Творящийся в замке Змеев бардак напомнил Стрижу фильм про Гражданскую войну в России, с Высоцким в роли белого офицера. Такой же пир во время чумы: полное отсутствие дисциплины, пьянство, ссоры, интриги. Только вместо мундиров с золотыми погонами — чёрно-пурпурные одежды.

Глядя на всё это локальное светопреставление замковая стража тихо сатанела и начинала саботировать свои обязанности, когда дело касалось охраны гостей, целиком сосредоточившись на самом замке. И, к вящей радости Лёхи, первое, что сделали воины — убрали аркбаллисты со стен и двора, вернув в цейхгауз. Мол, людей нет, чтобы круглосуточно дежурство расчётов обеспечить. А собственную охрану, высокородные господа, извольте своими силами обеспечивать.

Парк тоже практически перестали патрулировать. Уход пограничников и воинов, потерявших командиров, действительно оказался серьёзным ударом для гарнизона, потерявшего множество бойцов во время сражения с крылатыми убийцами.

Так что с наступлением темноты жизнь продолжалась лишь вокруг шатров.

В самом замке стража тоже стояла не везде. Из-за нехватки людей даже пост у зала с артефактом перенесли к самому входу в башню, чтобы часовые попутно контролировали коридор, в котором дважды появлялся и исчезал неведомо куда демон. Количество часовых, правда, увеличили с трёх до шести человек, усилив арбалетами.

Пустотники взирали на всё это с мрачным удовлетворением. Разброд и шатание в стане врага облегчали побег группы. Нужно было лишь придумать отвлекающий манёвр, чтобы Змеям точно стало не до башни и улетающих в ночи крылатых силуэтов с грузом из пустышек.

И долго его искать не пришлось. Палаточный лагерь оставшихся Змеев — идеальная цель.

— Напомни, что нужно для твоей огнесмеси, — попросил Стриж, глядя на скопление шатров.

— Которой мы город и рудник подпалили? — уточнил репликант, обгладывая баранью ногу.

— А ты и другую изготовить сможешь? — удивился Лёха.

— Ага, — Арес хищно ухмыльнулся.

Но тут же погрустнел и со вздохом признался:

— Только вряд ли здесь будут необходимые комплектующие — не тот уровень технологий. Так что только самую простую, как в Серебряном Полозе, получится сделать.

— Ну, нам за глаза хватит, — утешил его Лёха, кивнув на шатры. — Там же ткань и дерево, полыхнёт в момент.

Репликант кивнул и прищурился, словно уже видел пожар и мечущиеся в огне фигуры.

— За сколько на башню по стене поднимешься? — спросил его Стриж.

— Если найдём верёвку и крюк, то за полминуты, — ответил Арес, прожевав мясо.

— Верёвка не понадобится.

Лёха коротко описал, как в своё время спускался по стене замка Кречетов, втыкая в щели между камнями отрощенные демоном шипы на запястьях.

Репликант немного подумал, глядя на башню и ответил:

— Минута. Но постараюсь быстрее.

— Отлично, — улыбнулся Стриж.

Со стороны лагеря донёсся звук оплеухи, перекрывшей даже людской гомон. Обернувшись, пустотники успели увидеть красивый полёт слуги, закончившийся под навесом у стражников. Жесткую посадку бедолаги сопровождала матерная рулада ударившего его Змея, в которой дивным образом сочетались пролитое на камзол вино и противоестественная половая связь кубка и родителей слуги.

Отведя душу, дворянин вернулся в шатёр, на ходу срывая испачканную одежду. Слуга, кое-как поднявшись, потрусил следом — отстирывать хозяйские вещи. Багровый след от оплеухи на его щеке сверкал не хуже сигнального маяка.

— Ну так вот. Взбираешься ночью наверх, предупредишь наших, чтобы были готовы. Затем возвращаешься. Подпаливаем лагерь с разных сторон, — принялся излагать план Стриж, наблюдая, как слуга выбегает обратно с испачканной одеждой господина. — Пока тут будет суматоха, ты опять поднимаешься по стене в башню, даёшь команду на эвакуацию. Сажаете спасённых в сеть и улетаете.

— А ты? — поинтересовался репликант, облизнув жирные от баранины пальцы.

