Босх добрался до своего дома только после полуночи. Он был вымотан долгим днем работы на месте преступления и координации усилий других детективов, а также патрульного отдела. Он также должен был проинформировать шефа Вальдеса о ходе расследования, прежде чем тот предстанет перед камерами и репортерами, собравшимися в торговом центре. Информация была краткой: подозреваемых нет, арестов нет.

Оценка для СМИ была точной, но следователи по делу об убийствах в "Фармасии" не были лишены зацепок. Убийства и последующее разграбление запасов рецептурных препаратов в магазине действительно были зафиксированы тремя камерами внутри аптеки, и полноцветные видеозаписи дали представление о преступлении, совершенном с холодным расчетом. Стреляли двое, в черных лыжных масках и с револьверами. Они убили Хосе Эскивеля-старшего и его сына с хладнокровием, которое подразумевало планирование, точность и намерение. Первой мыслью Босха после просмотра видеозаписей было то, что это были киллеры, приехавшие для выполнения задания. Кража таблеток была лишь прикрытием истинного мотива преступления. К сожалению, первый просмотр видеозаписей выявил мало пригодных для идентификации стрелков. Когда один из мужчин вытянул руку, чтобы выстрелить в Хосе-старшего, его рукав оттянулся, обнажив белую кожу. Но больше ничего не выделялось.

Припарковавшись на парковке, Босх пропустил боковой вход в дом и вышел на улицу, чтобы проверить почтовый ящик. Он увидел, что в верхней части прикрепленного к дому ящика лежит толстый манильский конверт. Он вытащил его и подержал под фонарем на крыльце, чтобы посмотреть, откуда он взялся.

На конверте не было ни обратного адреса, ни почтовой надписи. Даже его собственный адрес отсутствовал. На конверте было написано только его имя. Босх отпер дверь и занес его внутрь. Он положил конверт и полученную почту на кухонную стойку, а сам открыл холодильник, чтобы взять пиво.

После первого глотка янтарного пива он вскрыл конверт. Вытащил пачку документов толщиной в один дюйм. И сразу же узнал верхний отчет. Это была копия первоначального отчета о происшествии, связанном с убийством Даниэль Скайлер в 1987 году. Босх пролистал стопку документов и быстро определил, что у него есть копия текущего следственного дела.

Люсия Сото справилась.

Босх смертельно устал, но знал, что быстро не уснет. Он вылил остатки пива в раковину, затем сварил чашку кофе в кофеварке "Keurig", которую дочь подарила ему на Рождество. Взял стопку документов и принялся за работу.

После того как его дочь уехала в колледж, а семейные ужины стали редким явлением, Босх превратил столовую небольшого дома в рабочее место. Стол стал достаточно широким, чтобы на нем можно было разложить отчеты о расследованиях — отчеты по делам, которые он вытаскивал из тюремной камеры в Сан-Фернандо или которые он вел в частном порядке. Он также установил стеллажи по двум стенам алькова, на которых разместились папки и книги по судопроизводству и уголовному кодексу Калифорнии, а также стопки компакт-дисков и CD-проигрыватель "Bose" для использования, когда его коллекция винила и фонограф не удовлетворяли его музыкальные потребности.

Босх вставил в "Bose" диск под названием "Химия" и поставил повышенную громкость на средние частоты. Это был альбом дуэтов между Хьюстоном Персоном на тенор-саксофоне и Роном Картером на контрабасе. Это была часть их продолжающегося музыкального разговора, их пятое и самое последнее сотрудничество, и у Босха были предыдущие записи на виниле. Это было идеально для полуночной работы. Он занял свое обычное место за столом, спиной к полкам и музыке, и начал просматривать тайную папку с документами.

Вначале он разделил документы на старые и новые. Отчеты о первоначальном расследовании убийства Даниэль Скайлер — многие из которых он написал сам тридцать лет назад — легли в одну стопку, а более новые отчеты, подготовленные в ходе текущего повторного расследования, — во вторую.

