Семейство Мартинес Сальгадо возвращается из отпуска, и кажется, будто район вдруг заполнился людьми.

Здесь мы их и оставим, в их мадридском районе, особом, но похожем на множество других районов Мадрида и прочих испанских городов, с его улицами, широкими и узкими, с его домами, получше и похуже, с его площадями, деревьями, переулками, героями и святыми, в самый разгар кризиса.

Там остаются его жители: семьи с детьми, пары с собаками и без, с детьми и без, одиночки, молодежь, пожилые, старики, испанцы, приезжие, временами они счастливы, а временами несчастны, точнее, счастливы почти всегда, а несчастны лишь изредка. Их освещает солнце нового сентября.

Взрослые, которых не уволили, возвращаются на работу, дети – в школу, жизнь идет своим чередом.

Для некоторых она не изменится.

Для Чана и Гуаньинь изменится еще как: у них родится сын, Цяо, который будет для них краше всех детей на свете, и вскоре им придется переехать в другую комнату, в квартиру для пар с детьми, которая тоже принадлежит их начальнику.

Амалия не станет увольнять стажерку, но и зарплаты поднять не сумеет, хоть кое-кто из старых клиенток к ней и вернется.

Диана Сальгадо научится жить в неизвестности относительно судьбы поликлиники, бросит краситься дома и станет куда более жизнерадостной. Несколько месяцев спустя, когда верховный суд снова остановит приватизацию, она отметит это, сделав мелирование, хоть и понимая, что мадридское правительство вновь попытается привести свои намерения в исполнение.

Паскуаль так и будет стоять за барной стойкой, но сэкономить на зарплате ему не удастся. Когда его племянник Себастьян вдруг ни с того ни с сего, без всяких объяснений, заявит, что завтра на работу не выйдет, Лусия порекомендует отцу отличного парня, молодого и работящего, который только вернулся в Мадрид и ищет работу. Паскуаль узнает его в первую же секунду, но ничего не скажет, пока его племянник Андрес сам не решится сообщить ему, что стал другим человеком.

Агентство недвижимости «Призма» останется на прежнем месте.

Для Себастьяна Алонсо наступит эпоха больших перемен. Смерть матери принесет ему печаль, смешанную с облегчением: она положит конец долгим страданиям. Жить вместе с отцом, погруженным в безграничную скорбь, не способным наслаждаться маленькими радостями, которых он оказался лишен последние двадцать лет, целиком посвятив себя уходу за больной женой, окажется очень тяжело. Венансио София совсем не понравится, а вот Себастьяну она будет нравиться с каждым днем все больше. София же двигается вперед потихоньку, с оглядкой, и больше всех станет радоваться новой работе Себастьяна с гордым названием «дизайнер проектов» в большой компании, занимающейся плиткой и облицовкой стен.

Себастьян раньше всех поймет, что, по сути, согласился на работу продавца, умеющего рисовать планы помещений, но не огорчится: на новой работе ему будут платить куда больше, чем на старой, он сможет сам выбирать одежду, а еще ему больше не придется каждый день видеть человека, разрушившего его карьеру. Уже только поэтому он остался в выигрыше, хотя в трудные минуты он будет вспоминать о предложении, которое сделала ему Ана, когда ее сестра переехала жить в деревню.

С ремонтом дома Чаро придется подождать: первое время финка будет пожирать все доходы. Но зато, прогуливаясь к холму после обеда, она будет любоваться не ямами и перекопанной землей, а оливами, виноградниками и засеянными полями. Огород принесет ошеломительный урожай помидоров, и она просто ради развлечения примется делать из них соусы и консервы и разливать по банкам на собственной кухне. Поначалу она станет предлагать эти банки соседям, и они будут пользоваться таким успехом, что с помощью Росы, дочери, через несколько месяцев Чаро начнет продавать их на рынке выходного дня неподалеку от Мадрида – причем уже к полудню субботы все всегда будет раскуплено.

А еще она примется тайком от всех изучать европейский рынок, чтобы продавать свои продукты и в другие страны. Закончив изыскания, они вместе с Паскуалем отправятся в Штутгарт и наконец посетят могилу отца.

