Пока Дану в сопровождении Мии осматривала лабораторию, Стриж вышел в кольцевой сад, опоясывающий жилой уровень. Он больше не был мёртвым. Сухие старые деревья выкорчевали, как и вообще всю растительность. Новую плодородную землю тачками возили через портал, удобряя ту густой чёрной жижей.

Оказалось, что для подкормки саженцев амброзии использовали измельчённые трупы демонов, перемешанные с хитро изготовленной смесью ароматных масел. Она до того напоминала церковное миро, что Лёха в очередной раз задумался о причудливых отголосках древних посещений его планеты эльфами.

Миро и демонический фарш нейтрализовали запахи друг друга, так что на выходе получалась едва ощутимая сернистая вонь, которую легко перебивал бриз.

Первое дерево Олаво посадил на могиле Кьеля.

Хорошее место. Молодой эльф, жаждавший лучшего будущего для своего народа, оценил бы жест. Ещё больше он оценил бы планы Древней по возрождению былого величия и, наверное, даже смирился бы с равным, а не главенствующим положением с людьми и пустотниками.

Жаль, всё сложилось не лучшим образом.

Присев у молодого деревца, Стриж какое-то время просто смотрел на волны, позволяя мыслям беспрепятственно течь в любом направлении. Хороший способ выйти из тупика, когда уже нет идей.

Не помогло. Ни единой свежей идеи о том, что делать с Белочкой или Дану не пришло.

Вздохнув, Лёха направился на Крабовый остров и попросил Максимилиано присмотреть за Дану вместе с Мией. А сам направился к Белочке.

Стоило приблизиться к камере, в которой содержали демоницу, в голове возник привычный язвительный голос:

«Смотрите кто явился! Тебе опять что-то нужно от меня?»

Опешив, Стриж привычно ответил не размыкая губ:

«Почему я тебя слышу?»

«Понятия не имею. Наверное между нами было что-то особенное. Связь, которую не разорвать просто так».

Лёха мог поклясться, что за дверью камеры одержимая эльфийка привычно кривляется, хоть и не мог этого видеть.

— Командир, — кивком приветствовал его дежуривший у камеры Явар.

— Как она себя ведёт? — поинтересовался Стриж, жестом велев отпереть дверь.

— Негативно, — репликант отодвинул засов. — Всё это время пыталась вывести меня.

— Обзывалась? — догадался Лёха, ничуть не удивившись.

Белочка не была бы собой, сидя тихо. А зная характер и словарный запас экс-квартирантки, вкупе с тем стихийным бедствием, что заменяло демонице чувство юмора, можно было лишь восхищаться терпением и выдержкой Явара.

— Рот не закрывала, — подтвердил репликант. — Я уже хотел попросить принести бумагу и карандаш, чтобы её высказывания записывать.

— А ты грамотный? — послышался из-за двери изумлённый голос Белочки. — Прям эволюционный прорыв, а не солдафон. У вас же на всех одна извилина, да и та от фуражки!

— Белочка, хватит, — оборвал её Лёха.

— Да ладно, пусть, — неожиданно улыбнулся Явар. — Хоть какое-то развлечение.

И потянул металлическую створку, пропуская командира в камеру.

— Что, даже без охраны? — изумилась демоница когда дверь за спиной Стрижа закрылась.

— Ты же сама сказала, что между нами было что-то особенное, — криво ухмыльнулся тот. — Неужели ты просто убьёшь меня после всего, что между нами было?

— А чего мне терять?

Белочка оскалила длинные острые зубы, но реальной угрозы Стриж не ощущал. Между ними действительно сохранилась незримая связь, отчётливо ощущаемая на близком расстоянии. Описать это словами не удавалось, но сомнений в том, что демон не желает ему смерти не было.

— Об этом я и хотел поговорить, — признался он, усаживаясь на кровать и разглядывая новый облик бывшего симбионта.

На худощавом треугольном лице выделялись светло-карие, почти янтарные глаза. Была это особенность пустотницы, тело которой досталось Белочке, или та перестроила их в честь «новоселья» — осталось загадкой. Тёмные волосы едва доставали до груди, а густая чёлка отросла почти до самых бровей.

— Нравлюсь? — кокетливо покрутилась демоница.

— Да уж посимпатичней меня, — одобрил Лёха и тут же посерьёзнел. — Никто не понимает что с тобой теперь делать. Убить не позволяю я.

