Босх пришел на встречу за завтраком с пятнадцатиминутным опозданием. Холлер сидел в кабинке в задней части ресторана. Босх сел напротив него, размышляя, сможет ли он проглотить какую-нибудь еду. Он решил, что нет.

— Ты опоздал и выглядишь дерьмово, — сказал Холлер.

— Спасибо, — сказал Босх. — Скажем так, последние семьдесят два часа были не самыми лучшими в моей жизни.

— Тогда хорошие новости, брат мой. Мы здесь, чтобы спланировать твое возрождение из пепла.

— Звучит неплохо.

— Знаешь, многое произошло за последние семьдесят два часа. Я бы хотел, чтобы Циско был здесь, чтобы рассказать о своей части событий, но он, похоже, не в сети.

— Ты не можешь меня проинформировать?

— Конечно, могу. Главное, что у нас есть сильный состав свидетелей на среду, если только мы сможем попасть на слушания. Это будет ключом. Окружной прокурор и Кронин будут изо всех сил пытаться исключить нас из слушаний, но я думаю, что у нас есть веские аргументы в пользу того, чтобы выступить. Так что мне нужно, чтобы ты потренировался в возмущении.

— Мне не нужно его отрабатывать. А Бордерс будет там?

— Судья издал приказ о переводе. Он, наверное, едет в фургоне, пока мы тут сидим.

— Ну, если он там и так близок к свободе, то у меня будет все необходимое для возмущения.

Холлер кивнул. Это то, что он хотел услышать.

— Теперь, какой бы неприятной ни была эта статья в "Таймс", она будет работать в нашу пользу, — сказал адвокат. — Потому что это выводит дело на чистую воду, и штат не сможет утверждать, что твоя профессиональная репутация несильно пострадала. Это ясно как божий день, прямо черным по белому.

— Хорошо, — сказал Босх. — Я рад, что это обернется против этого засранца Кеннеди.

— Верно. Теперь мы должны быть готовы ко всем вариантам развития событий. После того, как я приведу свои аргументы, судья, возможно, захочет допросить тебя в кабинете. Вчерашняя история гарантирует полное освещение этого дела в СМИ, поэтому судья может захотеть забрать тебя и выслушать твою версию до того, как она будет выложена перед СМИ. У тебя есть с этим проблемы?

— Нет, никаких.

Официантка подошла к столику, и Босх заказал кофе. Холлер заказал небольшую стопку блинчиков, и официантка оставила их одних.

— Ты не хочешь есть? — спросил Холлер.

— Нет, не сейчас, — ответил Босх. — Так что там насчет Спенсера, парня за стойкой? Куда он делся с тех пор, пока я не был в курсе?

— Прошлой ночью мы поставили ему на ухо крепкий жужжальник.

— Что это значит?

— Я послал ему повестку в суд. Это вывело его из себя, потому что он не знал, что мы знаем, где они прячут его задницу.

— Ладно, назад. Я был в неведении с четверга, ты помнишь? Последнее, что я слышал, Циско следил за ним и видел, как он встретился с женой Кронина на парковке книжного магазина. Что случилось после этого?

— На следующее утро я снова приставил к нему Циско. Кронин и Кронин, очевидно, подозревали, что ты что-то замышляешь, и не собирались просто так это принимать. Поэтому они попытались спрятать Спенсера до окончания слушания, чтобы он не достался нам. Но, черт возьми, Циско и его ребята уже зацепили его и проследили за ним до тайного убежища, который они устроили в Лагуне. Это был их собственный дом на выходные. Видел бы ты лицо Спенсера, когда он получил повестку.

— Ты был там?

— Нет, это было бы против правил — вручать повестку. Но у меня есть то, что может сравниться с присутствием.

Холлер достал свой телефон и продолжил, установив воспроизведение видео.

— Я выписал повестку в суд и отправил ее по факсу знакомому частному лицу в Оклахоме. Лорен Сакс, бывший шериф округа Ориндж и настоящая красотка. Люди называют ее Секси Сакси. Сейчас она много занимается брачными делами — ну, знаешь, ходит в бары, чтобы проверить, не блуждает ли муж по барам, и все такое. У нее есть очки со скрытой камерой, которые она надевает на такие задания, и я сказал ей, что хочу получить видеозапись работы на этой штуке. Вот что у нее получилось.

