В комнате Дану Лёха застал и Ниэль. Та с благоговением взирала на Древнюю, ловя каждое слово и не отходя ни на шаг.

Дану уже успела переодеться в присланный Лаурой охотничий костюм и можно не сомневаться, что притаившийся под «покровом» Робин по достоинству оценил зрелище.

Постель уже была застелена шёлковым бельём. Скорее всего этим занималась Ниэль, благоговевшая перед златоглазой соплеменницей. Можно было не сомневаться, что дай ей волю — поселится на соседней кровати, а если не разрешат, то хоть у порога, лишь бы поближе к Древней.

— Ниэль, оставь нас, — без особых церемоний приказал Стриж.

Поднебесница неуверенно покосилась на Дану, словно спрашивая разрешения.

— Иди, дитя, — махнула рукой та.

Ниэль поклонилась и безропотно вышла из комнаты. Лёхе это не понравилось. Нужно будет напомнить поднебеснице, что командует здесь он, а не Древняя с неясным ещё статусом.

— Как твой друг? — поинтересовалась Дану.

— Гораздо лучше, чем был ещё вчера, благодарю, — ответил Стриж, гадая, как лучше начать разговор на интересующую его тему.

Но, прежде чем смог подобрать нужную формулировку, снизу раздался крик «гендерквира».

— Прекратите убивать несчастных животных ради своих желудков! — дурниной вопил он.

— Минуту, — подавив вздох раздражения, Стриж выглянул в окно.

«Свободная личность» стоял на опушке, потрясая большим листом какого-то растения, изображающим транспарант. Даже присутствовала некая корявая надпись, намалёванная непонятно чем. Вполне может быть, что дерьмом — «прогрессивная общественность» славилась любовью к подобным материалам в своём творчестве.

Вопли «гендерквир» адресовал троице тиаматцев, волокущих сетку с крабами для обеда.

— Ты чего орёшь, убогий? — поинтересовался Стриж.

— Командир! — ответил вместо крикуна Олаво. — Можно, я ему в глаз двину? Достал своим верещанием, спасу нет.

«Гендерквир» поперхнулся криком и возмущённо уставился на тиаматцев.

— Я свободная личность и имею право выражать свой протест одиночными пикетами! — завизжал он.

Судя по всему, мысль о том, что ему реально могут набить морду, не приходила в голову любителя протестов.

— И что тебе не по нраву в этот раз? — без особого интереса спросил Лёха, подавив острое желание разрешить Олаво провести экзекуцию.

— Вы убиваете несчастных крабов и рыб… — начал «гендерквир», но был перебит бесцеремонным:

— Понятно. Дебил — ты и есть дебил.

Поставив «свободной личности» окончательный диагноз, Стриж обратился к тиаматцам:

— Не трогайте идиота, пусть орёт хоть до усрачки. Будет нам вместо радио играть.

— Есть, — отозвался Олаво.

И, не обращая больше внимания на вновь разразившегося возмущёнными криками «гендерквира», взялся за ношу.

— Прошу прощения, — Стриж виновато улыбнулся Дану. — Бытовые вопросы.

Даже если у Древней были вопросы по этому поводу, она предпочла оставить их при себе.

— То, что случилось с твоим другом, — вернулась она к теме беседы. — Кто сделал это с ним? Где? В той самой лаборатории, о которой вы не хотите говорить?

Скользкая тема. Очень скользкая.

— Это произошло из-за артефакта, который делают Кречеты, — несколько исказил истину Стриж, выдав свою историю вместо правды об Аресе. — Он по неосторожности коснулся заготовки, в которой был заключён демон в полной силе.

— Выходит, это знание юные не утратили? — со смесью удивления и лёгкого разочарования спросила Дану.

— Сложно сказать. Возможно то, что они делают сейчас, серьёзно отличается от того, что когда-то делали вы. Некоторые люди подселяют в себя демонов ради того, чтобы те лечили их в случае ранения, но те жрут их изнутри. Чтобы питать чуждую сущность они вынуждены кормить её кровью своих детей.

От таких новостей Дану передёрнуло.

— Вы задумывали иначе? — уже не сомневался в собственной правоте Стриж.

— Конечно! — возмущённо воскликнула Древняя. — Только представь себе бойцов, за которыми везут обоз плачущих детей на прокорм. Кошмар, порождённый разумом сумасшедшего!

— А как было на самом деле?

