езды от российской границы», — сказал он, игнорируя ее слегка раздражающую улыбку.

«Четыре с половиной часа по дороге».

«Кто-нибудь ещё это знает? Например, Мэйси?»

'Нет.'

Они прошли несколько шагов. «Оставь это при себе, Зилла».

«Я должна рассказать Денису, но могу никому больше не говорить. Почему ты не хочешь, чтобы Мэйси узнала?»

«Думаю, МИ-6 сейчас ведёт довольно плотное наблюдение за Мэйси. Уверен, они точно знают, где находится Крейн, и полны решимости защитить эту информацию. Я не хочу, чтобы они догадались, что нам известно его местонахождение».

Она кивнула.

«Вы дадите мне знать о какой-нибудь дальнейшей активности?»

«Да. Мы уже закончили?» — Зилла придерживалась строго делового подхода к разговору.

Она повернулась и запрыгнула на заднее сиденье внедорожника, прежде чем он успел попрощаться. Он продолжал идти в сторону парка, но затем остановил такси, чтобы добраться до Юнион-сквер, где он вышел и шел пешком, пока не нашел другое такси, которое он попросил отвезти его на перекрёсток Варик-стрит и Канал. Там он проделал несколько процедур, чтобы избежать слежки, включая нырок в метро и выход на другой стороне улицы. Это было излишним, ведь любой мог догадаться, куда он направляется, но он знал о минимальном барометрическом давлении, действующем на…

преследуемый преследователем, и он просто хотел узнать, прав ли он.

OceanofPDF.com

ГЛАВА 19

В лесу было поздно, и Кирилл развёл на участке костер из бревен сухостоя, распиленных до одного размера, уложенных в полубочку из-под масла и смазанных им соляркой. Перед ним он приказал своим людям поставить два грубых стула, выпиленных из той же сосны давным-давно и покрытых пятнами застывшей смолы. Для проведения полуночного литературного семинара Кирилла Анастасию завернули в одеяло, сковали наручниками за одно запястье и приковали цепью к мужчине с автоматом. Таким образом, она смогла выпить рюмку водки, которую дал Кирилл, и посмотреть на «Приключения…» Гекльберри Финн.

Она так много времени провела, проспав в маленькой деревянной клетушке на краю дачи, что не дочитала книгу до конца и попыталась лишь пролистать её. Однако первая часть путешествия Гека на плоту по Миссисипи и отношения между мальчиком и беглым рабом показались ей чудесными.