Босх и Лурдес провели остаток дня, наблюдая за доктором Хайме Энрикесом, чтобы узнать, поедет ли он в конце концов на дом к раненому. Энрикес был уроженцем Сан-Фернандо. Он был тем парнем, который добился успеха и остался здесь. Врач, получивший образование в Калифорнийском университете в Лос-Анджелесе, он мог бы работать в любой точке страны. Но он вернулся домой и теперь руководил оживленной общей практикой на Трумэн-авеню вместе с двумя другими врачами, взятыми чтобы справиться с наплывом пациентов, которых привлек Энрикес. Он был примером успеха в Сан-Фернандо, выросшим в этом районе, а теперь живущим в роскошном Хантингтон-Эстейтс, самом красивом и безопасном районе города.

Но, в то время как внешне он был столпом успеха и респектабельности, его имя тайно фигурировало в файлах разведывательной информации о бандитах полиции Сан-Фернандо. И его отец, и дед были санферами, и преданность — вынужденная или добровольная — была глубока. Секрет его жизни заключался в том, что Энрикес, как подозревали, был врачом банды, и Босх с Лурдес собирались выяснить, лечил ли он убийцу Мартина Переса. Двоюродный брат Лурдес Джей-Род навел их на Энрикеса, сказав, что он был одним из трех врачей, находившихся в поле зрения бандподполья. Но двое других находились под расследованием медицинской комиссии штата, и Джей-Род предположил, что по этому делу — убийству свидетеля — "СанФер" обратятся к своему главному штопальщику, который прожил жизнь, казавшуюся безупречной.

Большая часть дня была потрачена на наблюдение за оживленным медицинским кабинетом, где практиковал Энрикес. И Босх, и Лурдес уклонялись от звонков детективов шерифа Ланнарка и Бойса. И пока они наблюдали за медицинским зданием и припаркованным перед ним "Мерседесом-Бенц", зарегистрированным на Энрикеса, они пытались выяснить, где в ходе расследования произошла утечка информации. Произошло одно из двух. Кто-то предупредил "СанФер" о том, что Мартин Перес сотрудничает с полицией. Или Перес оговорился с кем-то из знакомых или членов семьи и выдал себя.

Босх и Лурдес полагали, что, скорее всего, первое, и потратили свое время на то, чтобы проанализировать все возможности, отвергая одни и цепляясь за другие. Босх упомянул о своих подозрениях в отношении Тома Яро, детектива полиции Лос-Анджелеса, назначенного в качестве межведомственного связного для исполнения ордера на обыск, но Лурдес указала, что у Яро не было достаточной информации об этом деле, чтобы организовать покушение на Переса. Кроме того, именно Яро предупредил Лурдес о том, что Кортес наблюдал за утренним обыском со стоянки прачечной. Это могло быть искренним предупреждением или частью более коварного плана по укреплению позиции Яро в команде сторонников Босха.

— Яро был проинформирован о выдаче ордера на обыск, — сказала Лурдес. — Но мы ни разу не обсуждали твой источник на брифинге, а по ордеру Перес был неизвестным. У Яро не было ни имени, ни местонахождения — это маловероятно, если спросишь меня.

Это неприятно повернуло разговор в сторону полиции Сан-Фернандо.

Многие офицеры в департаменте были родом из Сан-Фернандо, и было бы практически невозможно вырасти в городке площадью в две квадратные мили, не зная кого-нибудь из "СанФер". Тем не менее, эта связь обычно срабатывала в положительную сторону. Многие офицеры добавляли информацию в файлы банды после уличных бесед с прошлыми знакомыми. Двоюродный брат Лурдес Джей-Род был примером этого, и она не могла припомнить случая в своей истории работы в департаменте, когда информация передавалась другим путем.

Казалось, это еще больше повернуло разговор в сторону Босха. Какой шаг он предпринял, который мог бы раскрыть предательство Переса "СанФер"?

Босх был в растерянности. Он признал, что часто оставлял свой ноутбук в камере, которую использовал в качестве офиса. Но камера всегда была заперта, а компьютер защищен паролем. Он знал, что и то, и другое может быть скомпрометировано, но все равно казалось маловероятным, что член банды "СанФер" предпримет такое вторжение.

— Это должно быть что-то другое, — произнес он. — Может быть, мы снова посмотрим на Переса. Кто знает? Может быть, он позвонил кому-нибудь, похвастался, что расправился с Кортесом. Никто не говорил, что он очень умный.

— Может быть, — сказала Лурдес, но по ее тону было ясно, что она не убеждена.

Потерпев поражение в своих попытках разобраться в этом или хотя бы сосредоточиться, они замолчали, пока не заметили мужчину, приближающегося к "Мерседес-Бенцу" Энрикеса.

— Это он? — спросил Босх.

Лурдес взяла свой телефон, на экран которого она загрузила фотографию Энрикеса из автоинспекции.

