Он внимательно следил за каждым её движением. Он вспоминал все часы, которые они провели вместе в Штайнхаусе, обсуждая его творчество и её творчество.

Обсуждая прошедшие и предстоящие экскурсии. Она лучше всех понимала его страсть к лыжам и желание писать. Она лучше всех знала, что боль в колене — это всего лишь…

Постоянное напоминание о неудаче, которую он чувствовал из-за утраченной мечты. Мечты, которая будет преследовать его вечно.

Наконец он сказал: «Расскажите мне о Брюсселе».

Она поерзала и устроилась поудобнее на диване. «Мой отец считает мой брак с Адрианом отличной сделкой. Слиянием. Мама хочет, чтобы я была такой же дебютанткой, как она. Красиво одевалась, ходила на все вечеринки и задирала нос по поводу всего, что не устраивает её или её друзей. Родители Адриана женаты так давно, что, кажется, у них общий мозг. Это просто смешно. Они хотят, чтобы их сын женился, прежде чем он облысеет или пока никто не увидит, кто он на самом деле – клон своего отца. У них хитрый бизнес, признаю. Но я совершенно не представляю себя вписывающейся в их маленький план».

Карл почувствовал облегчение от этих последних слов. «Этот брак…»

«Отменено», — сказала она, быстро выдохнув. «Я думала, отец меня задушит. Моя мать не могла понять, как можно отказаться от относительно роскошной жизни».

«От чего вы отказываетесь?»

«В этом-то и суть. Ни в чём. Адриан думает, что любит меня, но он меня даже не знает. Он считает мою живопись милым маленьким хобби. Чем-то, чем можно скоротать время. Он никогда не понимал моей страсти к живописи так, как ты. Я пыталась ему объяснить, но это было всё равно что объяснять тригонометрию младенцу».

Карл громко рассмеялся, и она присоединилась к нему. Наконец их смех стих, и он нежно вытер ее слезы.

Через мгновение он сказал: «Мои родители думают, что в меня вселился какой-то демон, скрутил мой разум, как крендель, и оставил только мою оболочку, чтобы бродить по лицу Земли в состоянии зомби, где страсть – это скорее похоть, чем любовь, приберегаемая для неодушевлённых предметов. Они всегда считали мои лыжи просто отвлечением от взросления. Чем-то, что мешало мне жить. Видите ли, для них это не могло быть ничем иным, потому что только…

Эти создания, обладающие вялой и условной респектабельностью, вполне вписывались бы в их представление об ответственной жизни. А теперь я писатель. Всё было бы прекрасно, если бы я работал в какой-нибудь компьютерной компании, писал скучные технические руководства или даже выдавал унылые, затянутые статьи для какого-нибудь журнала или газеты. Но, боже мой, писать художественную литературу. Как, чёрт возьми, это может быть респектабельно или хотя бы отдалённо прибыльно? Писатели — это самокритичные одиночки, которые спиваются в юном возрасте.

Они смотрели друг на друга какое-то мгновение. Это был не неловкий момент, а момент, когда они заново открывали черты лица друг друга: глубокие глаза, отражающие неизведанные глубины душ; мягкие, влажные губы, дышащие удовольствием, и морщинки в уголках рта и глаз, которые становились всё глубже и глубже от радостного смеха.

«А как же друзья? Твои брат и сестра?»

Мой брат разведён и ненавидит свою работу и жизнь. Муж моей сестры сбежал с мужчиной. Мой двоюродный брат застрелился у меня на глазах. А потом мама говорит, что моим настоящим отцом мог быть дядя Джек. В довершение всего, меня там обманул мой лучший друг. В остальном это была замечательная поездка.

Она с удивлением посмотрела на него. «Боже мой. Я думала, что мой трип был неудачным».

Он быстро допил пиво. Он больше не мог сдерживать свои чувства. «Анжелика, я хочу, чтобы ты знала, что я к тебе чувствую».

Она внимательно посмотрела на него, желая остановить его, чтобы заговорить первой, но еще больше желая услышать его слова.