Холлер повернул телефон так, чтобы Босх мог его видеть. Гарри наклонился через стол, чтобы можно было прослушать звук. На экране была дверь. Она была снята через объектив видеоочков Сакс. Босх увидел, как она протягивает руку, стуча в дверь. Наступила тишина, но затем сквозь декоративный витраж, расположенный в центре двери, проступила тень. Кто-то молча стоял по другую сторону.

— Мистер Спенсер, — сказала Сакс. — Мне нужно, чтобы вы открыли дверь, пожалуйста.

Ее строгий тон был встречен долгим молчанием.

— Мистер Спенсер, я вас вижу, — сказал Сакс. — Пожалуйста, откройте дверь.

— Кто вы? — сказал голос. — Что вам нужно?

— У меня есть юридические документы, которые вы должны подписать. Из Лос-Анджелеса.

— Я не знаю, о чем вы говорите.

— Ваша юридическая фирма — "Кронин и Кронин", верно? Тогда это для вас.

Никакого ответа. Затем послышался звук поворачивающегося замка, и дверь приоткрылась на три дюйма. Выглянул мужчина с одним глазом. Но в проеме появилось достаточно его лица, чтобы Босх и все остальные могли убедиться, что это Спенсер. Сакс быстро просунула в дверь сложенный белый документ. Спенсер попытался закрыть ее, но Сакс, что не было видно на видео, поставила ногу за порог. Документ прошел через образовавшуюся дверную щель, и Спенсер позволил ему упасть на пол в коридоре позади себя.

— Это повестка с требованием явиться в суд в ближайшую среду утром, — сказала Сакс. — В документе, который вам вручили, все ясно изложено. Если вы не явитесь в суд, то на вас будет выдан ордер и вы будете арестованы департаментом шерифа округа Лос-Анджелес. Я бы на вашем месте была там.

Глаза Спенсера расширились, когда он понял, что сейчас начнется его худший кошмар. Когда он заговорил, он заикался.

— Я… я… я не Терри Спенсер.

— Ну, сэр, я никогда не использовала здесь имя Терри, а в повестке написано "Терренс". На вашем месте я бы не стала пытаться таким образом избежать явки в суд. Документы вам были вручены должным образом и законно, сэр. У меня есть документальное подтверждение. Если вы не явитесь или будете утверждать, что вас не обслужили, это только разозлит судью Высшего суда и, возможно, вашего работодателя, Департамент полиции Лос-Анджелеса.

Сакс убрала ногу, и Спенсер закрыл дверь. Его тень осталась за витражной панелью. Сакс на мгновение задержалась у двери, затем протянула руку и постучала снова, на этот раз мягко, почти сочувственно.

— Совет, мистер Спенсер? Приходите с адвокатом. И вы должны знать, что привлечение Кэти Кронин было бы конфликтом интересов. Ее фирма представляет интересы Престона Бордерса, а не ваши. Хорошего дня, сэр.

Съемка развернулась на 180 градусов, когда Сакс повернулась и пошла по каменной дорожке к ожидающей ее машине. Местом явно были холмы Лагуны. и Босх мог видеть кобальтово-голубой океан над линией крыши дома на другой стороне улицы.

Видео закончилось, и Холлер забрал свой телефон. Он посмотрел на Босха с улыбкой.

— Довольно аккуратно, да? — сказал он. — Думаю, мы здорово подзадорили мистера Спенсера.

— Как ты думаешь, что он сделает?

— Я надеюсь, что он появится. Я сказал ей, чтобы она сказала, что он может разозлить судью и его работодателя. Может быть, это заставит его появиться.

— Ты сказал ей, чтобы она посоветовала ему привести адвоката? Адвокат может сказать ему воспользоваться пятой поправкой.

— Возможно. Но я подумал, что стоит рискнуть. Нам нужно, чтобы он освободился от Кронинов. Надеюсь, он не даст им понять, что происходит.

— Я понимаю, но, если он даст показания, мы никогда не узнаем, как он разыграл улики и попал в тот ящик.

— С некоторыми секретами приходится жить, если ты выиграл дело. Понимаешь, о чем я?

— Наверное. Что еще у нас есть?

— Вот тут-то ты мне и нужен, брательник. Циско на свободе — надеюсь, он не оступился — и мне нужен следователь. Я хочу найти…

— К твоему сведению, Циско работает на меня. Со вчерашнего дня. Не по этому делу. По личному делу.

Холлер рассмеялся, думая, что это шутка.

— Я серьезно, — сказал Босх.