На этих словах Белочка отвесила шутовской поклон, едва не стукнувшись головой о пол. Гибкость её нового тела впечатляла.

— … Отпускать тебя нельзя, — не обращая внимания на паясничание продолжил Стриж. — Ты достаточно долго пробыла в моей голове, чтобы осознавать это.

Демоница скривилась, но спорить не стала.

— Когда-то ты хотела найти нечто в этом мире. Нечто, что тебя влечёт. Теперь ты знаешь, что дело в Навигаторе и вполне способна противиться его повелению. Ещё ты жаждала вернуться в родной мир, но…

Лёха посмотрел в глаза существа, ещё недавно делившего с ним одно тело на двоих.

— Многое изменилось. Ты изменилась. Потому я хочу узнать, а чего хочешь ты? Ну, кроме «жрать и убивать». Это само собой.

— Свободы! — не раздумывая выпалила Белочка.

— Вот ты её получила. И что дальше? Помимо «жрать и убивать»?

Вопрос поставил демоницу в тупик. Похоже, мысль о свободе казалась столь несбыточной, что стала главной и единственной целью.

— Хочешь вернуться в родной мир? — предложил вариант Лёха.

— Да… Наверное… Не знаю…

Видеть и ощущать Белочку растерянной было по меньшей мере странно. Всегда готовый к драке хищник привык мыслить простыми категориями. Выжить, убить, насытиться. О сложном обычно думал Стриж. Но теперь это приходилось делать самой демонице. Она изменилась, стала сложней. Чуть больше человеком, чуть меньше демоном. И простые решения перестали работать.

— Лично мне кажется, что ты заскучаешь в родном мире, — продолжил рассуждать Лёха. — Ты теперь мыслишь иначе. И лично я вижу единственное применение твоим талантам в этих обстоятельствах: ты, став хитрее и умнее, либо подчинишь себе крупную стаю, либо погибнешь пытаясь. А потом будешь устраивать лихие набеги уже на наш мир, многое зная о его устройстве и тактике борьбы с вами.

Судя по голодному азарту мысль Белочке понравилась.

— Ты знаешь меня, наверное, лучше всех, а потому должна понимать: я не позволю тебе сделать это, — предельно честно сказал Стриж.

Скорее всего бывший симбионт чувствовал его так же хорошо, а потому лгать смысла не было. Да и не хотелось.

— Убьёшь меня? — прищурилась Белочка и теперь от неё исходила реальная угроза.

— Нет, — посмотрел ей в глаза Лёха. — Я дал тебе слово. Но сейчас, с учётом изменившихся обстоятельств, предлагаю нам с тобой обдумать и перезаключить договор на условиях, устраивающих все стороны. Я очень хочу дать тебе свободу, но не ценой жизней всех остальных. Потому спрашиваю ещё раз: чего ты хочешь?

Замешательство демоницы было красноречивей любых слов.

— Дам тебе время подумать, — поднялся на ноги Стриж. — Займусь пока вопросами нашего общего выживания, а ты размышляй что хочешь получить в итоге. И вместе подумаем какой компромисс возможен.

— Я тебе говорила, что ты — дурак и вечно выдумываешь проблемы на свою голову? — уже в спину бросила ему Белочка.

— Говорила и не раз, — обернулся через плечо Лёха. — А что?

Помолчав немного, демоница ответила:

— Сейчас я этому рада.

Стриж рассмеялся, но вспомнил о неприятной обязанности и от веселья не осталось и следа.

— Совсем забыл… Мне нужна твоя помощь.

— Чутьё подсказывает, что ни о чём хорошем ты сейчас не попросишь, — подозрительно прищурилась Белочка.

— Оно тебя не подвело, — развёл руками Стриж. — Нам требуется найти способ воздействия на Аримана. Такой, чтобы заставил против воли проявить нечеловеческую сущность.

Оскал демоницы ясно продемонстрировал отношение к этой просьбе.

— И вам нужна подопытная крыса?

— Мне, — подчеркнул это слово Лёха, — нужна твоя помощь. Не думаю, что Ариман будет рад тебя видеть и разделить с тобой свои охотничьи угодья. И, как я помню, мы с тобой были не в состоянии ему противостоять. Ты не меньше нашего заинтересована в его устранении.