Он и раньше ел с большим удовольствием, а с подселением в тело симбионта и вовсе перешёл на усиленное питание.

— Прикрываю ваш отход, — пояснил Стриж. Едва пустышки появятся по эту сторону портала — их могут учуять маги. Прослежу, чтобы у них осталось как можно меньше времени вглядываться в небо и высматривать там пустотников. Чем меньше Змеи увидят, тем лучше нам.

Арес кивнул.

— Затем выжду денёк-другой, — продолжил Лёха, — дождусь прибытия Тигров и нового главы клана. Вдруг повезёт его убрать? А если он окажется ещё и последним из выживших инициированных — представь только что начнётся. Это не просто грызня за места потеплее, а шанс стать новым главой клана. Сколько гадёнышей погибнет в Ритуале Истребления?

— Что за ритуал? — не понял Арес.

— Это когда кандидаты в лидеры убивают друг друга в бою, пока не останется только один. Выживший становится главой клана.

— Неплохой способ, — одобрил репликант, с сожалением разглядывая практически начисто очищенную от мяса кость. — Всяко лучше этих дурацких выборов, что так любят помойки. А Тигры тебе зачем?

О грядущем визите представителя императорского семейства буквально недавно сообщил гонец. Несмотря на то, что Змеи, в отличие от Кречетов, не лишились всех инициированных, Золотых Тигров крайне заинтересовала резня, устроенная неизвестными в артефактной броне.

Ну а Стрижа интересовали способы сбора информации имперских профи. Кто знает, вдруг они способны на нечто большее, чем банальный опрос свидетелей? Если уж Тигры выйдут на след пустотников, Лёха хотел узнать об этом первым. Может тот же принц Брэнд и не создавал впечатление опытного сыскаря, но запросто мог привести с собой такого.

— Хочу быть в курсе их расследования произошедшего, — ответил Стриж, погладив украденный у спящего воина арбалет.

Колчан с болтами он тоже прихватил, но сомневался, что если дело дойдёт до стрельбы, то сможет сделать больше одного выстрела. Перезаряжать его слишком долго, за это время стрелка успеют обнаружить и окружить.

— Принял, — лаконично отозвался Арес.

И швырнул дочиста обглоданную кость в кусты.

Остаток дня напарники провели, добывая компоненты для зажигательных бомб и выбирая цели.

Умение репликанта мастерить смертоносные поделки копро-дендральным методом вызывали искреннее восхищение. Несколько пустых глиняных бутылей, подобранных у шатров, раздобытое в кладовой фонарное масло, старый мешок и брусок мыла путём нехитрых манипуляций превратились в жуткую горючую смесь, практически не поддающуюся тушению.

— Алюминиевой пыли бы, — вздохнул Арес, тщательно размешивая всё в однородную массу.

— Увы, его тут даже не открыли, — отозвался Лёха. — Алюминий этот.

И, брезгливо морща нос от вони, зачерпнул ковшиком смесь, чтобы залить в бутылку.

Диверсанты сидели в парке, спрятавшись в кустарнике. Больше по привычке, чем по надобности — патрулей больше не было, а из оставшихся гостей в парк никто не совался даже днём. Никому не хотелось нарваться на убийцу, или неуловимого демона.

Действовать начали, как обычно, под утро. Самое тёмное время суток, когда ночь уже на исходе, но рассвет не вступает в свои права.

— Удачи, командир, — пожелал Лёхе репликант, прежде чем уйти на свою позицию.

Короткая, но неожиданно приятная фраза.

Но эмоции потом. Сейчас — дело.

Стриж подпалил фитиль и примерился, глядя на цель. Шатры они выбирали те, в которых господа спали одни, выгоняя слуг под навес, к остальным простолюдинам. Лишних жертв хотелось избежать.

Бутылка с горящим фитилем, прочертив в воздухе дымный след, упала точно в нужное место. Хрустнула разбитая керамика и пламя жадно накинулось на добычу. Шатёр вспыхнул, словно спичка, превратившись в костёр за считанные секунды.

Лёха перебежал на другое место и метнул вторую бомбу. С другой стороны уже весело полыхали подожжёные репликантом шатры.

— Пожар! — заорал кто-то под навесом.