В том, что их с Белочкой способ питания не был изначальной задумкой он понимал. Такой отряд представляет опасность для собственной армии. Во-первых, оголодавший одержимый может пустить на прокорм союзного мага. А во-вторых, может в любой момент дезертировать. Нет, такие боевые единицы должны держать на прочном поводке. Родные в заложниках, наркотическая зависимость или невозможность самостоятельно пропитать симбионта.

Стриж ставил на последнее.

— Особые отделы занимались созданием Панацеи для подпитки гибридов, — ответила Дану.

— Панацея? — удивился Лёха, помнивший земной миф об универсальном лекарстве. — Что это?

— Артефакт, который маги накачивали своей силой. Каждый день командиры насыщали ею демоническую часть гибридов.

— И в случае дезертирства такой боец очень скоро погибал, — озвучил очевидное Лёха.

— Именно так. Было бы глупо не иметь контроля над собственными созданиями.

Разумно. Вынужденные ежедневно получать пайку, одержимые никуда не денутся от хозяев. Формально свободные, они навсегда связывали свои жизни со службой эльфам.

Это придавало смысл «артефактам высшей защиты», которые изготовляли Кречеты. Если изначально заключенных в них демонов не требовалось кормить собственными детьми, то встроенная в тело регенерация определённо стоила зависимости от ушастых. Это свойство, кстати, могло ввести в заблуждение землян. Если те не знали, что перед ними наполовину демон, то могли связать самоисцеление иномирных бойцов с приёмом Панацеи и решить, что это — чудо-лекарство.

— А что если гибридам требовалось уйти в длительный рейд на вражескую территорию? — задался вопросом Лёха. — Чем они питались там?

— Существует способ создать небольшой запас Панацеи на такой случай. Недолговечный запас.

Тема, похоже, не слишком интересовала Дану. Она села на подоконник и с мечтательной улыбкой смотрела в море.

Настаивать Стриж не стал. Сейчас это не было действительно важным вопросом, но вопрос подходит ли Панацея для питания Белочки, следовало как-нибудь прояснить. Сейчас, когда пустотникам следовало залечь на дно и выждать, пока не уляжется поднятая суматоха, выходит на охоту за магами не хотелось. Да в принципе не хотелось убивать кого-то ради сохранения собственной жизни. Разве что подонков из «Весёлой Головешки», но до них далековато добираться.

«Фу! — с чувством глубокого отвращения возмутилась Белочка. — А если бы тебе предлагали всю жизнь питаться лапшой быстрого приготовления вместо сочной ароматной вырезки? Я хочу охотиться! Я хочу убивать!»

«Вот съедешь из моего тела и делай что хочешь», — посоветовал ей Лёха, а сам вернулся к разговору с Древней.

Следовало выяснить больше об Аримане, но при этом пока не открывать всех карт. Нет гарантий, что он не один из гибридов, сумевших дожить до этих дней. Может даже он когда-то работал на Дану и её соратников.

— Лаборатория, в которой мы нашли тела полудемонов, — начал Стриж и заметил, как собралась эльфийка. — Могло ли случиться такое, что некоторые из подобных существ освободились и выжили?

— Сомневаюсь, — интерес в глазах Древней угас и её снова занимал вид морского простора. — Даже если и так, не всё ли равно? Одной голодной зубастой тварью больше, одной меньше.

Лёха хмыкнул. Не похоже, что Дану имела дело с кем-то вроде Аримана.

— А что насчёт «навигатора»? — подошёл он с другой стороны. — Вы говорили, что закрыли путь в Златой Град. Но как? Убили «навигатора»?

На этот раз вопрос зацепил Дану. Она отвела взгляд от водной глади и хмуро посмотрела на Стрижа.

— Нет.

Голос её звучал встревоженно, будто до сих пор она не задумывалась об этом аспекте.

— Гибель «навигатора» всего лишь оборвёт связь со столицей, но не станет препятствием для новой экспедиции оттуда. Требовалось заблокировать всю гроздь миров, а это возможно только при живом демоне.

— Но другие могли бы снова открыть связь с метрополией, — озвучил очевидное решение Лёха. — Надо думать вы предвидели подобный исход и приняли какие-то меры.

Эльфийка отвела взгляд, будто не хотела смотреть ему в глаза.

— «Навигатора» содержат в подземной крепости, где работают самые доверенные управленцы Великих Домов. Я уничтожила их всех кое-чем, напоминающим «незримую смерть», — призналась она. — Опустила артефакт в шахту лифта, надёжно запечатав «навигатора» среди покойников. Весь транспортный узел на несколько лет стал опасен для всего живого, никто не мог туда проникнуть.

«Надо же, — развеселилась Белочка. — А наша новая подруга, оказывается, террористка!»