— Тут у меня маловато шансов встретиться с ним, — язвительно похлопала по стене Белочка, но Стриж чувствовал, что она практически готова согласиться.

— Надеюсь, что ты права. Но если мы налажаем — он явится и сюда.

Демоница недовольно скривилась и скаредно поинтересовалась:

— А что я получу взамен?

Лёха широко улыбнулся.

— Как всегда, пищу.

Следующие дни оказались богаты на события.

Пока Кречеты подыскивали кандидатов для «ритуала истребления», имитировали возвращение разведывательного отряда во главе с Райной. Та с прискорбием сообщила, что в неравной схватке с демонами погибли полуухие телохранители её сиятельства. Но эти мрачные известия меркли перед чудесным открытием: замок в землях «Стальных Грифонов» вполне сохранился и подлежит восстановлению.

Гибель телохранителей не особо впечатлила замковую челядь. В этом мире смерть в бою с демонами давно стала обыденностью, особенно для тех, кто выбрал путь воина.

А вот цель таинственной поездки, в которую убывала Райна, стала темой для пересудов. Большинство слуг даже слыхом не слыхивали про Стальных Грифонов и теперь гадали, какого демона понадобилось отправлять воительницу в такую даль.

Долго строить предположения им не пришлось. Громом среди ясного неба прозвучало известие, что Даран претендует на роль главы погибшего клана и снаряжает экспедицию. С полного одобрения юной графини, взявшей на себя все расходы, и благоволения его императорского величества.

Замок превратился в растревоженный улей. Закупались так, словно Даран не сомневался в успешном окончании задуманного предприятия и уже заранее готовился всерьёз обосноваться в диких землях.

Стрижу предстояло ехать вместе с новоиспечённым графом и от мысли, что несколько недель пустотники будут обходиться без его руководства, нервировала. Пойти не так могло всё, что угодно, а его не будет рядом, чтобы помочь.

— Алекс, — голос Мии выдернул Лёху из пучин мрачных мыслей.

Девушка протягивала ему кожаный тубус для бумаг.

— Гюнтер доделал чертёж замка, отнеси, пожалуйста, Дарану.

Лёха кивнул, сунул тубус подмышку и пошёл к порталу.

У Кречетов его теперь знали как Алистера, нового дознавателя при Даране. Легенду новой личине придумали простенькую — мелкий дворянчик из захудалого клана, каких в империи было полно.

Должность дознавателя позволяла пустотнику исчезать из замка и возвращаться, не вызывая лишних вопросов. Такая работа — выискивать шпионов, заговорщиков и просто воров, запускающих лапу в клановую казну.

За это дознавателей недолюбливали, опасались и, самое главное, не лезли к ним с вопросами.

С именем пришлось помучиться. Всё же пользоваться им предстояло всю оставшуюся жизнь. Выдумывать что-то совсем уж не похожее на родное Лёха не хотел, так что взял имя персонажа из любимой старой компьютерной игры — Алистер. Не Алексей, конечно, но ухо не режет.

Осталось только не повторять судьбу персонажа, оказавшись в ситуации, где требуется героически сдохнуть, убивая дракона.

Лёха вручил чертёж Дарану и с некоторой тревогой наблюдал как тот рассматривает лист бумаги с равнодушием человека, которому уже плевать на всё. После отказа Райны он несколько дней ходил мрачный, как грозовая туча, пугая слуг своим видом. Челядь гадала о причинах плохого настроения капитана и старалась лишний раз не попадать ему на глаза.

Но их опасения были беспочвенны. Даран всё держал в себе, не позволяя срывать злость на других. Лишь вечерами уходил в тренировочный зал и спускал пар, рубя манекены

Райна внешне не переменилась, дисциплинированно выполняя свои обязанности. Разве что Лёха, знавший в чём дело, заметил что она избегает прямо смотреть в глаза Дарана.

А злость того, спустя время, сменилась апатией. Капитан превратился в механизм, действующий по заложенной программе и равнодушный ко всему постороннему. Вот и сейчас он занимался изучением чертежа лишь потому, что это требовалось сделать.

Ремонт замку нужен был не такой уж и значительный — умелые рабочие справятся с задачей за пару месяцев. По крайней мере, так утверждал Гюнтер.

Единственной загвоздкой стал тайный ход от господских покоев до подземелья с артефактом. Он нужен был для незаметного перемещения пустотников и самого графа к зеркалу-порталу. Не хватало ещё, чтобы слуги сплетничали о непонятных полуухих, неизвестно откуда приходящих и куда уходящих. А хуже того будет, если в странных полукровках признают погибших телохранителей графини Лауры.

