К счастью Стрижа, воины Змеев потратили бесценные секунды, выбирая между приказом командира и погоней за опасной тварью. Но, как и их коллеги в Серебряном Полозе, они поставили жизни людей, которых может убить демон, выше страха перед нахлобучкой от командира.

Лишь эта заминка, да жажда жизни помогли Стрижу оторваться от погони. Но всё равно, дверь в комнату он закрыл тогда, когда наконечник алебарды бегущего впереди воина уже блеснул на лестничной площадке.

Белочка начала обратную трансформацию без приказа, прекрасно осознавая опасность.

Поняв, что потеряли тварь и виду, стражники без церемоний принялись обыскивать гостевые комнаты.

Время трансформации тянулось ужасающе медленно. Стиснув зубы от боли, Стриж прислушивался к доносящимся командам, звону оружия и топоту. А шаги обыскивающих гостевые покои стражников и хлопки дверей звучали всё ближе и ближе.

Когда трансформация завершилась, пустотник едва не заорал от радости.

Одеться уже не успел — мощный пинок распахнул створку в тот момент, когда он вскочил на ноги.

— Ваша милость? — в голосе воина смешалось подозрение с удивлением.

— Что случилось? — грубо отозвался Стриж в облике барона Фанка, стараясь не смотреть на нацеленную ему в живот глефу. — Только прилёг…

Воин посмотрел на помятую постель, сложенную одежду и чуть опустил оружие.

— Демон в замке, — коротко отозвался он.

Стриж с чувством запустил подхваченную у Дарана матерную руладу и принялся торопливо одеваться.

Присоединившись к троице только что едва не убивших его стражников, он вместе с ними методично обыскивал комнату за комнатой. Охватившее напряжение потихоньку отпускало и теперь он изо всех сил старался не улыбаться от комичности ситуации. Точно как в старом мультике про зайца и охотников.

«Вы зайца не видали?» — тут же хихикнула Белочка, появляясь рядом.

На её голове задорно торчали заячьи ушки, только не как у мультяшного персонажа, а как у знаменитых моделей журнала «Плейбой». Остальная одежда соответствовала этому образу.

«Хвостик пупочкой?» — продолжала она, демонстрируя этот самый хвостик над аппетитной попкой.

«Сгинь, засранка!», — зашипел на неё Стриж, с трудом удерживая нервный, почти истерический, хохот.

Белочка подмигнула, послала воздушный поцелуй и скрылась.

На обыск замка ушло добрых полтора часа. Кивилис поднял на ноги всех воинов и дворян. В этот раз не ворчал никто. Распри и интриги ушли на второй план — главным было найти опасную тварь и понять, как она попала в замок.

Но демона и след простыл.

Когда Кивилис наконец объявил отбой, и без того усталые воины едва не падали с ног.

Сам командир пограничников, казалось, не знал усталости. Приказав наладить патрулирование внутри замка, он лично пошёл проверять посты на стенах.

Лёха потёр глаза. Очень хотелось спать и есть, но если с едой проблем не было, то отдых откладывался на неопределённой срок.

А сейчас нужно найти Ареса. По идее, он должен быть где-то тут, среди закончивших обыскивать замок воинов.

Стриж завертел головой, оглядывая двор в поисках репликанта.

Искать долго не пришлось — тот стоял у того самого бокового входа замок, куда они заводили своих жертв. Увидев командира, Арес подошёл и тихо, так, чтобы слышал только Стриж, доложил:

— Задание выполнено. Продовольствие доставлено, информацию передал, из башни вышел не обнаруженным.

— Отлично, — улыбнулся Лёха. — И завязывай с уставщиной. Мы ж не на плацу.

Репликант секунду смотрел на него, словно взвешивая все «за» и «против», а потом кивнул:

— Хорошо.

— Как у наших дела? — задав вопрос Стриж осознал, что сейчас многое бы отдал чтобы попасть в холодную высокогорную крепость и как следует отоспаться у живого огня, прижимаясь к тёплому боку Мии.

— Всё под контролем, — сухо ответил Арес. — Я перелил энергию в одну из эгид, как ты учил. Воду и дрова добудут без проблем. Но Имп снова голоден.

— Имп? — не понял Лёха.

— Имплант, — пояснил репликант. — Так я назвал своего симбионта. Сокращённо — Имп.

— Любопытно… А как Имп выглядит?

— Как репликант, — буднично отозвался Арес.

