Он теперь внимательно её разглядывал. Кто-то передал ему информацию, и он мог догадаться, кто это сделал.

«Так и было», — сказал Макс. «Последние десять лет службы».

«Итак, вы ушли в отставку из ВВС», — сказала она.

«Да, мэм».

На мгновение повисла тишина, пока Сонни её не нарушил: «Ты управляешь машиной шерифа Ламара».

«Вы не слышали?» — спросила она. «Комиссия округа отстранила его от должности».

«За что?» — спросил Сонни.

«Финансовые нарушения», — сказала она. «Это всё, что мне известно. Он находится под следствием полиции штата».

«А как же младший шериф?» — спросил Сонни.

«На эту должность не было никого с тех пор, как Виктор ушёл на пенсию прошлым летом. Поэтому меня временно перевели на должность шерифа».

«Шериф Рэйвен», — сказал Сонни. «Звучит неплохо. Значит ли это, что я должен быть с вами любезен?»

Наконец она улыбнулась: «Ты всегда должен быть со мной добр, Сонни».

«Что привело тебя так рано?» — спросил Сонни.

Она с шумом выдохнула, словно собиралась возненавидеть то, что сейчас скажет. «Я хотела лично выразить вам свои искренние соболезнования в связи со смертью Ленни. Мне очень жаль».

«Спасибо, Сейдж».

«Я слышала, вы вчера перевезли Ленни обратно в Буффало», — сказала она.

«Поэтому я хотел зайти и увидеть тебя».

«Это была частичная ложь», — подумал Макс.

Макс спросил: «Как поживает шериф округа Суитуотер Кит Карсон?»

Временно исполняющая обязанности шерифа слегка покраснела, и её полуулыбка приподняла скулы. У неё была приятная улыбка, решил Макс.

«Шериф действительно звонил мне вчера вечером, — призналась она. — Он хотел сообщить, что они расследуют смерть Ленни как убийство. Он хотел убедиться, что может рассчитывать на мою информацию».

Макс не выдержал. Он сказал: «Рад видеть, что он наконец-то приходит в себя».

Тёмные глаза шерифа пронзили Макса. «Он действительно тебя упомянул».

«Как же так?» — спросил Макс.

«Я сказал, что ты будешь мне занозой в заднице».

Макс улыбнулся, но воздержался от комментариев.

«Ты собирался что-то сказать», — сказала она.

«Во времена моей службы в армии я бы так и сделал, — сказал Макс. — Но это было до того, как я стал офицером и джентльменом».

«Верно». Она поправила ремень на своих тонких бёдрах. «Шериф упомянул, что вы убедили его расследовать смерть Ленни как убийство».

«Если вы дадите такому человеку, как Карсон, достаточно неопровержимых доказательств, у него не останется другого выбора, — сказал Макс. — Некоторым людям требуется больше убедительности, чем другим. Какова истинная причина вашего визита?»

Макс подумал, что он зашёл слишком далеко и слишком поспешно. Она отступила на шаг и едва заметно покачала головой.

«Надеюсь, я тебя не оскорбил», — сказал Макс. «Я не хотел этого. Но, похоже, моя сестра считает, что я иногда не могу сдержаться. Она считает, что это, возможно, недостаток моего характера. Я говорю ей, что это моя прежняя армейская чуткость, позволяющая сразу переходить к делу без лишней ерунды. Надеюсь, ты понимаешь».

Она попыталась сдержать улыбку, но провалила задание. «Понимаю, мистер Макс Кейн. Хотя большая часть вашего послужного списка засекречена крепче, чем вагина девственницы, я узнала, что у вас было много наград. Серебряная звезда и как минимум пара Пурпурных сердец».

«Ты забыл две бронзовые звезды за доблесть и еще одно пурпурное сердце»,

Макс сказал.

«Извините», — сказала она. «Как я уже сказала, информацию о вашей службе найти сложно».

«Все это есть на моем DD-214», — сказал Макс.

«Я не смогла этого найти», — сказала она.

«Повтори ещё раз», — сказал Макс. «Зачем ты на самом деле здесь?»

«Я хотел поговорить с Сонни о его брате», — сказал шериф.

«Округ Джонсон не такой уж большой. Я знаю и Сонни, и Ленни с тех пор, как они переехали сюда из Невады».

Сонни заполнил пробелы: «Она приезжала сюда кататься, когда была ребёнком. Мы возили детей на конные прогулки по тропам в горы Бигхорнс».

«После того как я покинул лагерь, я был немного проблемным ребёнком», — сказал шериф.

«Сонни научил меня уважать лошадей и себя. Я исправился и пошёл в армию, что ещё больше меня исправило».

«Я не так уж много сделал», — сказал Сонни.

«Ты спас мне жизнь», — сказала она и немного поперхнулась.

Сонни протянул руку и коснулся ее руки.

Шериф пришел в себя и сказал: «Пожалуйста, дайте мне знать, когда вы планируете организовать похороны или поминальную церемонию по Ленни».