Он продолжил: «С того самого момента, как я впервые увидел тебя на своём пути в библиотеке, я понял, что в тебе есть что-то особенное. Что-то, чего я никогда не смогу преодолеть в этом мире. Что-то, что в конце концов проникнет в моё сердце так глубоко, что я уже никогда не смогу его одолеть. Что ж, я был прав». Он на мгновение замолчал, чтобы взглянуть на фетровую шляпу. «Мои чувства к тебе становятся сильнее с каждой минутой нашей встречи, с каждой минутой нашей разлуки. Я никогда не мог представить, как ты уедешь в Брюссель с Адрианом. Никогда…

Мечтаю, чтобы ты стал чем-то меньшим, чем сейчас. Надеюсь только, что ты найдешь в своем сердце страсть ко мне, как я к тебе.

Она поставила пиво на стол и придвинулась к нему ближе. «Заткнись и поцелуй меня».

Она нежно прижалась губами к его губам, и они медленно обнялись.

Через мгновение она отстранилась от него и сказала: «Как ты думаешь, почему я провела столько часов в библиотеке? В надежде увидеть тебя. Я старалась приходить туда в одно и то же время каждую субботу. Я попросила Тодда пригласить тебя покататься на лыжах.

А потом, когда ты пришла работать в «Баварские туры», я не могла поверить своей удаче. Последний год был для меня таким трудным. Мы могли видеться, разговаривать, мечтать друг о друге, но это было всё. Моя свобода была рабством, на которое я не соглашалась. И я была виновата только в страхе перед родителями и гневе приличий. В ночь перед твоим отъездом домой на похороны дяди я чувствовала, что между нами есть что-то, что никогда не изменится, даже если я выйду замуж за Адриана. Я мечтала о тебе, пока мы занимались сексом. Я хотела тебя любой ценой и боялась, что ты вернёшься в Америку и больше никогда не вернёшься. Я увижу тебя только во сне. Поэтому я пошла к Тодду после того, как ты высадила меня у моего порога. Я плакала и рассказала ему о своих чувствах к тебе, надеясь, что он такой друг, который сможет преодолеть свои чувства и найти в себе силы рассказать тебе. Я хотела найти в себе силы сказать тебе сама, но эта сила не давала мне покоя, пока я не вернулась из Брюсселя – после того, как я сказала своим родителям, его родителям и Адриану в лицо, что не могу выйти за него замуж. Ты говорил о том, что поступаю правильно, о том, что было у меня на сердце. С моих плеч свалился такой груз. Это неописуемо. Это судьба. Я знаю это.

У нее на глазах стояли слезы, но она все равно рассмеялась.

Они больше не могли сдержаться. Они снова обнялись, страстно целуясь. Она быстро расстегнула его рубашку, а он стянул ей свитер через голову. В яростном и безумном порыве чистого голода они впервые обнаружили свою наготу. Их сердца забились, когда они тяжело вдыхали сущность друг друга. Теперь ничто не могло разлучить их.

●

Утром в дверь Анжелики постучали. Карл открыл, одетый только в нижнее белье.

В коридоре стояла мать Анжелики с улыбкой на лице. Рядом с ней стоял потрясённый Адриан.

«Анжелика дома?» — спросила ее мать.

Карл собирался ответить, когда Анжелика вышла из своей спальни, одетая только в его футболку, доходившую ей до бедер, и в фетровую шляпу на голове.

«Карл, кто-то в… Мама. Что ты здесь делаешь?»

Адриан ввалился в комнату и указал на Карла. «Кто это?»

Мать Анжелики потянула Адриана за рукав. «Адриан, заткнись и иди к машине».

"Но-"

«Уходи», — потребовала она.

Карл закрыл за Адрианом дверь и повернулся к матери Анжелики. «Могу я предложить вам кофе или чай?» — спросил он её.

«Она уходит», — решительно заявила Анжелика.

«Вот кого ты берёшь вместо охраны, — сказала её мать. — Я вижу его активы. Но…»

"Я люблю его."

Её мать перевела взгляд с Анжелики на Карла, а затем снова на дочь. «Я вижу это по твоим глазам».

«Разве это ничего не значит?»