До сих пор Стриж полагал, что отделившийся от Белочки демон был полным её клоном, со всеми привычками и закидонами. Но выходило, что симбионт приспосабливался к конкретному носителю, впитывая близкие и понятные ему образы.

— А ведёт он себя как? — желая тут же проверить предположение спросил Лёха.

— Дисциплинированно, — коротко ответил репликант.

— Это радует, — искренне отозвался Стриж. — Пошли, перекусим сами и обсудим, что дальше делать.

Это предложение репликант принял с энтузиазмом.

Раздобыть еду проблем не составило. Стриж просто поймал первого попавшегося замкового слугу, — опознать местную челядь было просто по маленькой трёхзубой короне поверх кланового герба, — и приказал принести обед на двоих в ту самую беседку, где собиралась покойная ныне компания барона Фанка и его несостоявшихся союзников.

Слуга молча поклонился и помчался выполнять распоряжение. Вид у него был порядком одурелый. И не мудрено — праздник, превратившийся в кровавое побоище, гибель всей верхушки клана и в довесок ещё и скачущий по замку демон, непонятно куда сгинувший. Ну и толпа гостей хоть и проредилась изрядно стараниями неизвестных напавших, но никуда не делась. От такого кто угодно одуреет, не то что мирный работник сферы обслуживания.

Во дворе между тем становилось всё тише и тише. Вымотанные событиями последних суток воины наслаждались драгоценным отдыхом, пока их господа в укромных уголках плели интриги в компании союзников.

Расположившись в беседке, пустотники некоторое время молча воздавали должное искусству поваров. Лишь утолив первый голод, перешли к делам.

— Походим, посмотрим, погреем уши, — тихо говорил Лёха. — Попутно побольше разузнаем про этого Кивилиса.

— Зачем? — прекратив жевать, уточнил Арес.

— Надо его убрать, — пояснил Стриж.

Проходящий патруль стражи заставил его замолчать. Воины Змеев прошли мимо, лишь старший скользнул по пустотникам равнодушным взглядом. Подобных компаний, тихо обсуждающих планы, сегодня было полно в замковом парке.

— Но лучше убрать его так, — продолжил Лёха, когда патруль уже точно не мог ничего услышать, — чтобы это кубло ещё сильнее начало грызть друг друга. Вот походим, послушаем, кому Кивилис тут ноги оттоптал, а кто на его стороне.

Арес кивнул, соглашаясь, и с удвоенной энергией вгрызся в в баранью лопатку.

Отложив обглоданную кость, репликант тщательно вытер губы салфеткой и поинтересовался:

— Как этот Кивилис вообще оказался в замке? Если я верно понял местное общество, то на празднике должны присутствовать только члены клана.

— Да в усиление привлекли, — предположил очевидное Стриж, подбросив на ладони выданную к обеду бутылку вина.

Точно такой же портвейн церковников очень нахваливала Райна во время рейда в «Головешку». Надо будет приберечь бутылку, если понадобится пообщаться с кем-то из простолюдинов. Под хорошее вино собеседник куда более разговорчив и откровенен.

— Этот старый скот Гарм, — продолжил Лёха, — сам видишь, сколько своих вояк сюда нагнал. Вот, видать, с границы толкового офицера и сдёрнул, на наши головы.

— А почему тогда ему отказываются подчиняться лейтенанты? — заинтересовался Арес.

Вспомнив, что репликант слабо знаком с устройством местного общества, Лёха задумался, как бы донести ему информацию понятными терминами.

— Потому, что считают себя выше по рождению, — наконец нашёлся он.

На лице Ареса появилось выражение брезгливости.

— Почему людям так нужно ставить кого-то ниже себя? — задал он риторический вопрос.

— Если бы я знал, — вздохнул Стриж.

Обед доедали в молчании.

Позволив себе отдохнуть немного после еды, пустотники продолжили разведку.

В этот раз решили действовать немного иначе. Незачем светить повсюду приметные лица убитых знатных Змеев. Потому, немного посовещавшись, потратили часть энергии демонов на изменение внешности, сделав себе лица, похожие на воинов, ушедших спать. Но именно похожие, чтобы сослуживцы отдыхающих не начали задавать неудобные вопросы.

Но простые воины в дорогих одеждах и ботфортах вызовут даже больше вопросов, чем праздно ошивающиеся возле простолюдинов аристократы. Пришлось наведаться в прачечную, где отстирывали и сортировали снятое с убитых ночью.