Еще до рождественского ужина, который должен был ознаменовать их первую годовщину, страсть, соединившая агента Феррейро и инспектора Фернандес, улетучится без следа. Ни один из них не поймет, как так получилось, но и переживать по этому поводу они не станут, ведь оба пресытились одновременно. Она вновь примется флиртовать с агентами в штатском в костюмах Armani, а он будет все чаще думать об Аукси и воображать, какой прекрасной парой она могла бы стать ему (а Ракель – его брату), хоть и понимая, что думать о таком ему не следует.

Мариса осенью заканчивает свою книгу «23–F[13]. История Любви». Прочитав рукопись, Роберто не просто поддерживает жену в ее желании опубликовать книгу, но и пытается вести переговоры с парой издательств, сотрудничающих с его газетой. Их ждет душераздирающий успех или комичнейший провал. Все редакторы говорят, что книга хорошая, сильная, интересная, прекрасный роман. «Но это не художественная книга, – возражает Мариса, – она основана на реальных событиях, все это пережили мы с мужем двадцать третьего февраля восемьдесят первого года…»

И в этот момент дежурный редактор отводит глаза, принимается перекладывать бумаги на столе, косится в телефон и наконец сообщает ей, что в качестве художественного произведения с превеликой радостью опубликовал бы эту книгу, но вот так, с именами, с цитатами и с упоминанием членов правительства это было бы чересчур рискованно: точно будет скандал, а кое-кого и по судам затаскают.

Мариса встает, забирает рукопись, уходит и дома зачеркивает еще один пункт в своем списке. Но не отчаивается: она испанка, знает свою страну и чем дальше, тем больше убеждается – она написала хорошую книгу. Быть может, поэтому в этом году ее мать решает дождаться декабря и потом уж ставить елку.

Тони, чемпион по перемножению десятичных дробей, в сентябре решает вернуться к учебе. Он записывается на заочную программу для взрослых, на которой можно учиться без отрыва от работы, а потом получить справку об окончании средней школы. Дается ему это не без жертв.

Когда он начинает каждый вечер готовиться к экзаменам, его бросает девушка: ей скучно все время сидеть дома, а кавалеров у нее хоть отбавляй. Тони чуть было не отказывается от своего плана, но Хайме, который время от времени помогает ему с подготовкой, убеждает его не бросать учебу и предупреждает, что не отстанет, пока тот не окончит и старшую школу тоже.

Иногда Хайме приходит вместе с Адрианой, которая переехала к нему спустя три месяца после знакомства в баре.

Тони любуется ею, и тоска по Лорене притупляется.

Бегония работает в питомнике. У нее бывают хорошие дни и плохие. В хорошие она придумывает толковые улучшения, которые позволяют оптимально использовать пространство. В плохие она полностью сосредотачивается на пальмах. Вдруг решает, что они плохо стоят, сама перетаскивает огромные горшки в другое место, а потом, не удовлетворяясь результатом, возвращает их назад и наконец успокаивается. Но в пятницу во второй половине дня, а особенно в субботу, когда от кассы не отойти ни на минутку, потому что приходят все новые и новые покупатели и несут, и несут, и несут им деньги, Бегония совершенно довольна жизнью.

Пепе Мартинес, мужчина, который свое слово держит, берет своего сына Пабло на все матчи Высшей лиги, которые проходят на Кальдероне. В первый вечер Пабло ликует. Во второй – еще сильнее. В третий сидит тихонько, а в четвертый спрашивает отца, не скучает ли тот по своим друзьям. Пепе понимает, что это Пабло скучает по своим: те каждую неделю ходят в бар Паскуаля смотреть, как играют «Атлетико», хоть Фелипе и болеет за «Реал». И вот этих их шуток и подначек, которые все теперь достаются одной Альбе, Пабло не хватает больше всего. Он весь матч сидит в телефоне, за игрой совсем не следит, так что, когда отец спрашивает, не обидится ли Пабло, если в следующий раз он пойдет с друзьями, Пабло радостно отвечает, что нет, ни капельки.

Пепе добавляет, что, когда Пабло захочет снова с ним сходить, пусть просто скажет.

Но Пабло об этом и не заикается до самого конца сезона.