Крик подхватило множество глоток и замковый двор очередной раз за прошедшие дни превратился в растревоженный муравейник.

Стриж швырнул оставшуюся бутылку и отбежал в темноту парка, пожалев, что рядом нет Робина. Магия воздуха сейчас пришлась бы кстати, раздув пожар как следует.

Из пылающего шатра вывалилась объятая пламенем фигура и с воем покатилась по земле. К ней тут же кинулись, принялись сбивать огонь плащами и одеялами, но поздно. Горящий заживо издал последний, нечеловеческий крик боли и замер. Крепкий сон, помешавший вовремя отреагировать на пожар, теперь стал вечным.

Суматоха между тем возрастала.

По двору метались полуодетые люди, сталкиваясь друг с другом, требуя воды, багров, лопат, или просто вопя от ужаса. Дремучий, первобытный страх перед огненной стихией вызывал панику и лишь немногим удалось сохранить рассудок и хладнокровие.

— Найдите Федрика! — дурниной орал дебелый мужик в исподнем. — Быстрее, болваны! Мастера земли есть?

— Барон Ильфер погиб в резне, но его сын кажется ещё не уехал, — отозвался мужик с сединой в чёрных волосах.

— Я здесь! — раздался тонкий юношеский голос.

— Заваливай огонь землёй! — рявкнул мужик в исподнем. — Где демоны носят Федерика?!

От мысли, что сейчас огонь попросту похоронят под слоем земли, Лёха аж вспотел. Но, к счастью, маг земли был не только молод, но и неопытен. Повинуясь его воле земля рядом с одной из палаток пришла в движение, поднялась в воздух и осыпалась в огонь. Вот только мальцу не хватило то ли сил, то ли умения, и полностью затушить пламя он не сумел. Удалось это только с третьего раза и, судя по виду, силёнок на второй такой подвиг сопляку вряд ли хватит.

Но всё же постепенно хаос первых минут начал превращаться в нечто упорядоченное. Руганью, оплеухами, пинками маги и простые воины приводили в чувство паникёров и отправляли на борьбу с огнём. Люди выстраивались в цепочки к колодцу, передавая друг другу вёдра, алебардами растаскивали горящие каркасы, некоторые похватали лопаты и спешно рыли землю на клумбах, наполняя мешки, чтобы засыпать огонь.

Несколько раз пламя пытались накрыть чем-то, напоминающим световую сеть, но результата это не возымело. Оставалось только радоваться тому, что клановая техника Змей тут оказалась бесполезна, а магия воды и льда не пользовалась большой популярностью среди знати. С демонами проще справиться старым-добрым огнём, а не купать его в водичке или, что ещё глупее, пытаться заморозить.

Лёха наблюдал за происходящим, нервно поглядывая на башню, и пропустил момент, когда появился некто толковый. Вероятно, тот самый Федрик, которого так громогласно требовали разыскать.

Один из полыхающих шатров накрыл едва заметный мерцающий купол. Пламя, только что победно ревевшее и требующее новых жертв, резко стихло и стало затухать.

«Вот же сука, — зло подумал Стриж. — Кислород перекрыл!»

Едва огонь, лишённый доступа к воздуху, погас, купол исчез чтобы тут же появиться над другим очагом возгорания. При виде этого стражники и слуги, воспрянув духом, удвоили усилия и стало ясно, что с огнём теперь справятся очень быстро.

— Федрик! Федрик! — радостно восклицали слуги, но где этот самый мерзавец Лёха понять не мог.

«Да что ж вы возитесь-то?» — мысленно возопил он в адрес друзей.

Словно услышав его беззвучный крик, в окне башни появился едва различимый на фоне тёмного неба крылатый силуэт. Пустотники покидали негостеприимный замок Змей, унося спасённых собратьев.

Неожиданно все Змеи, почуяв непривязанных пустышек, как по команде уставились на башню, силясь что-то рассмотреть в темноте. К счастью, пожар сейчас только мешал, превращая ночь за пределами освещённых участков в совершенно непроглядную.

Один из магов вскинул руку, точно таким жестом, каким когда-то Гарм осветил атакованный демонами лагерь. Действительно ли этот Змей хотел сотворить заклинание, или просто приставить ладонь козырьком ко лбу, — Лёхё было плевать. Потенциальную опасность требовалось устранить. И быстро.

