Я искоса взглянул на Петру, которая теперь выглядела более оптимистичной.

«Какого рода доказательства?» — спросил я молодого человека.

Он взял телефон и пролистал несколько страниц. Наконец, он нашёл то, что искал. Он повернул телефон к нам. На первом снимке была голова мужчины, сосущая пенис. На втором мужчина смотрел вверх, и это был явно Круно Броз. Следующие пару кадров – Броз на коленях, а молодой человек берёт его сзади.

«Когда они были сделаны?» — спросил я.

«Три года назад», — сказал он. «До того, как я поступил в колледж».

«Сколько лет было мальчику в то время?» — спросила Петра.

«Сейчас ему шестнадцать, — сказал молодой человек. — Значит, тогда ему было тринадцать или четырнадцать».

«Не могли бы вы отправить их мне?» — спросил я.

Когда он кивнул, я дала ему свой номер, и он начал отправлять мне все эти сообщения.

«Как зовут мальчика?» — спросила Петра.

«Я бы предпочёл вам этого не говорить», — сказал он. «Он до сих пор живёт в основном на улице и в приюте у реки. Как я уже сказал, он всё ещё не хочет верить».

Возможно, молодой человек так справляется, подумал я. Но это не имело значения. У нас было всё необходимое, чтобы надавить на этого придурка в университете.

Мы поблагодарили молодого человека за уделённое нам время и вернулись к машине Петры. Как только мы сели в неё, Петра села за руль, и она расплакалась. Этой стороны её характера я раньше не замечала. Я попыталась её успокоить, поглаживая по правой руке.

«Меня это бесит, — сказала Петра. — Они знали много лет назад, что Броз — хищник».

Я похлопал её по руке и сказал: «Не волнуйся. Мы с этим разберёмся».

Она повернулась ко мне и вытерла слёзы. «Ты обещаешь?»

«Поверьте мне. Он добьётся справедливости». И для него это будет выглядеть иначе, чем для нас.

«И вот как мы заставим его передать два процента, которые университет держит в Нове?» — спросила Петра.

«Да. Думаю, он передаст его нам быстрее, чем успеет расстегнуть штаны». Когда она обеспокоенно посмотрела на меня, я добавил: «Слишком рано?»

"Возможно."

«Ну что ж, пойдем и посмотрим, насколько этот человек готов».

"Прямо сейчас?"

«Он примет вас без предварительной записи?» — спросил я.

«Я никогда не пытался договориться о встрече с этим мужчиной».

Я обдумал, что нужно сделать в университете, и решил, что Петру нужно оградить от моих планов. Вместо этого я придумал для Петры правдоподобный предлог и попросил её подвезти меня до квартиры на другом берегу реки. Это требовало навыков Риты.

По дороге в университет я рассказал Рите о повадках Круно Броза. Пока я ехал, я дал ей телефон, чтобы она могла посмотреть фотографии и не удивиться.

Попасть на приём к директору по развитию Загребского университета оказалось проще, чем я предполагал. Я просто сказал, что планирую пожертвовать значительную сумму в их общий фонд.

Круно Броз был коренастым мужчиной чуть за пятьдесят. Он, вероятно, ни дня в жизни не занимался спортом. Мне было трудно разобрать, где у него кончается подбородок и начинается шея.

«Вы американцы», — сказал Броз, пригласив нас сесть перед его большим столом.

«Виновен», — сказал я.

«Зачем паре американцев захотят внести свой вклад в наш общий фонд?»

— спросил Броз.

«Мой дедушка родился в Загребе, — соврал я. — Он учился в этом университете до Первой мировой войны».

«Понятно», — сказал Броз, но его слова не были убедительны.

Он позволил мне продолжить: «В любом случае, моя семья накопила богатство благодаря различным начинаниям, и моя цель — продолжить это наследие».

«Как вы предлагаете это сделать, раздавая свои деньги?» — спросил Броз. Хороший вопрос.

«О. Возможно, я неясно выразился», — сказал я. «Когда я говорил о пополнении общего фонда, я имел в виду освобождение вашего университета от будущих расходов в другой компании. Это означает, что в распоряжении университета останутся миллионы евро».

Броз все еще был, по праву, в замешательстве.

Во время нашего разговора Рита сидела, откинувшись на спинку стула, скрестив руки. Думаю, она всё ещё злилась из-за фотографий, которые я показал ей по дороге.

Неожиданно я спросил: «Расскажите мне о ваших отношениях с Nova Energy».

Полненький парень был в замешательстве, как будто я только что дала ему пощечину.

«Почему вы спрашиваете о Нове?»

«Я слышал об этой компании кое-что хорошее», — сказал я.

«Да», — сказал Броз. «У них большой потенциал».

Пора действовать. «Но им не помешал бы приток капитала, чтобы вырваться на свободу».

Броз наклонился вперёд, опираясь на стол. «Обычно мы предоставляем им необходимое финансирование. Но мне было трудно поддерживать их доходную базу».

«Потому что у них пока нет дохода», — сказал я.

