Однако Кобо Дайси и сам однажды забыл добавить тэн рядом со знаком «О» на скрижали, на которой писал название ворот Отэмон для императорского дворца. Когда император в Киото спросил его, почему он не поставил тэн, Кобо Дайси ответил: «Я забыл. Сейчас поставлю». Император распорядился, чтобы принесли лестницу, потому что скрижаль уже установили высоко над воротами. Но Кобо Дайси, стоя перед воротами на мостовой, подбросил свою кисть в воздух. Мазнув по скрижали, кисть оставила восхитительный тэн и упала в руки мастера.

Кобо Дайси также расписал скрижаль на воротах Кока-мон в императорском дворце в Киото. Рядом с воротами жил человек по имени Кино Момоэ. Он поднял на смех иероглифы, написанные Кобо Дайси, и, указав на один из них, заявил: «Эта закорючка похожа на чванливого борца». В ту же ночь Момоэ приснилось, что к его кровати подкрался и с кулаками набросился на него борец. Взвыв от боли, спящий проснулся и увидел, как борец взвился в воздух и, заняв свое место на скрижали, обратился в иероглиф, над которым насмехался Момоэ.

Был еще писец по имени Ономо Току, славившийся своим талантом и насмехавшийся над некоторыми иероглифами, написанными Кобо Дайси на табличке ворот Сукаку-мон. Писец с издевкой указал на знак «су» и сказал: «Этот знак напоминает слово „рис“». В ту же ночь ему приснилось, что иероглиф превратился в человека, и тот избил его, истоптал его лицо ногами на манер комэцуки, молотильщика риса, прыгающего, чтобы привести в движение цепы, вышелушивающие рис, и при этом приговаривал: «Ты понял? Меня прислал Кобо Дайси». Проснувшись, писец обнаружил, что он весь в синяках и кровоподтеках, как человек, которого долго топтали ногами.

Через много лет после смерти Кобо Дайси обнаружилось, что названия, написанные им на двух воротах императорского дворца – Бифуку-мон (ворота Прекрасной Судьбы) и Кока-мон (ворота Бесподобного Величия), почти стерлись от времени. Император приказал дайнагону[6] по имени Юкари подновить скрижали. Юкари, однако, памятуя, чем кончились другие попытки, боялся исполнять указание императора. Опасаясь божественного гнева Кобо Дайси, он сделал подношения и в молитве попросил у него разрешения на выполнение задания. В ту же ночь Кобо Дайси явился дайнагону во сне, ласково улыбнулся и сказал: «Выполни работу, как требует император, и ничего не бойся». Юкари, как написано в книге «Хонтё мондзуй», восстановил таблички в первый месяц четвертого года эры Канко.

Все эти истории мне рассказал мой друг Акира.