Вскинув арбалет, пустотник прицелился и нажал спуск.

Будь у него в руках привычный огнестрел, Змей получил бы пулю точно в голову. Но арбалет Лёха не успел освоить настолько, чтобы поражать цель навскидку точно в яблочко. Болт прошёл впритирку над макушкой мага и воткнулся во вскинутую руку.

Змей заорал от боли и удивления, глядя на торчащее из предплечья оперение. А вот его родич оказался на диво проворным и тут же запустил световой шар в ту сторону, откуда прилетел болт.

Едва Стриж рефлекторно упал на землю, как боевое заклинание с гулом промчалось мимо и врезалось в древесный ствол. Его обдало жаром, в шею воткнулась острая щепка, а по спине забарабанили обломки веток. Выматерившись, он пополз прочь, слыша, как Змеи собирают облаву.

— Да и хер с вами, скотами, — пропыхтел Лёха, вскакивая на ноги и припуская прочь. — Ловите конский топот, ур-роды мамины.

Здесь, в ночном парке, преимущество было на его стороне благодаря возможностям эльфийского тела. Пусть ловят, главное — Стриж отвлёк Змеев от своих друзей, уже разорвавших расстояние достаточно, чтобы маги больше не чувствовали свободных пустотников.

Уйти от погони не стоило большого труда, а умение менять лица позволило без особых проблем проскользнуть мимо оцепления под видом одного из участников облавы.

Оставалось лишь выждать пока суета уляжется и с чистой совестью отправиться отсыпаться под родной уже личиной барона Фанка.

При мысли о том, что друзьям удалось благополучно уйти, Лёха испытывал неимоверное облегчение, так что спал он долго и сладко, компенсируя несколько суток недосыпа и нервного напряжения.

В принципе, ничего полезней он сейчас делать и не мог. Бегать и вырезать зазевавшихся Змеев затея скорее вредная, чем полезная. Чем больше потенциальных «убийц» сейчас в замке, тем меньше доверия остаётся внутри клана.

Да и как бы продолжающиеся беспорядки не отсрочили высокий визит Золотых Тигров. Лучше уж денёк-другой всё будет относительно спокойно, чтобы все подуспокоились, а заодно и императорские гвардейцы не слишком бдели. Хотя, на фоне всего происходящего, они отрастят глаза на затылках чтобы не допустить даже тени угрозы своему подопечному.

Но ни принцы, ни принцессы, ни прочие высокородные Тигры Лёху не интересовали. Волновал его следак, которого те обязательно притащат с собой. И то, что он может выяснить.

Прибыла высокая делегация к вечеру следующего дня, причём в поразительно малом составе. Стриж ожидал кавалькаду под сотню всадников, сверкающую в лучах солнца элитной бронёй с золотой и серебряной инкрустацией. Примерно так, только меньшим числом охраны, прибыл когда-то в земли Кречетов принц Брэнд. Но там и не происходила череда загадочных убийств, да и появлений демонов прямо в замке не наблюдалось.

Каково же было всеобщее удивление, когда в ворота въехала группа из дюжины всадников на самых обыкновенных лошадях, без шитых золотом попон и драгоценных уздечек. Зато перед каждым Тигром сидело по пустышке, судя по длинным косам — чистокровным.

А ещё все они были облачены в броню Древних. Невиданная роскошь по местным меркам. Даже в свите принца Брэнда Лёха не мог припомнить охрану с такой экипировкой. Присмотревшись, он заметил, что и оружие у Тигров тоже из разграбленных эльфийских арсеналов.

А ещё Белочка подсказывала, что каждый из всадников — маг. Причём очень, очень аппетитный.

Возглавлял эту живописную компанию рыжеволосый красавец, имевший явное фамильное сходство с принцем Брэндом. Остановив коня, он с высокомерием, граничащим с презрением, осмотрел ошарашенно смотревших на него людей.

А те, словно очнувшись, дружно повалились на колени.

— Император… — едва слышно выдохнул кто-то рядом с Лёхой и тот, удивлённо моргнув, тоже поспешил последовать всеобщему примеру и преклонил колено.