"Конечно."

«Типичная уловка-22», — сказал я. «Вы же слышали об этом».

«Да. Джозеф Хеллер. Но я не уверен, что Нова применима».

«Это прекрасный пример компании, которая пытается свести концы с концами, выплачивать зарплату и двигаться к прибыльности, при этом полагаясь на неповоротливое учреждение, которое периодически подкидывает ей объедки».

Застройщик сложил свои короткие пальцы вместе, пытаясь помолиться. «Надеюсь, для Новы мы значим больше, чем просто так».

А теперь настоящая пощёчина. «Позволь мне кое-что объяснить», — сказал я. «Мне нравятся честные сделки. Ненавижу конкурировать или полагаться на других, чтобы добиться результата.

Поэтому я готов стать крупным инвестором в Nova Energy. С одной оговоркой.

Я ждал, что он попросит об этом условии. Он сделал это невербальным взмахом руки.

Поэтому я продолжил: «Если я за Нову, то ты должен быть за ее пределами».

Он должен был это предвидеть. В ответ он резко повернулся на стуле, издав скрипящий звук, нарушивший тишину.

Наконец, Броз сказал: «Наш контракт с Nova не исключает дополнительного внешнего финансирования».

«Я так и предполагал», — сказал я, хотя ещё не читал этот контракт.

«Тогда почему мы все не можем воспользоваться технологиями Nova Energy?»

— спросил Броз.

«Мы перейдем к делу?» — обеспокоенно спросила Рита.

Я проигнорировал её и сосредоточился на цели, сидящей напротив меня. «Не люблю делиться», — сказал я. «Я предпочитаю честную сделку». К тому же, я уже пообещал это русскому.

«Сделка есть сделка», — самодовольно заявил Броз.

«Пока не перестанет», — сказал я. Я позволил этим словам повиснуть в воздухе на мгновение. Затем добавил: «Прежде чем я сегодня покину этот офис, вы разорвёте свой контракт с Nova Energy».

Теперь Броз рассмеялся, его щеки задвигались вверх и вниз, как у Санта-Клауса.

Я взглянул на Риту, которая кивнула, давая мне разрешение продолжить. Она хотела, чтобы я нанес ответный удар. Я достал телефон и открыл непристойные фотографии, на которых Броз занимается сексом с несовершеннолетней. Покачав головой, я поднес телефон к краю стола мужчины.

«Вы помните эти фотографии?» — спросил я.

Лицо мужчины побледнело от недоверия.

«Полагаю, ты узнаёшь своё изображение», — сказал я. «Вот, это чётче». Я показал Брозу фотографию, где он облизывает кончик мальчишеского языка.

Пенис, с полным лицом. «Мне кажется, ты немного набрал вес с тех пор. Но это точно ты».

«Это шантаж», — заявил мужчина.

«Технически нет», — сказал я. «Я не прошу вас дать мне деньги или что-то ещё ценное. На самом деле, если вы разорвёте этот контракт, я потеряю ещё больше денег».

«Тогда это вымогательство», — сказал Броз.

Я расстегнул куртку и вытащил «Глок» из кобуры. Хотя я не направил его на Броза, я помахал им, словно собирался пустить в ход. «Вымогательство подразумевает угрозу применения насилия в случае неподчинения. Но я никогда не говорил, что причиню тебе вред. Правда?»

Броз заметно сглотнул. «Нет. Кажется, ты этого не сделал. Не мог бы ты убрать пистолет?»

Я убрал оружие в кобуру и снова сел. На лице Риты играла полуулыбка.

«Что ты хочешь, чтобы я сделал?» — спросил Броз.

«Вам ничего не будет стоить просто разорвать контракт, — сказал я. — Вы сэкономите университету миллионы долларов на будущих расходах».

«Но я также могу потерять десятки миллионов или миллиарды долларов будущих доходов».

«Возможно, так оно и есть», — согласился я. «Думаю, ты мог бы рассказать своим сокамерникам в тюрьме, что помог Nova добиться огромного успеха».

Я позволил этому осознать себя. Рита едва сдерживала своё одобрение.

Наконец Броз спросил: «Что вы будете делать с фотографиями?»

«Я сделаю всё, что ты скажешь», — сказал я. Конечно, это была наглая ложь.

Что я могу сказать? Это то, чем я теперь зарабатываю на жизнь.

Броз встал из-за стола и подошёл к деревянному шкафу справа. Открыв две большие дверцы, он обнаружил нечто, похожее на надёжный огнестойкий оружейный сейф. Я сразу же обрадовался, что мне не пришлось взламывать это чудовище. Директор по развитию набрал серию цифр, а затем повернул тумблер на передней панели. Я почти ожидал, что он вытащит пистолет и начнёт стрелять. Но этого не произошло. Вместо этого Броз тут же нашёл папку «Nova Energy». Он закрыл и запер сейф, прежде чем вернуться к столу. Затем он подвинул папку ко мне через стол. Я собирался её схватить, но Рита опередила меня. Она открыла папку и быстро пролистала контракт внутри. Затем она…

Передал мне дело. Судя по нотариальному заверению и официальным печатям, оно выглядело официальным.