Хотя он отчетливо помнил первоначальное расследование, он знал, что многие мелкие детали дела отложились в его памяти и что было бы разумно начать со старого, прежде чем изучать новое. Сначала его внимание привлекли хронологические записи, которые всегда были отправной точкой для изучения дела. По сути, это был дневник дела — строка кратких датированных и хронологических записей, описывающих следственные действия, предпринятые Босхом и его напарником Фрэнки Шиханом. Многие из этих записей будут расширены в кратких отчетах, но хронология дела была тем, с чего нужно было начинать, чтобы получить пошаговый обзор расследования.

В 1987 году в отделе убийств и грабежей не было ни одного компьютера. Отчеты писались от руки или набирались на печатной машинке "IBM Selectrics". В большинстве случаев хроники были написаны от руки. Они писались на линованной бумаге в разделе 1 Книги убийства. Каждый следователь, включая тех, кто заполнял журнал или выполнял вспомогательные задачи по делу, сопровождал свои записи в журнале своими инициалами, несмотря на то, что разные стили почерка в большинстве случаев делали личность автора очевидной.

Босх просматривал фотокопии оригиналов хронологии дела и узнал свой почерк, а также почерк Шихана. Он также узнал два разных стиля написания отчетов, которые использовали он и Шихан. Шихан, который был более опытным в их команде, использовал меньше слов и часто писал неполными предложениями. Босх был более многословен, и эта черта его стиля написания отчетов изменилась со временем, когда он узнал то, что уже знал Шихан: чем меньше, тем больше, то есть чем меньше времени вы тратите на бумажную работу, тем больше времени у вас остается на то, чтобы вести собственно дело. А меньше слов на странице означало также меньше слов для адвоката защиты, который в суде мог извратить их в своей собственной интерпретации.

Босх получил значок детектива в 1977 году и провел пять лет, работая в различных отделах и криминальных подразделениях, прежде чем его повысили до детектива отдела убийств и направили сначала в Голливудский отдел, а затем в элитный отдел убийств и грабежей [ОУГ] , работающий в Паркер-центре в центре города. В ОУГ он работал в паре с Шиханом, и дело Скайлер было одним из первых убийств, которые они расследовали в качестве ведущих детективов.

История Даниэль Скайлер была универсальной историей Лос-Анджелеса с дополнительной иронией её происхождения. Воспитанная матерью-одиночкой, работавшей горничной в мотеле в Голливуде, штат Флорида, она заполнила пустоты в своей жизни аплодисментами, которые пришли с успехом на конкурсах красоты и на сцене средней школы. Вооружившись своей красотой и хрупкой уверенностью, она в двадцать лет преодолела три тысячи миль от одного Голливуда до другого. Как и многие другие, она обнаружила, что в каждом маленьком городке Америки есть такая же, как она. Оплачиваемой работы было мало, и ею часто пользовались пиявки, которые были частью индустрии развлечений. Но она упорствовала. Она работала за стойкой в мотеле, брала уроки актерского мастерства и ходила на бесконечные прослушивания на роли, которые обычно не имели ни имен, ни реплик.

Она также создала сообщество — молодых мужчин и женщин, участвующих в той же борьбе за успех и славу. Она видела многих из них на одних и тех же прослушиваниях и в кастингах. Они обменивались советами о работе как в сфере развлечений, так и в гостиничном, то есть ресторанном бизнесе. К пяти годам своей борьбы она успела сыграть несколько ролей в кино и на телевидении, где играла в основном роль "конфетки для глаз". Она также дала множество показательных выступлений в небольших театрах по всей Долине и, наконец, перешла из ресторанного бизнеса с неполным рабочим днем на работу в качестве администратора в агентство по внештатному кастингу.

Пять лет в Лос-Анджелесе также ознаменовались несколькими переездами, сменой соседей по квартире и несколькими отношениями с разными мужчинами в возрасте от пяти лет моложе ее до двадцати двух лет старше. Когда ее нашли изнасилованной и задушенной в пустой второй спальне ее квартиры в Толука-Лейк, Босх и Шихан столкнулись с необходимостью составить историю жертвы, на что ушло несколько недель.

Когда Босх читал хронологию дела, ему вспомнились некоторые детали о деле Скайлер и те шаги, которые они с Шиханом предприняли, и дело показалось ему таким же свежим, как убийства в "La Farmacia Familia" тем утром. Он вспомнил лица друзей и коллег, опрошенных и занесенных в хронограф. Он вспомнил, как уверенно они с напарником вышли на Престона Бордерса.