— Личное дело, — сказал Холлер. — Какое личное дело?

— Он помогает моему другу, и это конфиденциально. Это не имеет никакого отношения к этому делу.

— Это имеет отношение, если у меня нет моего следователя. Что, блядь, происходит?

— Послушай, это было срочно, и он был мне нужен. Он прояснит всё позже, и тогда я смогу тебе все рассказать. Но у тебя есть я. Ты сказал, что хочешь найти что-то или кого-то. Что? Кого?

Холлер долго смотрел на него, прежде чем ответить.

— Это кто, — наконец сказал он. — Я достал судебное дело по первоначальному процессу и читал расшифровку. Я хочу найти Дину Скайлер.

Босху не потребовалось много времени, чтобы установить имя. Дина была младшей сестрой Даниэль Скайлер. Именно она должна была навестить Даниэль во время каникул.

Визит так и не состоялся, но Дина приехала из Голливуда, штат Флорида, во время судебного процесса, чтобы дать показания о планах сестер жить вместе и взять штурмом Голливуд, штат Калифорния. Дина была на восемнадцать месяцев моложе, и Даниэль ее опекала. Давая показания, она говорила о том, что им нравился фильм "Белое Рождество", потому что это была история шоу-бизнеса о двух сестрах. Она рассказала присяжным, что каждый праздничный сезон они исполняли песню "Сестры" для своих родителей.

Дина была сильным свидетелем на стадии вынесения приговора. Босх всегда считал, что именно ее часовые слезные показания склонили присяжных, а затем и судью к смертной казни.

— Я думаю, что она может понадобиться нам для эмоционального воздействия, — сказал Холлер. — Я хочу, чтобы судья знал, что семья все еще переживает, что сестра жертвы находится прямо в зале суда, и ему лучше сделать все правильно.

— Она активно присутствовала на суде.

— Она переехала сюда, как они с сестрой планировали?

— Да, переехала. Я поддерживал с ней связь в начале, а потом она как бы заглохла. Думаю, я был напоминанием о том, что случилось с Дани. Я получил сообщение и перестал ее проверять.

— Дани?

— Даниэль. Люди, которые ее знали, называли ее Дани.

— Если тебе разрешат дать показания в среду — а я сойду с ума, если этого не сделают, — обязательно назови ее так.

Босх ничего не ответил. Подобные тонкие манипуляции были частью повседневной жизни Холлера, но они всегда беспокоили Босха, даже если делались в его пользу. Он чувствовал, что если он не одобряет их со стороны адвокатов, работающих против него, то не должен принимать их от тех, кто работает на него.

Холлер продолжил.

— Итак, у нее получилось? — спросил он. — Я поискал ее на IMDB, но там ничего нет. Она сменила имя или что-то в этом роде?

— Эм, я не очень-то следил за этим. Я не знаю, осталась ли она в бизнесе.

— Как ты думаешь, ты сможешь ее найти?

— Если она жива, я найду ее. Но если она не в Лос-Анджелесе, я не знаю, как доставить ее сюда к утру среды.

— Хорошо. Просто посмотри, что ты можешь сделать. Может, нам повезет.

— Может быть. Что еще?

— Для тебя — все. Я собираюсь поработать здесь сегодня утром и прикинуть путь дела.

— Что это?

— Единственное, на что мы можем рассчитывать, так это на то, что наша просьба вмешаться в ходатайство об отмене иска вызовет сильный огонь со стороны окружного прокурора и Бордерса. Я приведу аргументы и предложу судье что-то вроде неофициального обзора того, что мы представим, если нам дадут разрешение. Я пробегусь по списку наших свидетелей и скажу, что каждый из них готов дать показания. Если мы убедим судью, тогда мы в деле, и тогда мы надерём им задницы.

— Понял. Ты не возражаешь, если я отвалю? Утром мне нужно заняться кое-какими делами, и я хочу заняться поисками Дины.

— Без проблем, Гарри. Иди и найди ее. Но между этим и средой поспи немного. Я не хочу, чтобы ты пришел в зал суда с таким видом, будто ты виновен.

Сделав последний глоток кофе, Босх направил на Холлера палец, как пистолет, и выскользнул из кабинки. Холлер заговорил снова, прежде чем он успел уйти.

— Эй, Гарри, и последнее? Ты чертовски хороший детектив, брат, но я хочу вернуть своего человека Циско.

— Хорошо. Я скажу ему.