«Хорошо», — сказал Сонни. «Я работаю над этим сегодня».

Она повернулась к Максу и сказала: «Шериф округа Суитуотер велел мне следить за тобой. Он сказал, что ты вряд ли будешь в стороне от его расследования. Он прав?»

«Пока он выполняет свою работу, я просто буду тусоваться здесь с Сонни».

Она снова склонила голову набок. «Что-то я не уверена, что тебе стоит верить. Я работала с несколькими агентами OSI, и они не любили уступать кому-либо дорогу».

«Вы работали в уголовном розыске?»

«Нет. Военная полиция. Тридцать один Б. Мне предложили Тридцать один Д.

Перед самым освобождением старый шериф предложил мне работу.

Сонни сказал: «Это было два шерифа назад».

«Молодец», — сказал Макс. «А теперь ты шериф».

«Временно исполняющий обязанности шерифа».

«Холден Ламар, возможно, вернётся», — сказал Сонни. «Этот человек — как таракан».

«Без комментариев», — сказал шериф.

Это было все, что Максу нужно было знать.

После долгой паузы она сказала: «Мне пора идти. Вы двое, берегите себя».

«Спасибо, что зашли», — сказал Сонни.

Они наблюдали, как симпатичная шериф вернулась к своей машине и села в нее.

Макс сказал: «Скажи мне, что ты пытаешься заполучить что-то из этого».

Сонни покачал головой. «Она мне как младшая сестра».

«У нее есть парень?» — спросил Макс.

«Я никогда не слышал, чтобы она с кем-то встречалась. Но я её и не преследую».

«Она шошонка?»

«Нет. Арапахо. Из резервации Уинд-Ривер. Её отец был индейцем, а мать — белой. Когда её родители погибли в пожаре, Сейдж отправили к тёте и дяде сюда, в Буффало. Это была ужасная ситуация. Ей было тринадцать, и она была бунтаркой. Мы сделали всё, что могли».

«Стойкость человеческого духа», — сказал Макс.

«И это тоже», — сказал Сонни. «Её тётя и дядя были очень религиозными.

В конце концов это передалось и Сейджу».

«Нам нужно что-нибудь поесть и приняться за работу», — сказал Макс.

«Я согласен».

OceanofPDF.com

13

Робин провела раннее утро, изучая земельное право. Когда она пришла на работу, ей удалось поговорить с коллегой в её офисе в Солт-Лейк-Сити, и она получила быстрый урок о том, как следует изучать старые земельные документы американского Запада. На Востоке никому не приходилось беспокоиться о тех же правах, что и на Западе, особенно в высокогорных пустынях или в районе Большого Бассейна.

Например, можно купить участок земли в Неваде менее чем за 100 тысяч. Но если к земле прилагаются права на водопользование, цена увеличится вдвое или втрое. То же самое может произойти и с правами на добычу полезных ископаемых, нефти и газа. Покупатели должны знать обо всём этом, сказала её подруга.

После ее консультации документы, предоставленные ее братом, приобрели гораздо больше смысла.

Она заказала пару пончиков, кофе и сок в баре отеля. Поэтому к обеду она была очень голодна.

Карл Миллер позвонил ей как раз в тот момент, когда она собиралась выйти из отеля, чтобы пообедать. Он спросил, не согласится ли она перекусить с ним. Как она могла отказаться?

Он подобрал ее на парковке, и они поехали в небольшой ресторан на утесе с видом на Грин-Ривер.

И вот они сидели у окна с прекрасным видом. Внизу рыбак изо всех сил пытался поймать рыбу, а белоголовый орлан делал это занятие лёгким.

«Ты в порядке?» — спросил ее Карл.

«Да», — сказала она. «Я почти не спала прошлой ночью».

«Без утешающего влияния твоего брата?» Карл широко ухмыльнулся.

«Может быть, без храпа моего брата», — сказала она. «Нет. Я думала о Ленни и его исследованиях земель в округе Джонсон».

«Что скажете?»

«Вы встречались с ним в здании суда в Буффало, верно?»

«Да, я это сделал. А почему?»

«Я не мог вспомнить, почему ты сказал, что ты там был».

Карл долго колебался, пытаясь сформулировать свои слова, но Робину это показалось слишком длинным. Он сказал: «Я много изучаю информацию в окружных судах по всему Вайомингу. Это стандартная практика — знать, кому принадлежат какие права».

«Понятно. Нужно знать, у кого выкупать долю».

«Или аренду», — сказал Карл. «Иногда мы оформляем опционы на землю, что позволяет нам осмотреть её перед покупкой».

«Интересно, — сказала она. — Но я не знаю, ведётся ли в округе Джонсон разведка нефти или газа».

«Пока не в разработке», — поправил он. «Но ведётся разведка. Вы должны понимать. Мы ведем разведку, основываясь на том, что, как нам кажется, нам известно. И мы не можем знать наверняка, пока не поищем. Даже тогда это весьма спорно. Как только мы получим первую скважину с PUD, цены могут быстро вырасти, в зависимости от того, что мы обнаружим».