Её мать подошла к двери. «Если тебе что-нибудь понадобится, я всегда рядом.

После того, как я всё объясню твоему отцу, приводи его домой. Уверен, Элиза тоже одобрит.

Она открыла дверь, чтобы уйти.

«Пожалуйста, оставайтесь», — сказала Анжелика.

«Нет. Я буду объяснять это Адриану всю дорогу до аэропорта. Возможно, и в полёте тоже. Было приятно познакомиться, Карл. Вы двое, одевайтесь.

Ты простудишься.

С этими словами она оставила их двоих стоять и смотреть друг на друга.

Затем они оба начинают смеяться.

«Все прошло хорошо», — сказал Карл.

"Ага."

OceanofPDF.com

24

ВОЗНЕСЕНИЕ

Автобус «Мерседес» скользил по автобану из Вены в Инсбрук, не особо торопясь. Была полночь, и оставалось почти семь часов до регистрации в отеле.

Карл и Анжелика провели последние несколько дней, сопровождая две группы американских и британских туристов по всем достопримечательностям Вены. Вечером они устроили ужин в изысканном ресторане, а затем отвезли их на выступление хора мальчиков и концерт Моцарта. Два автобуса ждали группы у концертного зала и быстро доставили их к автобану. Это был единственный раз за всё время тура, когда им придётся ехать ночью и ночевать в автобусе, поскольку они фактически повторяли маршрут, по которому уже проехали из Зальцбурга.

Сидя в темноте на переднем сиденье автобуса, Карл щёлкал в темноте по экрану ноутбука. Он не видел экрана, но это и не было необходимости.

Фриц время от времени оглядывался через плечо, чтобы убедиться, что тот ещё не спит. Но Карл уже не мог заснуть. Он не сводил глаз с автобуса перед собой, автобуса с туристами, которых вела Анжелика.

Он вспомнил два автобуса, сцепленных вместе, которые синхронно двигались к следующему городу, совсем как они с Анжеликой с тех пор, как он вернулся из Америки. Сначала были две ночи в Мюнхене перед началом тура, когда они проводили вместе каждое мгновение, занимаясь любовью и просто ощущая присутствие друг друга. Затем ночь в Зальцбурге, когда Карл незаметно пробрался в номер Анжелики, чтобы остаться. И две ночи в Вене, когда она приходила к нему в номер.

Это была первая ночь без неё. И всё же он чувствовал её присутствие даже на небольшом расстоянии между двумя автобусами.

Он взял радиомикрофон и нажал на кнопку.

«Анжелика?» — тихо спросил он.

«Да, что случилось?» — тихо спросила она через маленький динамик.

«Ничего. Просто хотел услышать твой голос».

"Я тоже."

Он отложил микрофон, закрыл компьютер и убрал его под сиденье. Он откинулся назад и натянул фетровую шляпу на глаза. Пока автобус гудел, погружаясь в темноту, он думал о судьбе, фетровой шляпе и Анжелике.

Структура документа

• 1 МЮНХЕНСКИЕ НОЧИ

• 2 АНЖЕЛИКА

• 3 ХОФБРОЙХАУС

• 4 КАТАСТРОФА

• 5 КАМЕННЫЙ ДОМ

• 6 ФОНД

• 7 НАСТОЙЧИВОСТЬ

• 8 ХЕЙЛАНД

• 9 братьев и сестер

• 10 ДЯДЯ ДЖЕК

• 11 Ди О'Бриен

• 12 ПОМИНКИ

• 13 ОВОЩЕЙ И ДЕРЕВЯННЫХ УТОК

• 14 Тщетность

• 15 ПОХОРОНЫ

• 16 ЗАВЕЩАНИЕ ДЖЕКА

• 17 БРЮССЕЛЬ

• 18 ПРАВИЛЬНАЯ ВЕЩЬ

• 19 ПОНИМАНИЕ

• 20 ДОРОГА НА ХЕЙЛАНД

• 21 РАССВЕТ ПОЛУНОЧИ

• 22 ВСПЫШКА ОБУРНА

• 23 ВОЗНИКНОВЕНИЕ • 24 ВОЗНЕСЕНИЕ