Прошло еще какое-то время после той грустной ночи, и снова как-то незаметно и по-будничному скучно подступили выходные. С лицемерным великодушием они предлагали ребятам свободу выбора – можно было почитать учебники по различным наукам, ну а альтернативой этому занятию была подготовка к неминуемым экзаменам в конце первого полугодия. Перед каникулами преподаватели старались загружать учеников вдвойне, нисколечко не терзаясь муками совести.

В Троссард-Холл сложно было поступить, однако, как это всегда бывает, вылететь из этой школы было проще простого. Вот и пришлось Артуру с Тином посетить место, которое они всегда старались обходить стороной, – школьную библиотеку. Они, собственно, и не подумали бы это сделать, если бы им не задали написать эссе в пятьдесят страниц по истории Троссард-Холла, до сдачи которого оставалось всего два дня.

– По-моему, это издевательство! Мы же не писцы короля! Да и прочитать столько… Я вообще не люблю читать! – бурчал Тин, раскладывая в холле их спального домика на огромном массивном столе толстенные монографии. Артур, в отличие от друга, любил читать, но к учебникам тоже относился весьма скептически.

– Как можно не любить историю?! – почти вскричала Триумфия, недобро покосившись на Тина из-под своих огромных очков.

– Да? – завелся Тин. – Может, и эссе ты мне напишешь?

Триумфия загадочно улыбнулась, обнажив белые ровные зубки. Она была некрасива, но ее улыбка казалась настолько обаятельной, что собеседник на мгновение забывал о специфической внешности девочки в черепаховых очках.

– Я не могу… Я буду занята.

– Хм… Интересно, чем? – пробурчал Тин. – Будешь сидеть в кресле и вязать бабушкины носки?

Триумфия нахмурилась, однако ничего не ответила.

– Да на свидание она идет! – без зазрения совести Диана выдала свою подругу.

– На свидание?! – в один голос изумленно вскрикнули ребята, с трудом представляя себе Триумфию в роли нормальной девчонки, которая может думать о чем-то, кроме учебы. Неужели тот слух о таинственном поклоннике оказался правдой? Тин сразу заволновался, однако потом ему в голову пришла забавная мысль. Он представил себе, что, когда Триумфия будет целоваться с парнем, ее очки будут здорово им мешать – они ведь такие огромные. И поклоннику она быстро разонравится, ведь одно дело встречаться с девушкой и совсем другое – с ее очками. Тина настолько позабавила эта мысль, что он не сдержал едкий смешок, а Триумфия в ответ фыркнула и яростно уткнулась в учебник.

Диана улыбнулась своим несносным приятелям, которые только и делали в последнее время, что ссорились.

– Подумайте лучше не о свидании, а об учебе. У нас в понедельник зачет по лéкарству… – посерьезнела она, глянув в учебное расписание, – опять придется тома из библиотеки тащить…

– Хочешь, я схожу? – предложил Артур, втайне надеясь, что Диана напишет ему пару страниц доклада, пока он будет ходить. Девушка лукаво улыбнулась.

– Отлично. Я пока займусь ногтями.

Библиотека Троссард-Холла была поистине гордостью школы. Если весь замок дышал какими-то модными, если не сказать иноземными, веяниями, которые так полюбились Дейре за время ее путешествий, то библиотека целомудренно хранила старину, подобно тому, как пожилые люди сентиментально берегут самые ветхие свои вещи.

В библиотеке имелись и такие залы, куда студентам запрещалось заходить – там было слишком опасно: обветшавшие стены или дыры в полу нарочно не подвергались реставрации, дабы придать этому месту некий оттенок тайны. Вполне вероятно, здание специально не приводили в порядок для того, чтобы заманить таинственным духом старины студентов, никак не желающих учиться. Троссард-Холл возвели не так давно, однако библиотека казалась гораздо старше основного здания и выглядела весьма колоритно. Впрочем, наплыву студентов это все же никак не способствовало. Большинство ребят обычно направляли библиотекарю письма со списком обязательных для прочтения книг, а потом приходили лишь забрать ждущую их стопку учебников. А мысль о том, чтобы задержаться в этом хранилище знаний, никому просто не приходила в голову, кроме разве что Триумфии.

