Горан критически посмотрел на Карла и сказал: «Ты должен мне это рассказать».

«Что ты здесь делаешь? Это ты отправил нас с Ольгой на Карибы».

Именно теперь Карл увидел серьёзное выражение лица Горана. Он был не просто встревожен. Горан был чем-то другим. Чем-то, чего Карл никогда не видел в этом человеке. Он был напуган.

«Что случилось, кузен?» Карл начал называть Горана так в прошлом году, в основном по настоянию жены.

«Боюсь, для тебя все кончено», — драматично сказал Горан, направляя пистолет на Карла.

"О чем ты говоришь?"

«Это то, что вам нужно».

Карл не хотел признаваться себе в происходящем, но отрицать неизбежное он действительно не мог. И всё же, он должен был попытаться.

«Что ты говоришь?» — спросил Карл. «Опусти пистолет. Ты мне как брат».

«Ты лгал всем нам, Нико. Или как там тебя зовут.

Возможно, это Карл Адамс».

Карл ожидал этого, поэтому он воздержался от реакции, когда его настоящее имя вырвалось из уст самого опасного человека в российской СВР.

Вместо того чтобы направить пистолет на Горана, Карл медленно сунул его в кобуру под тропической рубашкой на правом бедре. Он сделал это, чтобы продемонстрировать силу и доверие. Если бы Горан хотел смерти Карла, он мог бы застрелить его у собора несколько минут назад. Нет, Горан хотел сначала узнать правду.

«Я не понимаю», — сказал Карл.

«Наши люди захватили американского сотрудника ЦРУ в Коста-Рике», — сказал Горан. Затем он объяснил, как Москва поручила ему собрать разведданные у этого человека. Что он и выполнил.

«И почему это касается меня?» — недоверчиво спросил Карл.

«Потому что этот человек возглавляет российский отдел в ЦРУ».

Карл просто пожал плечами.

«Этот человек указал на вас как на сотрудника ЦРУ, работающего под глубоким прикрытием в СВР».

Карл громко рассмеялся, качая головой из стороны в сторону. «Серьёзно? Это самая глупая вещь, которую я когда-либо слышал».

"Почему это?"

«Прежде всего, шпион старался бы не привлекать к себе внимания и собирать разведданные, — сказал Карл. — Он бы не женился на восходящей звезде ГРУ, дочери генерала, возглавляющего это ведомство, и не выполнял бы свои задания вместе с СВР».

Так эффективно, что СВР возводит его в мой статус. Это было бы безумием».

«Безумный, как лиса», — сказал Горан. «Лиса в курятнике».

«Я люблю Россию, — сказал Карл. — Я люблю Ольгу. Я даже начинаю любить её родителей. Ты мне просто немного нравишься». Он широко улыбнулся своему потенциальному противнику.

«Я мог бы вызвать вас на допрос», — сказал Горан. «Но вы же знаете большинство моих методов. И забудьте про детектор лжи. Вы уже прошли многие из них».

«Я сдал экзамен, потому что я тот, за кого себя выдаю», — предположил Карл. «Как вы можете доверять лживому сотруднику ЦРУ больше, чем мне? Вы же меня знаете».

«Я так и думал», — признался Горан.

«Это, очевидно, дезинформация ЦРУ», — пояснил Карл. «Человек, который вам это рассказал, пытается нас разобщить. Пытается заставить СВР всё подвергнуть сомнению. Вы должны знать, что это правда».

Горан слегка покачал головой, как будто до него дошла мысль Карла.

«Дай угадаю», — сказал Карл. «Мужчина выдал эту информацию без особых уговоров».

«Как вы знаете, — сказал Горан. — Предчувствие боли может быть так же важно, как и сама боль. Поверьте, этот человек думал, что умрёт».

«Тем не менее, такой человек мог бы разработать план действий, который можно было бы реализовать в нужный момент. Кому-то это может показаться отчаянным, но для него это был бы последний шанс нанести ущерб России».

Это заставило Горана хорошенько задуматься. Семя сомнения было посеяно в его мозгу, и теперь Карлу оставалось лишь бережно взращивать эту идею.

«Я ничего не могу сделать, чтобы изменить твое мнение, мой друг», — сказал Карл.

«Если вы убьёте меня, а потом узнаете, что я говорю правду, вам придётся жить с этой ошибкой. Но вы должны спросить себя, что вероятнее: что я глубоко засекреченный агент ЦРУ? Или тот, кого вы допрашивали, был лживым сукиным сыном. Что логичнее, Горан?

Что наиболее логично?»

Наконец, Горан опустил пистолет и сунул его в кобуру под рубашкой. Затем он подошёл к Карлу и крепко обнял его. Карл ответил ему взаимностью.

Отстранившись, Карл спросил: «Ну что, расскажем об этом Ольге?»

Горан яростно покачал головой. «Ни за что. Она будет пинать меня всю дорогу до Москвы».

Теперь Карл задумался о другом способе реабилитировать свою репутацию.

«А отец Ольги? Он знает об этом?»

«Нет. Мне сначала нужно было поговорить с тобой».

