1
Для Трента Стронга это был странный год. Его редактор в чикагской газете подумал, что неплохо было бы проверить возможные связи организованной преступности с профсоюзами на зерновых доках. Плохая идея! Его чуть не избили несколько головорезов с бейсбольными битами, не имеющих никакого отношения к организации «Кабс». Умный парень воспринял бы это как знак и забронировал поездку в Коста-Рику. К сожалению, у Трента есть этот недуг. Когда его загоняют в угол, он выходит оттуда брыкающимся, как Брюс Ли, напившийся ангельской пыли. Перо, будучи сильнее меча, сказка, которая это и есть, работает только тогда, когда жертве не всё равно, что думает публика. Крупная рыба, кажется, всегда ускользает от сети или, по крайней мере, рвёт леску.
Это было в начале года, когда озеро Мичиган похоже на замёрзший горшок с кофе. Сейчас была середина августа, и мы находились в пятистах милях к северу.
Возможно, Трент наконец-то одумался. В июле ему позвонил Берт Граймс и предложил взять на себя руководство еженедельной газетой в Медвежьем озере, штат Миннесота. Если взглянуть на карту, в Миннесоте, наверное, двадцать Медвежьих озер. Когда ледники отступили и растаяли, оставив после себя лишь кучку рыбных ямок, не говоря уже об изящном слогане для номерных знаков автомобилей, которых, кстати, все в штате знают, должно быть около пятнадцати тысяч, похоже, у тех, кто придумывает названия для озер, закончился выбор. Как бы то ни было, это конкретное Медвежье озеро на севере Миннесоты также является названием города, где Трент вырос и быстро научился его ненавидеть. Но, поскольку альтернативой было остаться в Чикаго, уворачиваясь от пуль и бит, он был убеждён, что эта перемена будет предпочтительнее.
•
Трент остановился у обочины главной улицы Беар-Лейк на своём новом Ford Ranger 4x4. Он заглушил двигатель и посмотрел на входную дверь бара «Northwoods» в квартале от дома. Это был один из тех вечеров.
где если бы тебя не душил душный воздух, комары бы налетели и высосали из тебя всю душу.
Получив несколько часов назад в свой офис тревожный звонок от своего старого друга Алекса Линдберга, Трент согласился встретиться с ним в баре, чтобы обсудить нечто слишком важное, чтобы откладывать до утра.
Было почти половина двенадцатого, и Трент зевнул, вспомнив последние несколько дней переезда на север, обустройства дома на озере и попыток приспособиться к более медленному ритму маленького городка.
Он был красивым мужчиной в строгом смысле этого слова. Не слишком высоким и не внушительным, но он не раз обманывал тех, кто был покрупнее, полагая, что под его повседневной одеждой нет ничего, что могло бы им навредить, – совсем как тот бродячий полукровка из сериала «Кунг-фу» 70-х. Он был почти таким же спокойным и уверенным в себе.
Бар «Northwoods» располагался в старом здании из дерева и кирпича на окраине города, рядом с озером. На красном кирпиче до сих пор сохранились чёрные пятна от пожара, уничтожившего его более двадцати лет назад.
Трент вышел и направился внутрь, встав у входа и ожидая, пока глаза привыкнут к тусклой темноте. Бар почти не изменился за эти годы. Длинная дубовая барная стойка с латунными поручнями занимала большую часть помещения. Оленьи головы и чучела рыб беспорядочно были разбросаны по стенам. Клубы дыма, словно радиоактивные осадки, окрасили белую плитку потолка в отвратительно-коричневый цвет. Что-то изменилось, понял он. Раньше из огромных динамиков гремел громкий рок-н-ролл. Теперь из маленьких металлических динамиков, прикрученных к стене, доносилась более мягкая кантри-музыка.
На табурете за барной стойкой сидел вялый, потный мужчина, наливая себе пиво. Затем он запустил свою толстую волосатую лапу в огромную банку с маринованными яйцами, вытащил одно и протянул его старику вместе с пивом.
Облизав пальцы, он завершил задание, вытерев мокрую руку о рубашку.
«Наконец-то дома», — подумал Трент.
Для четвергового вечера здесь было довольно многолюдно. Синие джинсы и футболки, а Трент был в брюках цвета хаки и рубашке-поло. О чём, чёрт возьми, он думал?
Трент оглядел зал в поисках Алекса Линдберга, который обычно опаздывал, но не в этот раз. Он сел на возвышении в кабинке с видом на озеро. Они оба кивнули, давая понять, что увидели друг друга, и Трент неторопливо направился к нему.
Ходили слухи, что Алекс вернулся в город около года назад и сильно изменился. Судя по телефонному звонку Трента, Алекс был напуган.
Трент внимательно посмотрел на своего бывшего одноклассника, подходя к столу.
Алекс откинул назад волосы до плеч обеими руками, погладил длинную бороду и нервно покосился на дверь. В футболке с надписью «Не трогайте девственные леса» он выглядел анорексичным.