Бордерс тоже был актером, который пытался закрепиться в Голливуде. Но он делал это не без помощи сети. В отличие от Даниэль Скайлер и тысяч других потенциальных артистов, которые ежегодно приезжают в Лос-Анджелес с уверенностью прилива на Венис-Бич, Бордерсу не пришлось работать ни в сфере гостеприимства, ни в телефонных продажах, ни где-либо еще. Бордерс был родом из пригорода Бостона, и родители сделали ставку на его стремление стать кинозвездой. Его аренда и машина были оплачены, а счета по кредитным картам отправлялись в Бостон. Это позволяло ему проводить дни на прослушиваниях для ролей в кино и на телевидении, а ночи — в бесконечной ротации клубов, где всегда было множество женщин, таких как Скайлер, которые надеялись, что кто-то оплатит их счет в баре в обмен на улыбку и разговор, а может быть, и что-то более интимное, если чувство было правильным.

Согласно хронологии, Босх и Шихан связали Бордерса со Скайлер 1 ноября 1987 года, на девятый день расследования. Именно тогда они постучали в дверь знакомой Скайлер по имени Аманда Марго. В то время Марго была еще начинающей актрисой. Тридцать лет спустя она могла причислить себя к счастливицам. Она сделала солидную карьеру в кино и на телевидении, снявшись в небольших ролях в нескольких фильмах и в главной роли в долгоиграющем сериале, где она играла бескомпромиссного детектива из отдела убийств. Босх читал интервью с ней, в которых она говорила, что сочувствие к жертвам своего телевизионного персонажа она черпает из реального убийства близкой подруги.

Босх помнил первую беседу с Марго, как будто это было вчера. В то время у молодой актрисы не было ни одного из атрибутов успеха в ее маленькой квартире в Студио-Сити. Босх и Шихан сидели на потрепанном диване из магазина секонд-хенд, а Марго — на стуле, который она притащила в гостиную из кухни.

Два детектива опрашивали по четыре-пять друзей и знакомых жертвы в день, и Марго была в их списке на первом месте, но она получила недельную работу на автосалоне в Детройте, где представляла автомобили, и уехала из города вскоре после убийства. Встреча была назначена на время ее возвращения.

Марго оказалась ценным источником информации о Скайлер. Они были близки, хотя никогда не жили вместе. На момент убийства соседка Скайлер по комнате только что переехала и отказалась от мечты о звездной славе. Она вернулась домой в Техас, и Скайлер искала новую соседку. У Марго были последние месяцы оплаченной аренды, и она планировала переехать к подруге сразу после Нового года. До этого времени Скайлер жила одна, хотя ее семья сообщила следователям, что ее младшая сестра, путешествующая в течение года после окончания школы, планировала приехать на День благодарения и использовать свободную спальню, пока обе сестры не вернутся во Флориду на рождественские праздники.

Марго и Даниэль познакомились три года назад в приемной кастингового агентства, где они проходили прослушивание на одну и ту же роль. Вместо того чтобы стать соперницами, они нашли общий язык. Ни одна из них роль не получила, но после кастинга они выпили кофе, и между ними завязалась дружба. Они двигались в схожих кругах как в профессиональном, так и в социальном плане. Они старались присматривать друг за другом, сообщая друг другу о потенциальных вакансиях и о том, какие кастинг-директора или тренеры по актерскому мастерству распускают руки.

Со временем они даже встречались с одними и теми же мужчинами, и именно на этом остановились детективы. Улики и результаты вскрытия показали, что Даниэль Скайлер подверглась жестокому насилию в течение ночи. Ее насиловали вагинально и анально и неоднократно душили. На ее шее было множество тонких борозд, некоторые из которых прорезали кожу, что указывает на то, что убийца, скорее всего, душил ее до потери сознания, а затем приводил ее в себя для повторного насилия, по крайней мере, шесть раз. Возможно, что ожерелье, которое носила жертва, было своеобразной гарротой[11].

Тело также было изуродовано ножом, профиль которого совпадал с другими ножами из кухни, но при вскрытии было установлено, что порезы были уже посмертными.