— А как же демон? — свёл брови Лёха.

— Демоны выживают в этой погани, так что «навигатором» я не рисковала. Он остался пленником портального артефакта и служил замком для этой грозди миров.

— Разве он не должен был сдохнуть от голода?

— Далеко не сразу, — покачала головой Дану. — Демоны такой мощи хранят в себе много энергии. Он продержался бы на голодном пайке до того момента, когда смертельная магия утратит силу. А к этому времени я планировала завершить начатое дело и вернуться туда.

— Но вы не вернулись. И никто из Златого Града не явился.

— «Навигатор» жив, — поняла куда он ведёт Древняя. — Кто-то его кормит и контролирует. Но кто?

Встретившись взглядами, оба хором воскликнули:

— Нужна карта!

Несколькими минутами позже они, уже в компании Мии и Дарана раскладывали на столе «штабной комнаты» самую подробную карту империи.

Райны видно не было, а новоиспечённый граф был по своему обыкновению мрачен и собран. Даже и не скажешь, что совсем недавно рухнула его личная жизнь, даже не успев начаться.

Пока Лёха кратко пересказывал услышанное от Дану, та склонилась над картой. Он ждал, что ей потребуется время на поиск знакомых ориентиров, но хватило уже известного местоположения замка Кречетов.

— Здесь, — Дану уверенно указала в самое сердце земель Золотых Тигров — императорский замок. — Транспортный узел скрыт под землёй. Кто владеет этим местом?

Пустотники мрачно переглянулась с Дараном.

— Правящая династия — ответил тот за всех. — Это родовые земли клана Золотых Тигров.

— Выходит, именно они контролируют «навигатора» и кормят его, — пришла к логичному выводу Дана, не отрывая взгляда от карты. — Не вполне понятно зачем, но то, что они держат наши миры закрытыми от Златого Града, уже неплохо…

А вот Лёха задумался совсем о другом. Место, куда нечто звало Белочку. Он ведь наметил направление куда-то вглубь имперских земель. Что если?..

«Очень даже может быть, если там сидит Альфа, — на удивление серьёзно проговорила демоница. — Если он настолько старый и матёрый, как говорит эта тварь, его зов ведёт всех нас в людские земли».

«Зачем?» — задал резонный вопрос Стриж.

«Я бы на его месте очень хотела освободиться и сожрать тех, кто держал меня в клетке так долго».

«Логично».

Осталось понять как всё это отразится на их жизни? То, что император — демон, они уже знают. Новость, что где-то под его замком сидит ещё один, способный открыть путь в мир эльфов-завоевателей не особо меняет ситуацию. Уж кто-то, а Ариман меньше всех заинтересован в их возвращении. Был он плодом эксперимента, или кем-то вроде Стрижа, в итоге слившимся воедино с демоном — не так уж и важно. Возвращение Древних лишит его власти и, скорее всего, жизни.

Ни люди, ни пустотники в возобновлении связи с Златым Градом тоже не заинтересованы. Жаждать этого могут разве что эльфы, но если явить им Дану во всём великолепии, с дарами вроде амброзии и утраченных знаний, они будут поклоняться ей, как та же Ниэль. Может не все, но недовольных всегда можно устранить. В этом случае можно будет с уверенностью сказать, что ушастые вообще не узнают о возможности восстановить сообщение с миром предков.

По всему выходило, что эта «сенсация» по сути не значила практически ничего. Хотя…

«Белочка, а что ты хотела сделать, достигнув цели? Добравшись до источника зова».

«Раньше я бы подчинилась Альфе, — не задумываясь ответила та. — А теперь… Теперь я уже не совсем демон, но и не человек. Понятия не имею. Мне, пользуясь твоим лексиконом, плевать с высокой колокольни на Альфу и его проблемы. Своих хватает».

«А чего ты сама-то хочешь?» — с искренним любопытством поинтересовался Стриж.

Ответила Белочка после паузы.

«Жить. Охотиться. Питаться».

Подумав ещё немного, она добавила:

«Ещё интересно увидеть в какой невообразимой жопе ты всё-таки сдохнешь. Но со стороны».

«Мне и самому интересно», — хмыкнул Лёха, осмысляя этот странный разговор.

Зато Дарана одолевали другие мысли.

— Этот «навигатор», — глухим голосом спросил он, — может открывать путь в мир демонов, оставляя нас закрытыми для Златого Града?

— Да, — не задумываясь ответила Дану. — Но только в его родной мир, не во всю демоническую гроздь. Он сам, по сути, мостик в мир, который его породил.

