На следующий день, едва Ирина появилась на пороге, Стелла бросилась к ней – ей не терпелось поскорее начать урок рукоделия.

– Подожди минутку, дорогая, мне нужно поговорить с Ириной, – остановила я ее. Среди ночи я вдруг поняла, что не могу просто так принимать помощь Ирины. Ее будние дни – слишком щедрый подарок. Разве за такое можно не отблагодарить? Но сперва нужно было еще сообщить ей важную новость: я открыла дочери правду.

– Кстати, Стелла теперь знает про Бланку.

Ирина кивнула.

– Хорошо.

Если она рассчитывала услышать от Стеллы слова сочувствия, то ее ждало разочарование. Я даже подумала: а поняла ли вообще моя дочь, что Бланка умерла? И все же куда больше меня беспокоил вопрос с оплатой.

– Знаете, Ирина, я тут подумала… Можно я вам заплачу? Надеюсь, вас это не обидит.

Ирина посмотрела на меня с легким недоумением.

– За пряжа?

– Нет, за то, что вы присматриваете за Стеллой.

Ирина разгладила юбку.

– Это не работа. Я – сиделка. А это я делать не за деньги, – сказала она.

Господи, как же неловко вышло! Получалось, будто бы я невольно намекаю на то, что Ирине, как и всем мигрантам с ломаным английским, нужны деньги.

– Конечно, конечно, простите меня! – спешно извинилась я. – Я так вам благодарна. От всей души.

Ирина коротко кивнула, как бы закрывая тему.

– А, я почти забыть! – Она вытащила из сумки маленькую деревянную иконку, на ней был изображен ангел, соединивший ладони в молитвенном жесте. – Хранитель Бланки, – пояснила она. – Для комната Стеллы.

– Спасибо, – сказала я. Ирина поджала губы. Похоже, она не любила слов благодарности.

– Чтобы он оберегал меня, – с благоговением произнесла Стелла, проводя пальцем по поблекшей позолоте на иконе. Я замерла. Неужели моя дочь, рассудительная и рациональная, так увлеченная наукой, верит в ангелов? Стелла смотрела на Ирину с улыбкой, а та улыбалась ей в ответ, словно у них был общий секрет.

– Давай скорее повесим ее над моей кроватью! – нетерпеливо попросила Стелла.

Ирина повернулась ко мне.

– Где молоток и гвоздь?

Я отыскала у Пита коробку с инструментами, и Ирина поспешила в комнату Стеллы. Как же она изменилась всего за несколько дней! Когда мы впервые увиделись, Ирина показалась мне женщиной, на чьих плечах лежит непосильный груз. Но, вместо того чтобы сломаться под тяжестью горя, она нашла отдушину в общении с моей дочерью. Нашла человека, которому она нужна.

В пятницу вечером, когда Стелла уже мирно спала, Пит вернулся домой с бутылкой шампанского и объявил, что у нас есть повод для праздника.

– Шестнадцать недель! – торжественно провозгласил он. Самый страшный выкидыш произошел у меня на пятнадцатой неделе. – Рубеж пройден. В этот раз у нас обязательно все получится.

– Не сглазь, – одернула я его. – И вообще, мне нельзя пить.

– А приложение говорит, что от одного бокальчика вреда не будет, к тому же я прикупил гранатовый сок, а в нем полно антиоксидантов, – заверил меня Пит. Он продолжал отращивать бороду и теперь выглядел куда солиднее и увереннее. – У нас есть еще один повод для праздника: Стелла уже неделю ходит в школу – и пока нет ни одной жалобы, ни от нее, ни от учителей.

Пит поставил бокалы на журнальный столик.

– Пить красное вино на белом диване? – с сомнением спросила я.

Он взял вязаный плед, который нам подарила Ирина, и накрыл им подушки. Щедрый подарок, вот только цвет болотной тины мне не особо нравился.

Я устроилась на пледе, и мы с Питом чокнулись.

– За тебя и малыша, – сказал он.

– И за вас со Стеллой.

– Да, за Стеллу. Они с Ириной так хорошо поладили.

За последние дни Ирина успела выгладить нашу одежду, даже нижнее белье, связала со Стеллой множество салфеток, а еще не раз угощала ее мясом. У Стеллы появился здоровый румянец, и казалось даже, что она слегка поправилась. Теперь она сама собиралась в школу и без капризов шла в ванну.

– Пока рано судить, – продолжал Пит, – но, возможно, нам и не понадобится тот список врачей, который я составил. Ты права: не стоило спешить с диагностикой.

– Она молодец, – согласилась я. – Правда, когда Ирины нет рядом, она ест только в своей комнате. Было бы здорово, если бы мы втроем собирались за одним столом. Да даже если бы она просто обедала со мной.

Пит заправил мне за ухо прядь волос.

– Я, конечно, люблю Стеллу, но рад, что теперь мы можем больше времени проводить вдвоем.

Я улыбнулась и поцеловала его ладонь. Все действительно шло лучше некуда. Только бы не эта постоянная усталость… Я ждала, что на втором триместре ко мне вернутся силы. Хлеб, который приносила Ирина, чудесным образом усмирял тошноту, но я все равно спала целыми днями.