Ранее Лёха о таком лишь читал, самому видеть не доводилось. В его время форма и обувь не были настолько ценным ресурсом, чтобы донашивать за мертвецами. Здесь же, в мире, только делающем первые шаги в промышленную революцию, ценность представляла каждая тряпка.

Вот и трудились прачки, старательно остирывая кровь и нечистоты с одежд покойников. Что-то из этого пойдёт на тряпки или лоскуты для ремонта, а что-то высохнет и найдёт новых владельцев.

Пустотникам удалось незаметно стянуть пару нижних рубах и форменных штанов, а у сапожников, занятых таким же скорбным трудом, как и прачки, утащить форменную обувь.

Переодевшись, спрятали вещи дворян в наскоро оборудованном схроне в саду и отправились на разведку.

Как и рассчитывали, на пару отдыхающих солдат никто не обращал особого внимания.

— Смотри, — тихо шепнул Арес, взглядом показывая направление.

Повернувшись, Лёха увидел Бюсси. Тот вручал почтительно согнувшемуся слуге какую-то бумажку. Именно слуге — плечистый, плутоватого вида парень был одет в ливрею с личным гербом Бюсси, а не воинский мундир.

Видимо, доверенное лицо, раз через него передают какие-то записки. Хотя, может, это просто список продуктов для повара, или что-то подобное.

Не сговариваясь, пустотники осторожно последовали за слугой. Тот целеустремлённо шагал через парк к небольшому шатру, где передал записку своему коллеге, тут же нырнувшему под полог.

Слуга Бюсси остался ждать снаружи.

Значит, всё-таки доверенное лицо господина.

«Труффальдино из Бергамо на минималках», — тут же отреагировала Белочка.

«Труффальдино был слугой двух господ», — напомнил Стриж.

«Потому и на минималках, что одному служит», — пояснил демон.

Лёха лишь улыбнулся. Всё же, надо признать, порой его «квартирант» своими шутками мог поднять настроение.

Судя по тому, как скоро слуга Бюсси поспешил обратно, с ответом в кармане, его господин вёл с кем-то оживлённые переговоры. Осталось придумать, что делать с этой информацией.

Проследив, как слуга отдаёт записку адресату, пустотники занялись сбором информации о Кивилисе. Будучи знатоком казарменной жизни, Лёха не стал ради этого подслушивать разговоры дворян. Зачем, когда есть «солдатский телеграф» — самая точная и проверенная временем информационная сеть.

Главное, уметь правильно ею пользоваться. А этим искусством Стриж овладел ещё в курсантские годы.

— Ищем людей Кивилиса, — тихо скомандовал он репликанту.

Искать пограничников долго не пришлось — они компактно расположились у стены, вокруг скромного шатра своего командира, больше похожего на обычную солдатскую палатку. У приехавших Змеев походные жилища были куда богаче и ярче раскрашены, даже у таких мелких сошек, как Бюсси. Но Кивилис, видимо, чурался бессмысленной роскоши.

К пограничникам прибились выжившие замковые стражники и воины, потерявшие командиров, вместе образуя внушительную силу.

Лёха заприметил придремавшего в сторонке седоусого вояку. Ветеран, сев на скамью у стены, тихо похрапывал, утомившись за ночь.

Пустотники сели на противоположный от него край. Пограничник вскинулся, подозрительно глядя на непрошенных гостей.

— Извини, отец, разбудили, — повинился Стриж.

— Демон рогатый твой папаша, паршивец, — грозно встопорщил усы вояка, недовольный побудкой. — Чё припёрлись? Места мало?

— Экий ты грозный, старшой, — вздохнул Лёха. — Всё, не горячись, уходим, коль так мешаем. Винца испить хотели.

И встал, словно нечаянно показав торчащее из кармана горлышко. Пограничник, узрев печать на сургучной пробке, невольно сглотнул.

— Спрашивать сначало надо, — уже куда миролюбивее буркнул он.

— Так будить не хотели, — развёл руками Лёха, а репликант за его плечом закивал. — Ты это, старшой, не серчай. Может, с нами выпьешь? Мировую?

Пограничник на миг задумался, а потом с деланной неохотой кивнул:

— Ну, давай, мировую можно.

— Это мы враз, — обрадовался Лёха.

Отточенным ещё в курсантские годы движением лихо, о каблук, он выбил пробку и в воздухе разлился аромат хорошего вина.