— А в другие миры нашей грозди? — жадно подалась вперёд Миа. — Тот, в котором вы вербовали пустотников?

Стриж тоже посмотрел на Древнюю с интересом. Возможность вернуться домой, повидать сестру и друзей, манила. Пусть с чужим лицом, пусть не выдавая себя…

Увы, здравый рассудок напомнил, что без документов и правдоподобной истории легализоваться будет непросто. С учётом Белочки можно попытаться украсть чужую личность, но чем он будет кормить демона в мире без магии? И кто будет контролировать его на случай срыва, как у Ареса?

Стриж перевёл взгляд на Мию и вздохнул.

Она не пойдёт с ним. Ей нечего делать в примитивном прошлом и теми же сложностями легализации. И, в отличие от него, человеческую внешность Миа себе не сделает. Всё их приключение закончится на столе вивисектора какой-нибудь государственной или частной структуры. Да и у неё тоже хватало родных и друзей, которых она хотела бы увидеть.

Да и он тоже, положа руку на сердце, не отказался бы попасть в мир будущего. Межпланетные перелёты, удивительные колонии, высокие технологии. Там, пожалуй, они без труда затеряются среди множества «натурализованных» людей, чей облик преобразился согласно условиям новых миров обитания.

— Нет, — разбила его фантазии Дану. — Замкнув всю гроздь от проникновения из Златого Града, мы изолировали каждый мир. И снять блокировку получится лишь разом со всех путей.

— Но ведь мы как-то попали сюда! — горячо возразила Миа.

— Не телом, — покачала головой Древняя, — только душой.

Подумав, она изобразила руками сферу.

— Представь, что это — оболочка вашего мира. Плёнка, пронзить которую может лишь «навигатор». Место прокола затягивается, но если нанести на него «тенёта», они будут улавливать души, которые покинули тело с мощным выбросом энергии. Чтобы обеспечить его, мы наносили на тела будущих пустотников магические плетения.

— Что за тенёта? — не понял Лёха.

— Плетение. Что-то вроде паутины, улавливающей души. Сети, в которых души спят до тех пор, пока их не призовут в пустующее тело.

— Мы все погибли от мощных взрывов, — нетерпеливо вмешалась Миа. — Допустим, это и отправило наши души в ваши «тенёта». Но почему мы принадлежим разным временам? И ладно Алекс и наши примитивы, они родом с Земли. Но мы-то с других планет. Вряд ли вы сверхсветовыми бабочками порхали от одной солнечной системы к другой и наносили плетения на все пригодные для обитания миры.

Глаза Древней удивлённо распахнулись.

— Разные времена? Планеты? О чём ты говоришь?..

Нетерпеливо выдохнув, Миа принялась объяснять порядком ошалевшей эльфийке о развитии человечества, колонизации космоса и обстоятельствах, при которых она попала в этот мир.

Не желая мешать, Даран жестом отозвал Лёху в сторону и тихо проговорил:

— То, что Дану сказала о том, что «навигатор» может открывать путь в родной мир демонов. Ничего не напоминает?

— Клан Тигров, — понял к чему он клонит Стриж. — Думаешь, весь клан — потомки «навигатора»?

— Другого объяснения я найти не могу, — мрачно сказал Даран.

— И что это меняет? — посмотрел ему в глаза Лёха. — Не знаю уж как насчёт Аримана, но большинство из них, готов поспорить, не в курсе. Как Лаура. И ни в чём не виноваты.

Граф дёрнул щекой и нехотя кивнул.

— Они может и не виноваты, но вот его… — он поймал себя на попытке произнести привычный титул. — … Ариман точно понимает что происходит. И чем больше я об этом думаю, тем больше подозреваю, что разломы терзают нашу страну не случайно. У него в руках «навигатор», способный открывать и закрывать путь в мир демонов. Он сам и его люди способны делать нечто подобное. Не нависай над всеми нами угрозы нашествия армии демонов из разломов, была бы власть императора столь незыблема?

— Намекаешь, что он сам всё это и творит? — не особенно удивился Лёха.

— И хотел бы ошибиться, да не смею надеяться, — глухо ответил Даран.

Его состояние можно было понять. Фактически, рухнули идеалы, которым он служил. Верность императору, служба в Гвардии, где он оставил своё здоровье, — всё это было пустотой в золотой обёртке. Правитель, ради которого Даран мог без колебаний отдать жизнь, оказался заигравшейся в кукловода тварью из другого мира. Точно такой же, как те, что покалечили молодого гвардейца.

— Если мои подозрения подтвердятся, — сквозь зубы процедил Даран, — я сам его убью!