Также оказалось, что в квартире было создана обстановка, чтобы создать впечатление, что в нее проник посторонний. Раздвижная дверь на балконе второго этажа, выходящая в пустую спальню, была оставлена приоткрытой, но снаружи не было никаких признаков того, что кто-то забрался на балкон, чтобы открыть дверь и войти внутрь. На металлических перилах балкона лежал толстый слой пыли от смога, который не был нарушен ни в одном месте по всей длине. Это означало, что злоумышленнику пришлось бы перелезть через перила, не касаясь их, чтобы добраться до раздвижной двери. Это был невероятный сценарий, который заставил следователей рассмотреть противоположную версию — что убийца Скайлер проник в дом через парадную дверь и без борьбы. Это означало, что он был знаком с ней на каком-то уровне и хотел скрыть этот факт от следователей.

Аманда Марго рассказала во время беседы, что однажды вечером за две недели до смерти Скайлер две молодые женщины собрались вместе в квартире Марго, чтобы выпить дешевого вина и заказать еду на вынос. К ним присоединилась третья актриса по имени Джейми Хендерсон, которую они также знали по прослушиванию. В какой-то момент вечера они заговорили о мужчинах и узнали, что встречались с несколькими одними и теми же парнями, познакомившись с ними в актерских школах, кастинговых агентствах и на выставках талантов. Женщины начали составлять список мужчин — "Единственный и неповторимый", т.е., тех, с которыми, по их мнению, никогда больше не следует встречаться.

В списке причин было то, что каждый из упомянутых мужчин был слишком требовательным, а в некоторых случаях и физически угрожающим, когда речь шла о желании секса. Марго объяснила, что многие мужчины, с которыми они встречались, рассчитывали на секс после одного-двух свиданий. Именно те мужчины, которые плохо справлялись с отказом, попадали в список "Единственный".

Именно здесь стремление Босха и Шихан рассмотреть эту тему принесло свои плоды. Хотя список "Единственный" мог появиться после сплетен на девичнике в алкогольном опьянении, у Марго до сих пор хранился листок бумаги, вырванный из блокнота и прикрепленный магнитом с открывалкой к дверце холодильника. Она предоставила его детективам и смогла указать на четыре имени, которые Даниэль Скайлер внесла в список. Это были не полные имена, а некоторые, как например, "Боб Сквернослов", были просто прозвищами.

Но номером один в ее списке было единственное имя — Престон. Марго сказала, что это имя мужчины, с которым встречалась только Скайлер, и она не могла вспомнить, было ли это имя или фамилия, но она помнила историю, связанную с ним. Даниэль сказала, что Престон был актером со стипендией, то есть у него была какая-то финансовая поддержка и ему не приходилось подрабатывать, и что он чувствовал себя вправе рассчитывать на секс после первого свидания, на котором он заплатил за ужин и напитки. Даниэль рассказала, что он очень разозлился, когда она отказала ему, когда он подвез ее к ее квартире, и что позже он вернулся, чтобы постучать в дверь и потребовать, чтобы его впустили. Она отказалась открыть дверь, но он не уходил, пока она не пригрозила вызвать полицию.

Марго сообщила, что свидание с Престоном произошло за две недели до той ночи, когда три женщины собрались вместе, то есть примерно за четыре недели до убийства Скайлер. Когда Марго попросили рассказать подробнее о Престоне и о том, где он и Скайлер могли впервые встретиться, она сказала, что это могло произойти только через какую-то связь в индустрии, поскольку и Даниэль, и Престон были актерами.

Хронология показала, что поиск Престона стал приоритетом в расследовании. Босх и Шихан повторили уже пройденный путь, возвращаясь к ранее опрошенным людям и спрашивая о человеке по имени Престон. Им ничего не удалось, пока они не запросили журналы прослушивания за предыдущие три месяца кастингов, проводимых компанией, в которой Скайлер работала секретаршей. В течение нескольких недель, предшествовавших кастингу, компания проводила кастинг на второстепенные роли для телевизионного шоу о людях, работающих в приемном покое больницы.

В списке кандидатов на прослушивание, состоявшееся 14 сентября 1987 года, значилось имя Престона Бордерса. Этот список хранился в планшете на столе администратора агентства, Даниэль Скайлер.

Босх и Шихан нашли своего "единственного и неповторимого" мужчину.