«Это ваш единственный экземпляр?» — спросил я его.

«Это единственная официальная копия», — сказал Броз. «Конечно, у Новы всё ещё есть свой экземпляр».

Я об этом не подумал. Чтобы оформить это официально, мне нужно было заставить Петру передать мне контракты обоих университетов.

Когда я встал, чтобы уйти, Броз сказал: «Подожди. А как же фотографии?»

«Я займусь фотографиями, как только проверю этот контракт», — сказал я.

Броз явно был этим недоволен, но просто опустился в кресло, когда мы вышли из его кабинета.

Когда мы вышли на улицу и направились к машине, Рита наклонилась ко мне и прошептала: «Ты же не собираешься уничтожать фотографии?»

«Никаких шансов».

OceanofPDF.com

24

Мы выступили в загребском клубе и провалили его. Владелец хотел, чтобы мы продолжали там играть, но я знал, что наша настоящая миссия в Хорватии почти выполнена.

После концерта нас возле нашего дома ждал Паскаль.

Рядом с ним стоял и курил сигарету его правая рука, голландец Томас Райх.

Рита отправила наших молодых гитаристов наверх, а я пошел поговорить с нашими «друзьями».

«Вы, ребята, видели наше сегодняшнее выступление?» — спросил я. Паскаля я заметил, как он замешкался в тени, но Томаша я не видел.

«Ты становишься действительно хорош, — сказал Томас. — Возможно, тебе нужен менеджер».

Рита подошла ко мне и сказала: «Ты же знаешь, что это всего лишь прикрытие, да?»

«Хорошая идея», — вмешался Паскаль.

После продолжительного молчания наш голландский друг наконец сказал: «Господин Кузьмин хотел бы получить последние новости».

Я знаю, что должен был связаться с русским после того, как получил контракт от педофила, но это совершенно вылетело у меня из головы. В конце концов, на самом деле я не работал на этого олигарха. Это тоже была уловка.

«Второй контракт аннулирован, — сказал я. — Университеты больше не будут вмешиваться».

«Ты уверен, что твоя хорватская девушка подпишет с тобой контракт?»

— спросил Томас.

«Она подпишет», — сказал я. «Но сначала мне нужен контракт на английском и сербскохорватском языках. И, как мы уже обсуждали, нам понадобится пункт о будущих приобретениях, основанный на различных условиях».

Томаш улыбнулся и сказал: «У нас уже составлен договор».

«Используете мою панамскую подставную компанию?» — спросил я. Мы с Ритой создали её ещё до отъезда из Америки. В то время я не понимал, зачем нам это нужно.

«Совершенно верно», — сказал Томас.

Рита вмешалась: «Руководство Nova захочет, чтобы этот контракт рассмотрел их юрист».

Томаш улыбнулся. «Мы это предвидели. Пока вы оба были в Италии, я заключил сделку с их адвокатом».

Отлично! Они подкупили адвоката Петры, чтобы тот её обманул. Где-то в глубине души я чувствовал себя виноватым. Но, по крайней мере, я знал, что это ещё не конец.

«Когда мы можем ожидать подписания контракта?» — спросил Томаш.

«Сначала я должен это увидеть», — сказал я.

Томаш явно предвидел это. Он открыл переднюю пассажирскую дверь своей машины, сунул руку внутрь и вытащил папку. Он протянул её мне с почти головокружительным нетерпением. Там, где компания Кузьмина потерпела неудачу, мы быстро добились успеха.

«Я прочту его сегодня вечером и как можно скорее назначу встречу с хорватами», — сказал я.

«Все экземпляры там», — сказал Томас. «На обоих языках».

«Без проблем», — сказал я. «Это всё?»

Томаш на долю секунды перевел взгляд на Паскаля, а затем снова на нас с Ритой. «Может, мне стоит быть на встрече, чтобы они подписали?»

«Точно», — сказал я. «Ты похож на злодея из фильмов о Бонде. А не на юриста. Нам нужно, чтобы эта сделка выглядела как можно более безобидной. Ничего особенного».

«Но это очень хлопотно», — сказал Томас.

«Знаю», — сказал я. «Слушай, я сегодня избил свою барабанную установку до полусмерти. Мне пора спать».

Томаш и Паскаль рассмеялись, не сводя глаз с Риты.

Они, наверное, подумали, что я с ней сплю. Ладно. Пусть так и думают.

Оба мужчины сели в машину голландца и уехали.

«Они думают, что мы спим вместе», — сказала Рита.

«Знаю. Пусть так думают. Мне кажется, Томас к тебе неравнодушен».

«Он мне в дядюшки-извращенцы годится», — сказала она. Затем она окинула меня критическим взглядом и добавила: «Что-то не так. Что именно?»

Тяжело вздохнув, я сказал: «Мы действительно обманываем Петру и ее кузину».