Мария Грасия жалеет, что подстриглась.

Она по-прежнему пашет как вол, убирается в чужих домах и завтракает все в том же самом баре у метро, но ничто больше ее не радует.

А вот Лаура оправилась от своей неудачной эмиграции. Она учится в магистратуре, куда давно хотела: дедушка настоял, что он и только он оплатит ее учебу. Она не винит себя: в конце концов, она почти год прожила во Франкфурте и со своим свеженьким дипломом по молекулярной биологии мыла посуду, разносила напитки и даже на автозаправке успела поработать. Но теперь она понимает, что ошиблась, что уехала зря: чтобы примириться со всеми тяготами эмиграции, ей не хватало силы, готовности, а главное – отчаяния. В качестве самонаказания она учится как проклятая и никому ни о чем не рассказывает.

Анхель, конечно, все понимает, но тоже ничего не говорит. Им с внучкой, чтобы понять друг друга, слова ни к чему.

И Аделе с Хосе – тоже, особенно когда они решают сыграть вместе в парную версию любимой игры.

Зимой в Валенсии они выигрывают очный чемпионат Испании, и там Гектор знакомится с некой Ифигенией, которая, может, и не очень хорошо играет, зато она очень классная. Андромаха понимает: дни ее правления сочтены, но радуется этому, как когда-то Ахилл радовался собственному поражению.

Луна перешла в другой сад, но София Сальгадо вспоминает ее каждое утро. На перемене она думает: где-то сейчас Луна, чему ее учат, что ей говорит бабушка про настырную воспиталку, которая преследовала ее весь прошлый год?

София сделала все, что было в ее силах, и все равно чувствует себя виноватой.

И Марита – тоже, причем куда сильнее.

Многочисленные победы ассоциации «Соседи против кризиса», которые в большой степени можно было бы считать ее личными победами, не спасают ее от мыслей о провале, который она потерпела в деле Фатимы и Мохамеда. Их договор с банком оказался одним из самых зверских, что ей доводилось видеть за годы работы, но проблема не только в нем. Контора, в которой они оформили ипотеку, разорилась, поглотивший ее банк не стал брать на себя ответственность за ее дела, директор отделения умер, а родители Ахмеда вовремя не присоединились к коллективному иску, который подали пару лет назад их товарищи по несчастью.

Марита миллион раз беседовала с адвокатами, представлявшими семью в суде, с ассоциацией клиентов банка, объясняла всем, что ее клиент – марокканец, почти что неграмотный, он сам не понимал, что подписывает, он и газет никаких не читает, он просто не знал, как быть дальше, – но им не позволяют присоединиться к коллективному иску, потому что все сроки уже прошли, а новый, уже вместе с Фатимой и Мохамедом, подать тоже не получится, потому что это сильно затормозит процесс. Тогда Марита начинает действовать в одиночку, подключает все свои связи, просит об одолжениях, чего обычно не делает, но все глухо. «Тут же полстраны в такой ситуации, Мария Антония, – отвечают ей, – наберись терпения, это надолго…»

Родители Ахмеда тем временем каждый месяц выплачивают ипотеку, чтобы их не выгнали из Испании. А вот из просторного номера заброшенного отеля их все-таки выгоняют, и, хотя ассоциация подыскивает им временное убежище в трех разных домах, а потом селит в новое захваченное жилье, этот вариант оказывается куда хуже предыдущего: одна-единственная малюсенькая комнатушка с окном во внутренний двор в скромном многоэтажном здании с тесными квартирками.

Марите так стыдно перед ними, что она обращается за помощью к Эду, своему сыну и лучшему другу Ахмеда: просит передать Ахмеду, что она работает над их делом не покладая рук и сдаваться не планирует.

Эду отвечает, что постарается поговорить с другом, но в последнее время он какой-то странный и все время где-то пропадает. Несколько месяцев назад он стал ходить с родителями в мечеть и с каждым днем проводит там все больше времени, а по вечерам торчит в интернет-кафе.

Там-то после долгих поисков Ахмед находит сайт, на котором вербуют добровольцев на войну в Сирии: уж он-то не станет от нищеты целовать хлеб.

Но это уже совсем, да не совсем, другая история.