Библиотекарь старательно находил те учебники, которые требовались, и, похоже, единственный во всем Троссард-Холле мог без труда отыскать выход из этого лабиринта полок и книг.

«Каждая вещь этого мира несет в себе знания и является библиотекой!» – такова была надпись на тяжелой дубовой двери, украшенной тонкой резьбой. Когда Артур не без труда отворил ее, в нос мальчику ударил запах пыли и сладковатый аромат миндального молока. Этим молоком смазывали особо древние пергаменты, чтобы они не портились от времени и сырости.

Библиотека была огромной: ее территория состояла из пятидесяти комнат и несметного множества маленьких подвалов, которые были связаны между собой подземными переходами. В читальном зале стояла идеальная тишина, и только один мальчишка напряженно сопел носом, пытаясь раскрыть довольно увесистую, слипшуюся от миндального молока книгу.

«Где же мне найти отдел науки о цветах?» – подумалось клипсянину. Ему уже представилась не самая заманчивая перспектива бродить меж пыльных стеллажей до завтрашнего утра.

Артур обошел читальный зал и, ничего не найдя, продолжил поиски, устремляясь вглубь библиотеки. Ни один человек не встретился ему на пути. Единственными его спутниками были тишина и полумрак. Огромные старинные книги чинно покоились на стеллажах, открывая посетителям витиеватые названия, выведенные золотыми чернилами на корешках.

– «Как сохранить макушку до старости», – с удивлением прочитал Артур одно из названий, когда подошел почти вплотную к ближайшей полке. Его рука невольно потянулась к макушке проверить, все ли там в порядке. – «Сглазы и отвары против них», «Ядовитый клопун: вред, польза, отлов и рецепты приготовления»… Фу-у… – поморщился Артур, в красках представляя, как может выглядеть этот таинственный клопун. Юноша никак не мог преодолеть омерзение, которое вызывали в нем насекомые. Нельзя сказать, чтобы он их боялся, но без содрогания накалывать на вилку, например, сушеного короеда он не мог.

«Ваша девушка вам перечит? Советы неудачливым женихам и мужьям, или Как усмирить прекрасную половину без помощи яда».

– Бр-р-р! – Теперь Артур знал, куда прийти за советом на случай, если его будущая жена будет плохо себя вести.

– Вы что-нибудь ищете, мой юный друг? – Тихий, журчащий, словно ручеек, голос испугал Артура. Он вздрогнул от неожиданности и чуть не выронил «Советы…» из рук. Перед ним стоял маленький сухонький мужчина, напоминавший своим видом гриб-дождевик или же гнома из детской сказки. У него было четыре подбородка, и, когда карлик говорил, они тряслись с такой интенсивностью, что Артур даже засомневался – не отвалятся ли? Круглый бородавчатый нос человечка увенчивали толстые очки, явно не подходившие ему по размеру.

– Я… Мне, собственно, нужны книги по цветологии, – сказал Артур, старательно смотря вниз, чтобы ненароком не придавить старичка.

– А я библиотекарь, – представился карлик, горделиво подняв кверху все четыре подбородка. – Пойдемте со мной.

Библиотекарь двигался очень быстро, и Артур еле поспевал за ним, боясь потеряться в бесконечных полутемных переходах среди гигантских книжных полок. На ходу мальчик вспоминал, какие книги ему еще надо было взять. Ага, историю Троссард-Холла.

– Вот-с, пожалуйста. – Библиотекарь с паучьей ловкостью вскарабкался на полку и сунул Артуру в руки четыре учебника по цветологии. – На любой вкус-с.

Артур поблагодарил его и взял первую попавшуюся книгу, решив, что одной будет вполне достаточно.

– Все? – настойчиво поинтересовался старичок, уже намереваясь улизнуть.

– Еще нужна история Троссард-Холла.

Библиотекарь вскинулся и опять побежал – теперь еще дальше, плутая по бесчисленным лабиринтам библиотеки.

Зал, посвященный истории, был больше, и здесь было светлее за счет множества узких окон в человеческий рост. Неожиданно зазвенела какая-то трель, и старичок обеспокоенно прислушался.

– В чем дело? – спросил Артур.