«Эта дезинформация не должна застать его врасплох», — сказал Карл.

Горан заметно поморщился. Затем он сказал: «Это может стать проблемой».

"Что ты сделал?"

«Не я, а мой двоюродный брат. Человек, который задержал этого сотрудника ЦРУ в Коста-Рике, отправил аудиозапись моего допроса по цепочке в Москву».

«Что? Зачем ему это делать?»

«Могу только догадываться. Этот человек хотел получить признание за разоблачение сотрудника ЦРУ в наших рядах».

Чёрт возьми. Это может быть катастрофой, подумал Карл. Теперь у них не было выбора. «Ты должен рассказать об этом генералу Быкову».

«Теперь, когда я с тобой поговорил, я сделаю это».

«Надеюсь, ещё не слишком поздно», — сказал Карл. «Как вы, конечно, знаете, первый заместитель директора СВР Абрамович недолюбливает вашего дядю. Он может использовать эту информацию, чтобы навредить генералу Быкову».

Без предупреждения Горан выхватил оружие, словно нацелил его прямо в голову Карла и выстрелил дважды. Карл чувствовал, как пули пролетают мимо его головы.

Позади себя он услышал отчетливый звук падения тела на землю.

Карл обернулся и увидел тёмную фигуру, лежащую на булыжной мостовой в нескольких арках от него. Они бросились к раненому, и Карл перевернул его.

Взглянув на Горана, Карл сказал: «Это молодой офицер ГРУ, которого послали следить за Ольгой. Как это объяснить?»

«Посмотрите сами», — сказал Горан. «Он вытащил пистолет и собирался нас застрелить».

Карл не мог отрицать этого факта. «Но почему?»

«Не знаю», — сказал Горан. «Возможно, его перевели убить нас».

Теперь Карл мог посеять ещё больше сомнений. «Москва не ждёт правды. Они планируют убить нас всех». Мысли его тут же метнулись к жене в гостинице. «Ольга. Нам пора».

Карл побежал к жене и почувствовал шаги Горана прямо за собой.

OceanofPDF.com

18

Старый Сан-Хуан, Пуэрто-Рико

Приближаясь к мини-гостинице, Карл и Горан замедлили шаг и теперь поднимались по холму в сторону старого города. Скорее всего, всё было в порядке, но нельзя было отрицать, что ГРУ…

Офицер вытащил пистолет и, вероятно, пытался их убить. Кто это санкционировал? – подумал Карл. – Должно быть, это было сделано высокопоставленным лицом в ГРУ. Но генерал Быков никак не мог отдать приказ об убийстве собственного племянника. Может быть, дело было совсем не в этом. Возможно, ГРУ…

Офицер просто пытался убить Карла.

Гостиница типа «постель и завтрак» находилась в квартале впереди. Карл первым заметил неладное. Сначала кто-то нажал на стоп-сигналы тёмного внедорожника, припаркованного через дорогу от гостиницы. Затем Карл услышал громкие протесты у входной двери, и это был женский голос по-русски.

Карл бросился вперед, выхватывая оружие по мере приближения к гостинице.

Внезапно на тротуаре появилась Ольга, а по обе стороны от неё стояли мужчины. На ней была одна из футболок Карла, которая прикрывала её беременный живот и едва доходила до нижнего белья. Увидев приближающегося Карла, она вырвалась из рук одного из мужчин и ударила его ногой в живот.

Горан, резко сорвавшись с места, промчался мимо Карла и первым бросился навстречу нападавшим на его кузена. Второму он ударил кулаком в правую почку, отчего тот упал навзничь.

Раздался выстрел, и Карл повернулся к ожидавшему внедорожнику. Он нащупал цель и дважды выстрелил, отбросив мужчину под открытую водительскую дверь.

Горан вытащил пистолет и выстрелил в человека, которого ударил. Затем он направил оружие на следующего, но Карл первым выстрелил ему в лицо.

Ольга отчаянно сказала: «Нам пора идти».

«Возьмите их машину», — сказал Карл. «Я поведу».

Все трое забрались в чёрный внедорожник. Через несколько секунд Карл отъехал от обочины и быстро уехал с места происшествия.

Но не слишком быстро.

Карл взглянул на Ольгу в зеркало заднего вида и спросил: «Ты в порядке?»

«Да», — сказала она. «Но у меня нет одежды».

«Мы тебе их дадим», — сказал Карл. Затем он повернулся к Горану на переднем пассажирском сиденье: «Тебя ранило, Горан».

Крепкий русский посмотрел на своё левое плечо и сказал: «Даже кошка вылизала бы это. Продолжай ехать».

«Что происходит?» — спросила Ольга. «Горан, почему ты здесь?»

Горан повернул тело, чтобы взглянуть на заднее сиденье. «Ты слышал что-нибудь от отца?» — спросил он.

«Нет», — сказала она. «Почему?»

«У тебя есть телефон», — сказал Горан.

Она улыбнулась и потянулась к паху, вытаскивая телефон. «Я успела схватить его, прежде чем двое мужчин вытащили меня из комнаты. Но он выключен». Она включила его, и там было несколько сообщений.