Его обрезанные джинсовые шорты обнажали тощие загорелые ноги, а пальцы ног торчали из кожаных сандалий. Перед ним стояла наполовину пустая бутылка пива.
Алекс остался сидеть, а Трент сел. Они коротко пожали друг другу руки через стол.
«Рад снова тебя видеть, Алекс», — сказал Трент.
«Теперь ты похож на городского парня», — сказал он дрожащим от пива или чего-то ещё голосом. Алекс прикусил бороду и пососал волосы, всё ещё не отрывая взгляда от входа.
"В чем дело?"
Алекс глубоко вздохнул. «Не знаю, могу ли я тебе рассказать. Я бы хотел, но я больше не знаю, кому доверять в этом городе».
«Если ты пьешь с кем-то пиво в старшей школе, пишешь свое имя в заснеженном поле в лунную ночь, ты должен знать кого-то».
Алекс улыбнулся и наконец устремил взгляд прямо на Трента. В его больших чёрных зрачках, увеличенных в темноте комнаты, отражалось нечто, говорящее лучше любых слов.
Он был напуган.
«Что случилось, Алекс?»
Алекс подошёл ближе к столу. «Ты должен пообещать, что выслушаешь меня и никому не расскажешь то, что я тебе рассказал, пока не придёт время. Обещаю!»
Он ткнул тонким пальцем в грудь Трента.
«Хорошо. Без проблем. Но помните, теперь местная газетёнка — моя».
«Я хочу, чтобы люди знали», — сказал Алекс. «Просто хочу убедиться». Он снова обвёл взглядом комнату, задержавшись на четырёх парнях за столом у двери. «Слушай, мужик. Бумажная фабрика «Мамонт»». Его дрожащие слова были едва слышны, словно если бы он произнес их громче, это убило бы его.
«Что скажете?»
«Эти ублюдки сбрасывают химикаты в Бивер-Крик, значительно превышая нормы Агентства по охране окружающей среды. А стандарты Агентства, сами понимаете, — это просто чёртова шутка».
Трент рассмеялся. «Они всегда сбрасывали воду в ручей. Поэтому и построили завод рядом. Знаете, для производства бумаги нужно много воды».
«Знаю. Но это ничто по сравнению с тем, что они начали делать несколько месяцев назад. Они перевели половину производства на производство новой бумаги. Будь это новый завод, проблем бы не было. На новых заводах есть процесс удаления всех химикатов из сточных вод. Но я уверен, что Mammoth так и не купил оборудование. Они просто начали сбрасывать отходы».
Трент наклонился чуть ближе. «Ты уверен? Откуда ты знаешь?»
«Я взял пробы воды и сам их проанализировал. Но у меня нет необходимого оборудования. А даже если бы оно у меня было, Агентство по охране окружающей среды мне бы ни за что не поверило».
"Почему нет?"
Алекс улыбнулся. «У нас было несколько стычек».
«Ты ведь не собираешься меня радикализировать, правда?»
Улыбка Алекса стала серьёзной. «Я сделаю то, что должен, Трент. Ты рыбачишь в том ручье. Хочешь съесть трёхглазую форель?»
Трент на мгновение вспомнил о рыбалке в Бивер-Крик несколько дней назад. Он прорыл много миль, но так ничего и не поймал. Даже его любимый пруд не дал ни одной рыбы. Возможно, Алекс прав. «И что ты хочешь, чтобы я с этим сделал?»
«Поймайте несколько рыб и отправьте их в независимую лабораторию на анализ, — сказал Алекс. — Пусть они отправят результаты в региональное отделение Агентства по охране окружающей среды в Чикаго».
«Почему бы вам их не поймать?»
Алекс покачал головой. «Нет. Мне нужен кто-то независимый. Непредвзятый.
Люди здесь тебе доверяют. Они слышали о Пулитцеровской премии. Если бы я их поймал, они бы сказали, что я как-то вмешался.
Трент задумался. У него действительно был друг в Северо-Западном университете.
Профессор биологии. «Ладно. Но я недавно пытался поймать несколько форелей, но безуспешно. Думаю, мне не помешает динамитная шашка».
Алекс быстро поднял брови.
«Шучу. Расслабься. Когда они тебе понадобятся?» «Попробуй завтра днём», — сказал Алекс.
«Это должно сработать».
«Отлично. Встретимся в полдень у Бивер-Крик на Джонсон-роуд.
У меня для тебя есть небольшой сюрприз». Он посмотрел на часы и выпил
Допил пиво. «Мне пора, мужик». Он поднялся со стула и пожал Тренту руку. «Спасибо за помощь».
«Я еще ничего не сделал».
"Вы будете."
Трент смотрел, как он идёт к входной двери. Как раз когда он проходил мимо столика, где сидели четверо мужчин, самый крупный мужчина встал со своего места, столкнулся с Алексом, схватил его за рукав и что-то сказал ему. И слова эти, похоже, были не совсем лестными.
Трент поднялся и поспешил к ним. К тому времени, как Трент добрался до Алекса, ему удалось вырваться, но другой мужчина с клочковатой бородой и очками размером с бутылку газировки преградил выход.
