•

Я заказала простую пиццу: томатный соус и много-много сыра. Хотя я слушала Эда, мысли мои блуждали где-то далеко.

– Как поживает Чарли? – сменил он тему. – Не вылезает из космоса?

Я кивнула и улыбнулась. Чарли наконец-то оказался там, где ему самое место, – среди студентов четырехлетней программы по астрофизике. Искал галактику, откуда, по его мнению, он родом.

Я с гордостью сообщила Эду, что, если он захочет приехать на выпускной Чарли в следующем году, мы будем ему очень рады, только нужно предупредить нас заранее. Церемония до сих пор напоминала обряд XII века и проходила на латыни.

Я рассказала ему, что у Чарли появилась девушка, студентка из колледжа Святой Екатерины. Она изучала итальянский и испанский и мечтала стать переводчицей художественной литературы. Обожала Толкина и Льюиса, а к экзаменам готовилась не в библиотеке и не у себя в комнате, а в Ботаническом саду.

– Хочешь услышать о ней кое-что необычное? – спросила я.

Он заинтересованно поднял взгляд.

– Ее зовут Мойра Энджела Дарлинг.

Эд остался невозмутим, явно размышляя, как отреагировать.

– А в чем соль? – спросил он, пригубив пиво.

– Мойра Энджела Дарлинг… как Венди Мойра Энджела Дарлинг. – Я дала ему три секунды, но, не дождавшись, пояснила: – Из «Питера Пэна». Это ее настоящее имя.

У Эда округлились глаза. Затем он откинулся на спинку стула и заложил руки за голову.

– А вот тебе встречный факт. Ты знала, что Чарли Чаплину предлагали сыграть Питера Пэна?

Он ухмыльнулся своей фирменной обворожительной улыбкой, демонстрируя, что он – живая энциклопедия Голливуда.

– И не просто сыграть, – продолжил Эд, – но еще и выступить режиссером. Причем предложение поступило от самого Джеймса Барри.

– Серьезно? – сказала я, доставая телефон, чтобы отправить себе напоминание рассказать об этом Чарли. – Откуда ты знаешь?

– Он сам мне сказал, – с довольным видом ответил Эд. – Чаплин.