– Кто-то меня вызывает, – объяснил библиотекарь, в нерешительности глядя на мальчика. Потом он словно отважился на что-то и вздохнул:

– Подождите здесь. Я разберусь – и мигом сюда. Наверное, опять студенты пришли, стоят у входа и сами не хотят ничего искать! Бездельники! – завозмущался карлик. – Ничего не трогать! – сердито предупредил он, очертив в воздухе воображаемый круг, внутри которого якобы должен был стоять Артур и не двигаться. Потом он исчез, словно его и не было.

Артур с любопытством оглядел зал – здесь было красиво, хотя, пожалуй, более подошло бы слово «помпезно». Кругом, куда ни глянь, позолоченные светильники, которые никогда не зажигались из-за боязни сжечь книги.

Артур с интересом принялся читать названия учебников. Рукописи были не такими уж и старыми, с довольно красочными обложками и без каких-либо видимых повреждений и потертостей. Артур намеренно не захотел брать новые книги, так как по его скромному мнению настоящая «Древняя история школы» вполне должна соответствовать своему названию, то есть содержаться только в древнем томе, потертом от времени и зачитанном до дыр. Вдруг мальчику на глаза попался любопытный пергамент, выглядевший значительно хуже других рукописей. Ветхий сверток был зажат между двумя книгами, и Артур наткнулся на него совершенно случайно. Мальчик не смог удержаться и, вопреки приказу старого библиотекаря, развернул рукопись. От нее будто бы донесся отголосок прошлого. Оказалось, что свиток еще и очень хрупкий – от него сразу же, укоризненно хрустнув, отлетел желтый уголок.

«Сказ о гибели естествознателей», – было написано в заглавии, Артур удивленно нахмурился, а его глаза сами побежали по красивым, выведенным на старинный манер строчкам. Прочитанное напоминало детскую сказку, по крайней мере, вначале повествование было выдержано именно в таком стиле. Однако витиеватый язык, который обычно используют в сказках, где-то к середине сменялся обычным сухим повествованием, словно текст составляли совершенно разные люди.

В самом конце Артур увидел маленькое стихотворение – краткое изложение вышеописанной истории в стихах. Еле заметное, оно едва читалось на обороте пожелтевшего пергаментного листа. Возможно, Артур и не обратил бы на него внимания, однако его заинтересовал тот факт, что стихотворение хоть и повторяло вышеописанную историю, но при этом значительно от нее отличалось. Словно бы два автора изложили свою точку зрения в разных стилях на события давно минувшие, и мнения эти были противоречивы. С другой стороны, возможно, автор книги хотел преподнести историю именно таким необычным образом. Вот дословно то, что было там написано:

СКАЗ О ГИБЕЛИ ЕСТЕСТВОЗНАТЕЛЕЙ

Давным-давно на древней земле жили удивительные животные – посередь лба у них красовался витой рог, а за спиной, будто у гигантских птиц, развевались крылья. Сии животные обладали необыкновенным даром – они могли летать и покорять пространства, недоступные для людей. Они могли закручивать бури и подчинять себе моря и океаны. Единорогами величали немногие видевшие их.

Однажды кузнец, имя которому было Вингардио, брел по дороге и вдруг увидел раненого единорога. Он пожалел истекающее кровью прекрасное животное, попавшее в охотничий капкан, и освободил его. С тех памятных времен они стали неразлучными друзьями, и единорог показал кузнецу мир, который раньше был недоступен человеку. В награду за помощь чудесный зверь передал Вингардио часть своей волшебной силы, сказав ему так: <<Я дарую тебе удивительные способности, дабы ты использовал их во благо, дабы ты помогал людям и животным и жил в гармонии с миром, что тебя окружает>>. Вингардио поблагодарил единорога и навеки стал его другом. Так впервые в истории появилась связь между миром людей и миром иным.

Кузнец положил начало новому роду – их называли естествознателями. Они делали то, чего не мог никто. Они были великодушны, справедливы и мудры, изучали единорогов и все многообразие животных и растений, которые встречались на их пути. Этим людям были подвластны многие процессы, происходившие в природе. Они оберегали мир, в котором жили. Вингардио передал свои знания и умения множеству последователей, и с каждым днем число их стремительно приумножалось. Позже появились свитки, содержавшие в себе слова невиданной силы.