«В чем проблема?» — спросил Трент самого крупного мужчину, который был на добрых шесть дюймов выше его.
«Не твое собачье дело, городской парень», — прорычал мужчина, медленно и с техасским акцентом выговаривая каждое слово.
Мужчина был высоким и широкоплечим, но с рыхлой фигурой. На нём были чёрные ботинки со стальными носами, широченные синие джинсы и коричневая рубашка с изображением крошечного шерстистого мамонта на груди. Левый рукав рубашки был закатан, открывая вид на бульдога морской пехоты, трахающего морского барана.
Трент окинул здоровяка взглядом, а затем потянул Алекса за руку, чтобы слегка отстранить его. «Пошли, Алекс».
«Я не говорил, что он может уйти», — сказал мужчина, сжав кулаки и наклонившись к ним.
Трент нанёс здоровяку круговой удар ногой в левое колено, сбив его с ног. Затем последовал быстрый боковой удар ногой в пах, а затем серия ударов в голову. Здоровяк с грохотом рухнул на деревянный пол, а на него сверху упали два табурета. Трент повернулся к человеку, загородившему дверь. Тот отступил в сторону, пропустив Трента и Алекса.
Выйдя на улицу, Алекс сел в свой старый синий «Эскорт» и опустил водительское стекло. «Спасибо, Трент, но я бы справился». «Кто эти ребята?»
«Мамонты, бригадиры», — сказал Алекс. «Тот, кого ты вышиб, — Килгор. Какой-то псевдоковбой из Оклахомы или Техаса. Он пришёл на лесопилку несколько месяцев назад. Настоящий мудак».
«Жаль, что он, вероятно, не вспомнит об этом утром», — сказал Трент.
«Он запомнит. Будь осторожен», — кивнул Трент.
«Не забудь завтра поймать форель», — сказал Алекс. «Встретимся в полдень на Джонсон-роуд».
«Я тебя прикрою».
Алекс завел машину и уехал, оставляя после себя клубы выхлопных газов.
Трент сел в свой грузовик и поехал домой. Внезапно его затрясло от того, что он только что сделал. Он не любил применять свои знания, особенно к пьяным, но и никогда не уклонялся от драки, которую знал, что может выиграть. Ключевым моментом было избегание, а затем – необходимые и решительные действия.
OceanofPDF.com
2
На следующее утро Трент проснулся, думая, что прошедшая ночь была сном. Он целых полгода избегал конфликтов после стычки с разгневанными грузчиками, которые пытались улучшить свой средний уровень отбивания. Но конец этой серии был неизбежен.
Алекс Линдберг был настолько напряжён. Скорее, испуган.
Учитывая его рост, или его отсутствие, и размеры четырех бригадиров Мамонтов, возможно, у него были на то веские причины.
Он быстро съел бублик и выпил кофе на завтрак, поехал в редакцию, изо всех сил стараясь выглядеть занятым, а затем за пятнадцать минут до полудня направился в сторону Бивер-Крик по Джонсон-роуд.
•
Белый «Крайслер Нью-Йоркер» остановился перед домом под большой белой сосной. Высокая, стройная брюнетка вышла из машины и на мгновение остановилась, оглядывая хижину. Было прохладнее, чем обычно, поэтому она надела чёрные джинсы. Но теперь, с полуденным солнцем, она пожалела, что не переоделась в шорты. Она сняла чёрные туфли и взяла их в левую руку. В правой руке она сжимала конверт из манильской бумаги. Она шла к хижине, босые пальцы ног ступали по мягкой траве, и только белая шёлковая блузка, чувственно облегавшая грудь на лёгком ветерке, придавала ей уют.
Она уже бывала в этом домике, но с тех пор прошло много времени, и всё изменилось. Домик был бледно-белым, а теперь был выкрашен в светло-зелёный цвет, гармонирующий с окружающими деревьями и травой. Окна выглядели новыми.
Она постучала в дверь, но ответа не было. Поскольку машины на подъездной дорожке не было, она, в общем-то, и не ожидала её увидеть. Она взглянула на конверт и подумала, не подбросить ли его в щель между дверьми. Нет. Там его мог найти любой.
Почтовый ящик? Нет.
Где он? Он должен был быть на работе. Она огляделась, вспоминая всё хорошее, что было там. Они сидели на мягкой траве и говорили о будущем. Когда стемнело, они ловили светлячков.
А когда родители засыпали, они пробирались к лодочному сараю, раздевались и переодевались в купальник или ходили голышом. Плавая в темноте, они обследовали друг друга, ласкали друг друга.
А потом они возвращались в лодочный сарай, целовались и занимались любовью.
Вот и всё. Эллинг.
Она направилась на задний двор, где трава сужалась, переходя в песчаный мыс, а причал тянулся от старого лодочного сарая, выкрашенного в темно-зеленый цвет; краска отслаивалась и падала на высокую траву сбоку.
Его лодка была у причала. Она могла бы просто положить конверт под сиденье или в носовой отсек вместе со спасательными жилетами. Нет. Лучше уж в эллинге, подумала она.