«ПУД?»

«Доказано, что месторождение не разрабатывается», — сказал он. «Это означает, что мы знаем, что в конкретном районе есть нефть или газ, но не знаем точно, сколько их, пока не начнём добычу. Можно пробурить одну скважину и посмотреть, как она себя покажет, прежде чем переходить ко второй, третьей, четвёртой и так далее».

«Это имеет смысл», — сказала она.

«Но у нас уже более тридцати производителей нефти и газа с тысячами работающих скважин в округе Джонсон».

«Серьёзно? Я никогда их там не видел».

«Если вы проедете по автостраде, то мало что увидите».

Она посмотрела на часы и увидела, что им нужно ехать на встречу с Cambrian Mines. «Нам пора».

Карл отвез ее из Рок-Спрингс в компанию по оформлению документов на право собственности в Грин-Ривер.

Они собирались использовать небольшой конференц-зал. Робин настаивала на нейтральном месте. Но у неё были скрытые мотивы для выбора этого места.

Когда они приехали в компанию, оформляющую право собственности, Карл сказал: «Я живу всего в миле отсюда. Напиши мне, когда тебе понадобится подвезти меня обратно в отель».

«Ты настоящий водитель Uber», — сказала она с улыбкой, стоя с открытой дверью пикапа. «Тебе не обязательно это делать. Я могу арендовать машину на пару дней».

«Чепуха. Я независимый подрядчик. Работаю по своему графику». Он кивнул в сторону грузовика, въезжавшего на парковку. «Вот мой дядя. Будьте снисходительны».

«Я постараюсь сохранить ему достоинство», — сказала она. Затем она закрыла дверь и вошла в офис компании, занимающейся оформлением недвижимости.

Как и почти все компании, занимающиеся оформлением прав собственности в Америке, эта была оформлена так, будто владела всей землей и недвижимостью, которую оформляла для покупателей и продавцов. Молодая женщина в серой юбке, слишком короткой и обтягивающей, чем требовалось, провела её в небольшой конференц-зал. Пока что он был пуст. Овальный стол с пятью мягкими кожаными креслами занимал большую часть помещения. На одном конце стояла небольшая тележка с бутилированной водой. Когда девушка ушла, Робин оглядела комнату и решила сесть во главе стола, занимая позицию власти. Остальным придётся сесть с одной или с другой стороны.

Снова пришли только двое — Рэймонд Миллер, дядя Карла, и ворчливый адвокат. Они посмотрели на стол и решили сесть на одном конце. Было неловко, но именно так, как и хотел Робин.

Юрист шахты начал со слов: «Давайте перейдем сразу к делу.

Поскольку теперь это расследование убийства, нам следует отложить любое возможное урегулирование вопроса о неправомерной смерти. В конце концов, мистер Кордес был убит не на руднике «Кембрийский».

Робин подалась вперед на стуле, вытянув перед собой руки, словно молясь.

В заключение она сказала: «Думаю, можно предположить, что убийцей был не Кембрийский, но шахта не смогла обеспечить надежную защиту своих шахтеров. Это небезопасная рабочая среда».

«Это как если бы школу подали в суд, когда в нее вошел сумасшедший стрелок и расстрелял учеников и преподавателей», — рассуждал адвокат.

«Вы правы, — сказал Робин. — И каждый раз на них подают в суд. Неспособность обеспечить безопасные условия труда — это эпидемия по всей стране. Но от шахты, конечно, ожидается адекватная охрана. Что-то большее, чем тот Барни Файф у ворот».

Рэймонд Миллер поднял руки. «Мы не говорим, что не готовы заплатить за смерть Ленни. Мы просто пытаемся найти разумную сумму».

«Сколько стоит жизнь в наши дни?» — спросил Робин.

Другой адвокат взял это на заметку: «У мистера Кордеса не было семьи, которую нужно было бы содержать. Его единственным родственником был брат, который теперь владеет огромным ранчо».

Интересно, что они отправились туда, подумал Робин. «В момент его смерти», — сказал Робин. «Но просто включите воображение на мгновение. Ленни мог бы встретить любовь всей своей жизни в «Старбаксе» на следующей неделе. Они поженятся через несколько месяцев. И начнут совместную жизнь, родив пару детей. Допустим, один из этих детей станет исследователем и откроет лекарство от всех видов рака. Тогда чего стоит одна жизнь?» Это была натяжка, но Робин не стеснялся ею пользоваться.

Ни один из них не получил прямого ответа в течение нескольких минут.

Наконец, адвокат сказал: «Это чистая гипербола и домыслы. Мистер Кордес мог с таким же успехом заснуть во время одной из поездок домой в Буффало и разбить свой грузовик, убив себя. Или, возможно, он застрелился бы во время охоты в горах этой осенью».

«Но тогда это было бы на нём, — сказал Робин. — У компании Cambrian Mine была обязанность защитить его во время рабочей смены. Вы этого не сделали».