Но Гюнтер смог решить и эту проблему, немного изменив планировку этажей, а Риган нашёл строителей, умеющих хранить секреты, за которых поручался лично.

Стриж только понадеялся, что барон не решит проблему секретности радикально, как это нередко делали в его мире. Попросту казнив всех строителей, знавших о тайных проходах.

Отложив чертёж, капитан взял лист с перечнем необходимых материалов.

— Демоны, обоз будет огромный, — недовольно проговорил он, впервые за время разговора продемонстрировав хоть какие-то эмоции. — Недели три ползти будем, а то и месяц.

— Это да, — согласился Стриж.

Даже в его эпоху движение колонны занимало много времени. А уж здесь, где скорость запряжённой волами телеги не превышает скорость неторопливо идущего человека, а дороги далеки от совершенства, хорошо если за день удастся преодолевать хотя бы три десятка километров.

— Что с бойцами? — задал Лёха насущный вопрос.

Воинов требовалось много. Для начала хотя бы пару сотен обычных солдат и десяток рубежников, чтобы обеспечить безопасность замка и ближайших окрестностей. Иначе никто не согласиться переезжать на новое место и на затее можно ставить крест.

— Никаких проблем, — отозвался капитан. — Я пустил через бывших сослуживцев слух, что требуются люди для экспедиции. Добровольцев хватает, особенно среди покалеченных ветеранов.

Почему калеки так ухватились за это предложение, объяснять не было нужды. Весть о чудесных артефактах-протезах разлетелась по Империи и в казну Кречетов рекой потекло серебро. Несмотря на очень высокую цену, недостатка в заказчиках не было. Даже самые богатые и знатные люди не застрахованы от ран и увечий. Но простым воинам такой протез не по карману, вот они и надеялись выслужить его себе в награду.

Даран охотно принимал таких ветеранов. Глупо разбрасываться кадрами с огромным боевым опытом. Калеки подписывали контракт, фактически обрекающих их на пожизненную службу новому клану, и получали вожделенные протезы. Но недовольных не нашлось. Наоборот, солдаты были благодарны за такую щедрость, ну а что служить до гроба — оно и так им на роду написано. Потому, что больше ничего они и не умели. И лучше умереть как воин, на службе, чем сдохнуть от нищеты в канаве.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнул Даран.

— Господин капитан, — доложил вошедший в кабинет стражник. — Вашей аудиенции просит господин Кивилис из клана Лесных Котов.

Стриж удовлетворенно улыбнулся. Похоже их с Аресом план удался.

— Пригласи, — переглянувшись с ним, скомандовал Даран.

Бывший капитан пограничников вошёл, тяжело опираясь на костыль. Несмотря на увечья, выглядел он всё так же уверенно. Чтобы сломить дух такого человека, нужно что-то пострашнее раздробленных суставов.

Лёха на миг отвёл глаза. Сложно смотреть на человека, которого покалечили с твоего одобрения. Пусть даже на тот момент это был вражеский офицер.

— Господин капитан, — заговорил Кивилис, коротким поклоном поприветствовав Дарана.

Стриж удостоился кивка и внимательного взгляда. Визитёр, увидев, что Даран не выпроваживает младшего по званию, понял, что это доверенное лицо капитана и теперь гадал, какое место в негласной иерархии тот занимает.

— Господин Кивилис, — поклонившись в ответ, Даран жестом предложил гостю присесть. — Это дознаватель Алистер, один из моих доверенных людей.

И указал на Стрижа. Тот, как требовал этикет, встал и склонил голову, дождался ответного кивка и сел на место.

Дождавшись, пока собеседник займёт свободное кресло, Даран продолжил:

— Наслышан о вас. Вы были капитаном пограничников у Пурпурных Змеев?

— Да, — Кивилис напрягся.

Видимо, опасался, что потенциальный наниматель откажет тому, кто раньше служил вражескому клану.

— Меня уволили, — мрачно добавил он.

— За что? — достоверно изобразил удивление Даран.

— Новый глава сообщил, что не нуждается в услугах калеки, — усмехнулся Кивилис, приподняв изуродованную руку.

— Вот как… И чем я обязан вашему визиту?