Естествознатели стали жить долго, как сама вселенная. Сохраним те времена в памяти нашей, дабы были они, как свет восходящего солнца, согревающего своими лучами просыпающийся мир. Дабы не забыли народы великие дела, свершенные предками.

Ирионус Дей Гор… Одно только имя его внушает ужас! Это его неуемная жажда власти привела к безрассудной войне… Ирионус Дей заставил естествознателей бороться друг против друга… Они разделились.

Вингардио возглавил тех, кто боролся за светлое будущее мира и верные идеалы добра. Они называли себя <<белыми >>.

Ирионус же возжелал свергнуть Вингардио и завладеть силой, с помощью которой он мог бы править миром. Он собирал вокруг себя естествознателей, обещая поделиться с ними долей могущества. И прозвали их <<черными>>. Черные и белые естествознатели начали войну друг с другом, позабыв братские узы.

Теперь добрым делам не было места в человеческой жизни…

Все города охвачены огнем; ничто живое не уцелеет в гневе нашего врага – Ирионуса… Он решил посягнуть на самое сокровенное – библиотеку знаний, в которой хранились самые важные свитки. Зачем только человеку дана была эта сила, если он не может с ней совладать?

Единороги… Лучшие друзья и союзники… Позабыли про обет и предали людей… Они применили всю свою мощь против нас…

ДЕНЬ ПОСЛЕДНИЙ

Нет больше тех, кому единорог однажды дал великое могущество. Эпоха естествознателей кончилась. Человек, советую тебе понять ошибки предков! Ведь история может повернуться вспять.

Артур с интересом вчитался в эту краткую историю, похожую больше на сказку, и в его воображении необычайно живо представилось все, что там было написано.

Неужели Дейра не знакома с этой историей? Почему же на уроке профессор Глобыль не упоминала про этот свиток? Им говорили только про библиотеку и что-то про древних потомков людей, которые ранее населяли здешние земли. Но при этом – ни слова о таинственных естествознателях, наделенных какой-то необычной силой, которую им передали единороги и из-за которой люди начали истреблять друг друга…

Артур аккуратно сунул свиток в карман, думая впоследствии еще раз перечитать его. Все-таки эта история явно заслуживала внимания.

Библиотекаря все не было. И только когда Артур собрался уже выходить из этого бесконечного лабиринта книг, прямо перед ним, словно маленький грибок, вырос карлик.

– Вы еще здесь? – недовольно буркнул человечек, потешно встряхнув подбородками.

Артур глянул на его одежду: на мешковатом сером сюртуке был небрежно приколот нагрудный значок с его именем и фамилией.

ДРЕЙВОРД КЛИНЧ-МЛАДШИЙ

Артур неприлично уставился на эту надпись, вспоминая имя автора таинственной рукописи – «Арио Клинч, библиотекарь».

– Я… Просто вспоминаю, какую книгу мне еще надо взять… – торопливо пояснил Артур старичку.

– Вам на какую тему писать-с? – вежливым голосом осведомился библиотекарь, впрочем, последнее «с» произнеся как-то недовольно.

– Нам эссе по истории Троссард-Холла задали. Только вот во всех этих книгах она неполная…

– Как-с так? – несказанно удивился старичок и торопливо заломил маленькие ручки за спиной. – Все эти книги написаны достопочтенными, э-э-э… авторами, и в них наиболее полно рассказывается все от начала и до конца.

– Понимаете… Нигде ведь нет информации о том, что было здесь до того, как основали школу.

– Как-с нет? Ну, развалины тут были. Камешки да булыжники. Видно, поселение тут было людское. Да не сохранилось ничего.

– Но библиотека-то сохранилась? Вы, наверное, начали работать здесь давно, с самого основания школы, и должны знать… – осторожно заметил Артур, но старичок вдруг разозлился и даже покраснел.

– Я?! Я тут всегда! Я полжизни этому делу посвятил! А вы, молодой человек, говорите «должен знать»! Я действительно все знаю, и меня не в чем упрекнуть!

– А не знаете ли вы случайно Арио Клинча? – вежливо поинтересовался Артур. Услышав этот вопрос, старичок испуганно попятился назад.

– А? Что вы спросили?

– Знакомо ли вам имя Арио Клинча? – с напором произнес Артур.