«От кого это?» — спросил Карл.

«Мой отец», — сказала она. Затем она пролистала и прочитала то, что он сказал.

«Ну и что?» — спросил Карл.

«Он дал мне наше секретное кодовое слово, чтобы я знал, что это действительно он»,

сказала она. «Он сказал, чтобы мы убирались и не возвращались в Москву, пока не подтвердят, что это безопасно».

Горан покачал головой. «Значит, он знает. Кто-то из СВР, должно быть, ему слил».

«Почему ты этого не сделал?» — спросил Карл.

Ольга наклонилась вперёд и сказала: «Подожди. О чём ты говоришь?»

Прежде чем ответить, Карл свернул на прибрежную дорогу, которая вела с острова, где находился Старый Сан-Хуан, и продолжал оглядываться, чтобы убедиться, что они одни. В это время суток движение было гораздо менее оживленным, так что если бы кто-то там был, Карл бы легко заметил приближающихся.

Ольга похлопала Карла по плечу. «Скажи мне, Нико».

Карл взглянул на Горана и сказал: «Вот почему твой кузен здесь». Он быстро рассказал о захвате и допросе сотрудника ЦРУ Родди Эриксона. Горан время от времени вставлял свои замечания, требуя разъяснений. К тому времени, как Карл медленно ехал вдоль береговой линии новых районов Сан-Хуана, где уже построили крупные международные отели, Ольга уже вжалась в сиденье.

«Это безумие», — сказала Ольга. «Ты не можешь поверить этому человеку, Горан».

Ее двоюродный брат повернулся и сказал: «Я был обязан прийти сюда и задать этот вопрос».

«Но ты не сказал моему отцу?» — спросила она.

«Не раньше, чем я поговорил с Нико», — сказал Горан.

«Какой бы ни была правда, они обвинят моего отца», — сказала Ольга.

«И твоя мать», — поправил Горан. «И мы с тобой. Поэтому мне нужно было убедиться. Я не передавал эту информацию в штаб-квартиру. Её прислал наш человек в Коста-Рике».

«Что могло быть и хуже», — заключил Карл. «Этот человек создаёт впечатление, будто Горан что-то скрывает. Иначе зачем утаивать эту информацию?» Он взглянул на жену в зеркало заднего вида. Она выглядела растерянной и подавленной.

«Это не было моей целью, — объяснил Горан. — Наш народ увидит в этом правду».

Карл увидел впереди полицейскую машину, поэтому он ехал с соблюдением скоростного режима.

Он снова посмотрел на Ольгу и спросил: «Те мужчины, которые пришли за тобой. Они что-нибудь сказали?»

«Это были сотрудники ГРУ», — сказала она.

«Ты уверен?» — спросил Горан.

Да. Они вызвали меня по званию и пытались заставить меня идти первым, просто попросив следовать за ними. Поскольку они подчинялись мне, я был вынужден предположить, что они гораздо ниже меня по званию. Поэтому я приказал им отступить. Но они сказали, что у них приказ из Москвы.

«Они знали, кто твой отец?» — спросил Горан.

«Они это сделали. Но они сказали, что приказ им отдал его заместитель».

«Как они добрались сюда так быстро?» — спросил Карл.

«Прошло почти сутки с тех пор, как я получил информацию от сотрудника ЦРУ, — пояснил Горан. — Зубов, должно быть, немедленно передал эти данные в Москву. Помните, скандалы распространяются в Кремле быстрее звука».

«Но кто-то в СВР должен был связаться с ГРУ», — предположила Ольга.

Горан сказал: «Борис Абрамович — первый заместитель директора СВР».

«Конечно, — сказала Ольга. — Он всегда ненавидел моего отца. Возможный скандал был бы для него слишком сильным».

«Даже если бы это было полной ложью, — сказал Карл. — Так оно и есть. Это классическая дезинформация ЦРУ».

«Я согласен с Нико, — сказал Горан. — Теперь наша задача — решить, что с этим делать».

«Что мы можем сделать?» — спросила Ольга. «Одно обвинение может потопить нас всех».

Карл знал, что она права. Он точно знал, что обжегся и должен найти выход. Его волновало только одно: кто пойдёт с ним. Сможет ли он склонить Ольгу на свою сторону?

«Если мы войдем туда сейчас, — сказал Карл, — кто нам поверит?»

«В этом-то и проблема, — сказал Горан. — Отчасти это моя вина. Мне следовало сразу же отвергнуть эту информацию и продолжить допрос этого человека».

Карл остановился на небольшом пляже с общественной парковкой недалеко от воды. Он заглушил двигатель, и в открытые передние окна проник шум волн, разбивающихся о берег.

«Может, мне стоит сдаться», — сказал Карл. «В конце концов, я ничего плохого не сделал».

Ольга наклонилась вперёд и положила руку на плечо Карла. «Ни за что.

Разве ты не видишь? Они прислали ко мне офицеров ГРУ, чтобы побудить тебя без проблем явиться.

Горан повернулся к своему кузену и спросил: «Но почему СВР никого не послала за Нико?»