— Не побрезгуй, старшой, — сказал Стриж, протягивая бутылку воину.

Тот с достоинством кивнул и, взяв портвейн, сделал маленький глоток.

— А хорош, — крякнул он, разглаживая усы. — Хоть церковники и говнюки первостатейные, но в выпивке толк знают. Откуда такая приятность?

— Да слуга пока ворон считал, я и не дал пропасть хорошей выпивке. А то ж уронит, разобьёт, оплеух получит, — улыбнулся Лёха, принимая бутылку.

Приложившись к горлышку, он сделал вид, что пьёт и передал эстафету Аресу. На то, чтобы поднести к посудину к губам и не поморщится, у репликанта, наверное, ушёл весь его актёрский талант. Запах алкоголя, даже такого слабого, как вино, он не переносил.

— А чьих будете? — лениво полюбопытствовал ветеран, когда бутылка вернулась к нему.

— Да барон Фанк нас с собой взял, — со вздохом признался Лёха. — Так что вроде как его. А так городская стража мы. А ты, старщой, стало быть, пограничник? — торопливо перевёл он тему, пока ветеран не начал задавать ненужных вопросов. О себе, люди, как правило, говорят куда охотнее, так что лучше пусть он отвечает. Главное, теперь самому не задать ненужного вопроса, что разрушит возникшее у собутыльника доверие.

— Ну дык, — с гордостью ответил тот. — Он и есть.

— У капитана Кивилиса служишь? — с уважением спросил Стриж.

— У него самого, — закивал пограничник. — Тебя звать-то как?

— Меркуцио, — ляпнул первое попавшееся имя Стриж.

Имя шекспировскго персонажа пришло ему на ум потому, что он играл эту роль в школьном спектакле.

— А это Тибальд, — представил он Ареса, решив, что раз уж по классике, значит, так и надо продолжать.

— А я Вольф, — представился седоусый. — Сержант пограничной стражи.

Выпили за знакомство. Беседа потекла неспешно, в нужном лёхе направлении. Ветеран охотно рассказывал о нелёгкой службе на границах клана — стычках с демонами, охотой на разбойников, контрабандистов и прочую двуногую нечисть, «людьми» называющуюся лишь по недоразумению. Кивилису на похвалы он не скупился. Служа под командой капитана уже четвёртый год, ветеран о нём не мог сказать ничего плохого. Зато рассказал немало интересного.

Как оказалось, Кивилис был из небольшого клана Лесных Котов, находящегося где-то на отшибе, чуть ли не у границ Диких земель. Младший сын из младшей ветви родственников, капитан из наследства получал лишь батюшкино благословение да от мёртвого осла уши, потому с юности промышлял солдатчиной, создав себе солидную репутацию. Настолько, что покойный граф Гарм лично пригласил Кивилиса на службу. Сначала командиром заставы, а потом и вовсе поставив над всей южной границей клана. Наплевав на возмущение родни, норовящей пристроить на такое лакомое место своих отпрысков.

Но граф был непреклонен, прекрасно понимая, чем на самом деле будут заниматься родственнички, получив ключ от границы. Кивилис же мзды не брал принципиально. И другим не давал. Одному из десятников, пойманному на взятке, капитан лично залил в глотку расплавленные монеты, чтобы тот наелся серебром досыта.

Когда бутылка опустела, собеседник расстались практически друзьями. Даже Арес, отойдя, сказал:

— Хоть и помойка Вольф, а хороший солдат. Даже будет жаль, если придётся его убить.

— Его — не знаю, а вот Кивилиса придётся убирать, — задумчиво отозвался Лёха.

Делать этого не хотелось, но другого выхода он не видел. Капитан оказался тем стержнем, вокруг которого собирался каркас обороны замка. Без него сержанты и десятники, сколь бы толковы они не были, ничего сделать не смогут, начав действовать каждый по своему разумению. А больше у Змеев здесь умелых командиров нет.

Словно подтверждая его выводы, мимо, пошатываясь и опёршись друг на друга, пробрела парочка высокородных Змеев. Этим явно было плевать и на оборону замка, и на открывшиеся в клане вакансии — открытый винный погреб пересилил всё.

— Значит так, — Леха посмотрел на заходящее солнце. — Сейчас отдыхаем. Утром следим за Бюсси.

— Почему за ним? — уточнил Арес.

— Выберем момент, чтобы подставить его, как убийцу капитана, — ответил Лёха.