– Моего отца звали Говард Клинч, и я решительно не понимаю, о ком вы спрашиваете. Почему вас он вдруг заинтересовал? – вкрадчивым голосом спросил старичок.

– Я читал… Про людей, живших здесь задолго до основания школы. Вы слышали о них? – спросил Артур, надеясь, что карлик окажется таким же всеведущим, как и человек, написавший свиток. Однако вместо того, чтобы нормально ответить, Дрейворд Клинч как-то странно себя повел. Он сел на пол и, бессмысленно пожевав губу, посмотрел на Артура, будто не узнавая. Потом он судорожно начал рыться в своем одеянии, пока не достал пузырек с какой-то жидкостью. Трясущимися руками библиотекарь открыл пузырек и поспешно опустошил его.

– С вами все в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Артур. Карлик поморщился:

– Могло быть и лучше, – проворчал тот и поднялся на ноги. – Нужно еще лекарство, – добавил он и, забыв про своего посетителя, поспешно устремился вглубь коридора с книжными полками. И сколько потом ни ждал его Артур, странный библиотекарь больше не появлялся.

Мальчик еще долго вспоминал неприятное скрытное лицо с трясущимися подбородками, покрытыми бородавками.

* * *

– Они называли себя естествознателями, – закончил Артур историю о своем походе в библиотеку.

– Как-как? – захохотал Тин, однако Триумфия строго одернула его:

– Ты чего? Между прочим, это очень интересно! Почему нам на истории не говорили об этом? И в наших книгах…

– По-моему, это просто детская сказка, – пробурчал Тин, не любивший, когда ему делали замечания.

– Ну, по крайней мере, как мне кажется, библиотекарь – родственник того, кто написал последние строчки. И почему-то ему не понравилось, когда я стал его обо всем расспрашивать. Значит, эта история не предназначена для обычных студентов, – задумчиво возразил Артур. Диана кивнула, соглашаясь с ним.

– Мне тетка рассказывала как-то, – тихо начала она, – когда она была совсем маленькой, произошла катастрофа, чуть не погубившая ее родителей. Ужасное землетрясение унесло тысячи жизней.

– Ну и что? – вызывающе спросил Тин, которому уж очень хотелось поспорить с кем-нибудь.

– А то, что вполне возможно, что землетрясение было вызвано чарами этих единорогов, – предположила девушка. – Ведь, исходя из истории, они сначала дали человеку некий дар, а потом, увидев, что тот употребил его во зло, решили наказать естествознателей… Так ведь они называются? И название какое-то нелепое.

– Нужно узнать, почему на уроке нам не рассказали про них, – заключил Тин.

– Да, но у кого мы можем это узнать? Библиотекарь говорить со мной не захотел… А все остальные, возможно, даже и не знают. – Артур задумчиво почесал макушку. Ему вдруг пришла в голову интересная мысль. А что, если не все естествознатели погибли в те времена? Согласно рукописи, они были долгожителями… Могло ли статься, что они и по сей день жили среди обычных людей?

* * *

Артур решил обратиться с вопросом к тому, кто действительно мог знать на него ответ. Он шел на встречу со своим единорогом, чтобы порасспрашивать его о людях, которые, вполне вероятно, могли населять земли Троссард-Холла еще задолго до строительства школы. Таинственная история о гибели этого народа прочно засела у мальчика в голове, и ему просто необходимо было посоветоваться со своим мудрым другом.

Баклажанчик тем временем уже и сам ждал всадника у входа в замок. Проходящие мимо студенты с нескрываемым удивлением поглядывали на чудаковатого (по их мнению) единорога, который вместо того, чтобы ждать морковок в единорожне, стоит под окнами учебного заведения и нетерпеливо роет землю копытом, издавая при этом непонятные фыркающие звуки. Должно быть, со стороны он выглядел забавно, и многие пытались погладить его крылья. Баклажанчик каждый раз искренне возмущался, негодуя всем сердцем и не понимая, как человеческие создания могут быть столь неделикатными.

Но, увидев наконец своего всадника, он забыл обо всех этих недоразумениях и с радостным нетерпением подошел к нему. У Артура из-за пазухи торчала спелая морковка, которую ему удалось стянуть с завтрака. Баклажанчик благодарно улыбнулся – его всадник никогда о нем не забывает! Слизнув лакомство, он поглядел на Артура и за секунду прочел все его мысли. И про рукопись, и про неразговорчивого библиотекаря.