— Он, — ответила она. — Поехали.

Они последовали за доктором на север, в Хантингтон-Эстейтс, где он заехал в гараж рядом с двухэтажным домом с колоннами перед фасадом.

Гараж был пристроен к дому, и детективы потеряли доктора из виду, как только дверь автоматически опустилась.

— Думаешь, это все? — спросила Лурдес. — Он будет здесь всю ночь?

— Если он работал со стрелком этим утром, то я думаю, что в какой-то момент он должен проведать пациента, — сказал Босх.

— Если только тот не умер.

— Возможно такое.

— Или если только он не в этом доме.

— И такое тоже возможно.

— Значит, мы остаемся?

— Я остаюсь. Если у тебя есть дела, ты можешь пройтись по улице и вызвать Uber. Я дам тебе знать, если он выйдет.

— Нет, я не оставлю тебя здесь одного.

— Ничего особенного. В любом случае, это маловероятно.

— Напарники так не поступают.

Босх кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Но одному из нас, возможно, придется поехать на Uber на шоссе 66, чтобы забрать ужин. Целый день ничего не ел.

— Не проблема, — сказала Лурдес. — Если тебе это нравится.

Босх не клюнул на наживку. В прошлом у них бывали добродушные споры о еде для наблюдения.

Они были припаркованы в полуквартале от дома доктора на подъездной дорожке к дому, который пустовал на время полной реконструкции. Босх поставил свой старый Jeep Cherokee перед платформой, используемой для буксировки строительных материалов, и развалюха там вписалась. Окна были закопчены, и до тех пор, пока они не подсвечивали себя экранами телефонов, они оставались незамеченными врачом или другими людьми по соседству.

— Ты помнишь музыкальную группу Seals and Crofts[40]? — спросила Лурдес.

— Да, — сказал Босх. — Семидесятые, верно? Они были популярны.

— До меня, но я слышала, что они жили здесь. В Эстейтс.

— Хм.

Светская беседа продолжалась почти два часа, пока снова, уже всерьез, не зашел разговор о еде. Лурдес не интересовала забегаловка Босха с гамбургерами и хот-догами, а у Босха давным-давно был передоз ото всех мексиканских ресторанов города. Они уже собирались рвануть за едой, когда по улице проехала машина и выключила фары, въезжая на подъездную дорожку к дому Энрикеса. Уже совсем стемнело, но Босх определил марку машины, когда она проезжала мимо строительной площадки. Это был белый "Крайслер-300".

— Вот и все, - сказал Босх.

Из машины никто не вышел. Она стояла и ее двигатель работал на холостом ходу, из сдвоенных патрубков вырывались выхлопные газы.

Ни один из наружных огней дома не загорелся, когда сбоку появилась фигура и села в "Крайслер".

— Это доктор? — спросила Лурдес.

— Не могу сказать наверняка, но держу пари, что так оно и есть, — сказал Босх.

Машина отъехала от дома Энрикеса и проехала перед джипом Босха, не сбавляя скорости. Босх подождал, пока машина не свернула за угол, и только тогда тронулся с места.

Хитрость заключалась в том, чтобы незаметно выехать за "Крайслером" из жилого района. Как только наблюдение было возобновлено в коммерческом районе, то в качестве камуфляжа стало проще использовать другие машины на дороге. Босх и Лурдес проследовали по ней до Сан-Фернандо-роуд, а затем на север, в район Сильмар в Лос-Анджелесе. В Роксфорде "Крайслер" повернул направо и въехал в район ранчо среднего класса площадью в четверть акра.

Сразу за Херрик-стрит "Крайслер" свернул направо на подъездную дорожку и припарковался. Босх проехал мимо. Лурдес рассказала о том, что она видела.

— Несколько мужчин, — сказала она. — Они встретили машину и увели его внутрь.

— Должно быть, ситуация изменилась к худшему, — сказал Босх.

— Итак, что нам делать?

— Пока мы ждем.

— Чего? Это Лос-Анджелес. Мы должны вызвать спецназ полиции Лос-Анджелеса и схватить их всех.

— Мы это сделаем. Но давай подождем, пока они не отпустят доктора.

Теперь, когда мы можем доказать, что он действительно работает на "СанФер", я думаю, твой кузен, возможно, захочет подставить его и держать на крючке до конца его дней.

Лурдес кивнула. Это был хороший план. Энрикес, скорее всего, был бы готов обменяться информацией с разведывательным подразделением банды в обмен на то, чтобы избежать унижения быть разоблаченным как врач банды.

— За исключением того, что мы до сих пор не знаем, кто настучал на Переса, — сказала Лурдес. — Это может сделать ситуацию очень опасной для доктора, если он тоже станет информатором.

Босх кивнул.

— Над этим нам нужно продолжать работать, — сказал он. —Но как только мы узнаем, кто стрелял, это может проясниться.