— До меня дошли слухи, что вы набираете людей для опасной экспедиции, — ответил визитёр. — Если это так, то хочу предложить вам услуги моего отряда.

И выжидательно уставился на Дарана.

— Слухи верны, — неторопливо отозвался тот. — Сколько у вас людей?

— Полсотни, — быстро ответил Кивилис. — Десяток арбалетчиков, и по два десятка алебардистов и пикинеров. Все с опытом. Пятеро с семьями. У нас свой обоз, — добавил он. — Так что для нас транспорт не нужен.

— И большой обоз? — уточнил Даран.

— Пять фургонов и три телеги. Все на постоялом дворе у границ клана.

— Я хотел бы взглянуть на ваших людей, господин Кивилис, — Даран поднялся из-за стола.

— Разумеется, — отозвался заметно приободрившийся Кивилис.

Отряд Кивилиса произвёл на Дарана самое хорошее впечатление. Пятьдесят человек, единообразно одетых и экипированных, все с боевым опытом — отличное приобретение для зарождающегося клана. И самое главное, с толковым командиром, на которого можно смело переложить часть обязанностей.

То, что Кивилис служил вражескому клану, абсолютно никого не смущало. В земной истории вплоть до девятнадцатого века тоже нормально было нанимать на службу бывших офицеров армии враждебного государства. Ну а учитывая то, на какой ноте капитан пограничников разошёлся со своим прежним работодателем, опасаться было нечего.

Подготовка к экспедиции шла полным ходом. В замок тянулись вереницы телег с провизией, стройматериалами, оружием, тканью и огромным количеством разной мелочи, необходимой в быту.

Даран вертелся как белка в колесе, стараясь учесть каждую мелочь и попутно передавая дела своему преемнику. На это важное место назначили бывшего начальника личной охраны барона Ригана, за которого тот ручался головой.

Наконец настал момент, когда длинная вереница фургонов и телег, вздымая клубы пыли, поползла по дороге, держа курс на земли Стальных Грифонов.

На этом фоне весть о том, что на границе с церковниками возник очередной конфликт и император выдвигает туда войска, особого ажиотажа не вызвала. Церковники постоянно пробовали на прочность дряхлеющую империю, но до большой войны ещё не доходило. Хватало пары-тройки стычек с использованием мощных атакующих заклинаний, чтобы святоши резко меняли мнение и проникались любовью к миру, дружбе и процветанию.

Лаура немедленно воспользовалась поводом, чтобы отправить в императорское войско тех родичей, чья верность вызывала сомнение. А среди них и пару человек из ветви, к которой принадлежала Райна. Путь к столице, где собиралась армия, не близкий, а в дороге может случится всякое. Демоны, разбойники, болезни. Гибель или пропажа в таком путешествии — обычное дело, никто и не удивится.

Юная графиня стремительно постигала искусство управления кланом.

Неурядицы на границе играли на руку новому союзу. Пока Ариман вынужден тратить время на разборки с осмелевшими церковниками, у них появлялась возможность как следует подготовиться к грядущему перевороту.

Стриж для легендирования новой личины отправился вместе с Дараном, Робином, Райной и Гюнтером сопровождать караван к землям Стальных Грифонов. В это время Дану в компании Максимилиано и нескольких бойцов улетела подчинять себе дикие эльфийские племена.

А в том, что у неё это получится сомнений не было. Ниэль, надменное дитя властителей Поднебесного, едва не поклонялась златоглазой Древней. Что уж говорить о дикарях, перед которыми она явится в сверкающей крылатой эгиде? Да ещё и в компании столь же впечатляющих бойцов?

Но несмотря на все эти аргументы Лёха нервничал. Слишком привык лично участвовать во всех операциях и необходимость впустую тратить две недели в тихоходном фургоне, когда можно переместиться к цели мгновенно, тяготила. Но со сменой лиц он распрощался вместе с Белочкой и теперь следовало основательно проработать легенду и новое имя среди соратников Дарана.

Тем временем репликанты по наводке Лауры должны были взять живыми и тайно доставить в замок будущих участников «ритуала истребления». Но вместо того, чтобы руководить группой, Стриж вынужден будет трястись в фургоне и раз за разом прокручивать в голове варианты провала любой из затей.

И это не считая беспокойства как за судьбу Белочки, оставленной под ответственность Мии, так и за судьбы окружающих её пустотников.