«Я ничего не слышал о естествознателях, – задумчиво ответил он на немой вопрос своего друга и, увидев, как померк свет в глазах мальчика, поспешно добавил: – Но, думаю, я знаю, о чем говорится в рукописи».

Артур оживился и с чрезвычайным любопытством посмотрел на своего единорога.

– Расскажи! – в нетерпении попросил он.

«Единорог действительно однажды заключил договор с человеком, подарив ему частичку своей силы. Но люди стали использовать обретенную силу в кровопролитной войне, где убивали друг друга, и мы вынуждены были забрать свой дар назад».

– Но неужели единороги в наказание истребили всех естествознателей? – удивленно спросил Артур.

«Почему ты говоришь об убийстве? Мы лишь забрали наш дар и память о нем».

– Но зачем вы дали человеку свою силу? Это из-за того, что он однажды спас единорога, как написано в рукописи?

«Нет, причина была другая. Мы хотели помочь людям справиться с силами, которые властвуют на земле уже очень давно. Ты мало что о них знаешь, хоть и встречался с ними наверняка в повседневной жизни».

– Кого ты имеешь в виду? – переспросил Артур.

«Как я говорил тебе ранее, речь идет не о людях. Мы зовем их Тенями. Это, скорее, то, что вы довольно обобщенно и размыто именуете злом. Но главная беда в том, что человек к тому моменту, как мы передали ему часть силы, не смог справиться со злом в своем сердце, вследствие чего стал использовать полученный дар в корыстных целях. Из-за этого произошла большая трагедия».

Но Артур уже не слушал своего друга. Он представлял себе странных людей, наделенных не менее странными способностями. И все-таки что они могли делать? В чем заключался тот удивительный дар?

– Может, естествознатели сейчас находятся среди нас, но уже совершенно ничего не помнят о своем прошлом? – высказал он свою мысль.

«Так и есть, некоторые из них порой встречаются среди людей», – ответил Баклажанчик, несказанно удивив Артура своей репликой.

– Откуда ты знаешь? – удивленно вымолвил он.

«Одного, по крайней мере, я знаю очень хорошо… Это ты».

– Что?! Я?.. Я – потомок тех людей? – в волнении воскликнул Артур, совсем забыв о том, что он разговаривает с единорогом при помощи мыслей.

«Ты обладаешь частичкой нашей силы, это я знаю точно. Я почувствовал ее еще тогда, на площади, когда увидел тебя среди других людей. Мне неизвестно, почему ты наделен даром. Вероятно, твои родители каким-то образом смогли сохранить нашу силу. На то, конечно, могут быть и другие причины, о которых я не знаю».

– Но ведь это очень многое объясняет! Все, что со мной происходило! Кто-то ищет меня… Тогда, возле спального домика, приходили за мной, а не за кем-то еще! И неисправную капсулу дали именно мне! Кто-то в школе знает обо мне, а вот я о нем – совсем ничего… И почему ты раньше мне не говорил об этом?!

«Я намеренно молчал».

Артур нахмурился и невольно вспомнил свой разговор с Триумфией. Она все намекала на то, что единорог, вероятно, принес его в Троссард-Холл с определенной целью.

Баклажанчик продолжил:

«Я хотел, чтобы здесь ты научился понимать свои способности и управлять ими».

– Но ты знал, что мне грозит опасность! И ничего не сказал! Хотя и обещал, что будешь защищать меня! – с обидой проговорил Артур.

«Ты неправ, – спокойно возразил единорог. – Я не имел понятия о том, что тебе грозит опасность. Я не видел, да и до сих пор не вижу причин, по которым с тобой случались известные нам обоим неприятности».

– Ты не доверял мне, поэтому ничего не говорил! Ты боялся, что я поведу себя, как тот человек… Которому вы передали часть своей силы, – грустно усмехнулся Артур. Обида и гнев завладели его сердцем. – Что же изменилось? Почему ты решил мне рассказать это сейчас?

Единорог с недовольством нахмурил брови.

