Она осторожно приближается к обрыву, в последний раз смотрит вниз со скалы. За два года переплетения корней и заросли морского фенхеля почти полностью скрыли складки известняка. Воздух свежий и почти неподвижный. В тридцати семи метрах ниже плавно, размеренно, свободно движется темное полотно воды.

На рассвете Лени спустилась по десяткам ступеней, вырубленных в камне. Она долго плавала, изучала дно, проверяла, нет ли тут рифов и прибойной волны. Вернулась спокойная, немного утомленная подъемом. Идеальный день. Небо ясное, пронзительно синего цвета. Она позавтракала рано. Съела в лагере горсть сухофруктов, миску риса и жареной кукурузы, это отец приготовил; над углями до сих пор витал запах еды.

Они почти не разговаривают. Все знают, как для нее важно сохранить сосредоточенность и точность движений. Все понимают, что поставлено на карту.

Вот она – лицом к горизонту, в тишине, которую нарушают лишь плеск волн и громкие крики птиц. Повторяет про себя последовательность элементов. Свен и Айрис отступают на шаг, чтобы не мешать. Риск во всем: малейшее движение в поле зрения – и траектория прыжка может сместиться на несколько сантиметров, а дальше – неточное сальто или вращение, отклонение от вертикали…

Первые ощущения приходят, когда она ставит ногу на каменный выступ, энергия страха, жизнь и смерть – под вопросом. Три секунды абсолютно чистого сознания, три секунды вечности, совершенства – столько длится прыжок. Вскоре ее гибкое тело бросит вызов законам физики, сначала вращаясь, потом вытянувшись в струну, руки вдоль тела, ногами вниз, чтобы смягчить вход в воду на скорости девяносто километров в час. Она уйдет под воду, выдох – и тело разом освободится от напряжения, окутанное, будто Млечным Путем, серебристо-белым вихрем ласковых пузырьков, и она будет расталкивать их руками, перед тем как вынырнуть на поверхность.

Она тряхнет волосами – как встряхивается счастливое животное. Живая.

Отец пошлет Норе сообщение – «все получилось», – он написал его заранее, но пока не отправляет, чтобы не сглазить. И будет потом немного страдать, как всегда, когда общается с ней.

Там, где Нора теперь живет, будет уже поздняя ночь, но она ответит сразу: «Спасибо, целую вас».

Лени делает шаг вперед, раскрывает руки и прыгает.

Океан залит вечерним светом.

Она не видит ни чаек, летящих к земле, ни странного движения воды: ее разум уносится навстречу бесконечности, свободе, жизни.