«Я доверился тебе в тот самый момент, когда на площади пригласил быть моим всадником. Но я не хотел тебе открывать все сразу. Мне думалось, будет лучше, если ты сам поймешь, кто ты. Однако ты прав. Кое-что изменилось. После нашего последнего полета в Клипс. Существо, напавшее на нас, в своей природе не имело ничего человеческого. Мы столкнулись с проявлением того, чего я всегда опасался. Наделяя сейчас тебя знанием, возможно, я помогаю тебе справиться с трудностями в будущем».

Мальчик посмотрел в глаза своему единорогу. Они светились грустью и любовью.

– Прости меня, – тихо произнес Артур. – Ты хотел как лучше. Просто сейчас мне сложно свыкнуться с мыслью, что я могу что-то… Чего не может Тин, например. Я совсем не чувствую силу единорогов, и если кто и захочет мне навредить, то, наверное, ему будет просто это сделать. Я не знаю своих способностей.

«Ну, кое-что ты можешь узнать уже сейчас, – успокоил его Баклажанчик. – Даже те слова, что ты произносишь, несут в себе силу. Для тебя, правда, они ничего не значат… Знаешь, почему единороги не разговаривают между собой? Это опасно – можно ненароком произнести слово, которое несет в себе разрушительную силу. А человек слишком слаб, чтобы управлять своим языком».

«Ну да, есть пословицы о том, что словом можно убить и так далее, только я думал всегда об их переносном значении…» – мысленно заметил Артур, но единорог укоризненно покачал головой.

«Что страшнее, по-твоему, Артур: убийство или мысль об убийстве?» – неожиданно спросил он.

«Э-э… Я думаю, само убийство. Ведь мысль можно изменить… Но какое это имеет значение?»

«Правильно. Убийство – это действие. Действие всегда хуже мысли о нем, ведь мысль можно передумать. Так вот, считай, что слово – это действие, а не мысль о действии. Слово материально и несет в себе силу. И если это слово плохое и исходит из самых мрачных глубин наших душ, представь, что с помощью него можно натворить».

– Ничего себе… – протянул Артур вслух, внимая своему мудрому другу.

«Вот видишь, – горько заметил единорог. – Ты только что, сам того не желая, пожелал себе “ничего”. Что, согласись, совсем некстати».

– Да, пожалуй, – ответил Артур и задумался.

«Я не могу помочь тебе раскрыть твои силы и способности. Но я рад, что именно ты ими наделен – ведь тебе не придет в голову использовать их во вред другим. Однако меня беспокоит, что ты мешаешь кому-то», – мысленно произнес Баклажанчик.

– Кстати, – вдруг будто вспомнил что-то Артур. – Почему другие белые единороги забирали всадников из нашего города?

«Я не знаю. Я же летел не со стаей, а один. Мне пришлось отделиться от своего клана, потому что я на тот момент был единственным, кто не окончательно разочаровался в людях».

– Ты был против действий естествознателей? Ты осуждал их за то, что они стали использовать способности исключительно во благо себе? – спросил его Артур.

«Меня тогда еще не было на свете, – улыбнулся единорог. – Но я считаю, что было бы неправильно лишать человека свободы выбора, на какую сторону ему встать. Поэтому я не могу осуждать естествознателей».

– Несколько смрадней подряд к нам в Клипс прилетали белые единороги… И забирали именно мальчиков, – задумчиво продолжил Артур. – Знаешь что? Они ведь искали меня. И забирали именно ребят моего возраста. Зачем? Им нужен был я. И тот факт, что белый единорог напал на тебя в тот день, это подтверждает. Я не знаю, намеревался ли он меня скинуть или забрать… Но я бы не очень хотел оказаться на его спине.

«Я не могу в это поверить… Белые единороги отдалены от нас, но тем не менее мы принадлежим одному миру. Я не знаю… Но так или иначе, тебя ищут. Вернее, уже нашли. И, Артур… Хоть ты не можешь пока защитить себя, тебе нечего опасаться. Я с тобой. Моей силы хватит на нас двоих».

Артур благодарно прижался к шее друга. Однако на душе его было неспокойно. Он ощутил себя жалким короедом, которого намереваются отловить и безжалостно отправить в качестве ингредиента в некое изысканное блюдо, о котором он не имел ни малейшего понятия. Впрочем, пока не имел.