Что, черт возьми, произошло?

Ее сожгли в Иркутске.

Сора нашла свой защищённый телефон и набрала код бедствия своему куратору в NIS в Сеуле. Ответ пришёл всего через минуту: ей сказали…

держись крепче в Иркутске.

Она ввела ещё один код. На этот раз он означал, что её партнёра убили.

На этот раз ответ занял несколько минут.

Этот код говорил ждать дальнейших инструкций.

Они это серьезно?

Теперь она осталась одна в Сибири. Кто эти люди, которые убили Джин и пытались убить её? ФСБ или ГРУ, она была уверена. Но кто именно, было неважно. Её скомпрометировали, и они хотели её смерти.

OceanofPDF.com

3

Москва, Россия

Карл забронировал билет второго класса в спальном вагоне на Транссибирской магистрали в последний момент на Московском центральном вокзале всего за час до отправления. Он использовал свой российский паспорт и наличные, но всё равно ощущал недостаток полной анонимности. Отчасти это, конечно, было связано с российской паспортной системой, где правительство отслеживало всех.

У американцев была иллюзия гражданских свобод, но за ними следили и за пределами страны. Внутри Америки за ними следили по их собственной глупости: они регистрировались в социальных сетях, покупали товары онлайн в кредит и раздавали свои номера социального страхования, как конфеты в начальной школе.

Он размышлял обо всем этом, пока поезд петлял по окраинам Москвы и начинал набирать скорость.

Затем он услышал шум снаружи своего спального вагона и повернул голову к двери. Он надеялся, что ему повезёт, и вагон будет в полном распоряжении. Но во втором классе никаких гарантий не было.

Дверь открылась, и вошла молодая пара. Они были немного растрепаны, словно пассажиры Eurail, купившие месячный проездной, но забывшие купить мыло и шампунь. Разница была лишь в отсутствии запаха. Никакого. Женщина была достаточно красива, если ей было не всё равно, подумал Карл. Её вьющиеся чёрные волосы не видели расчёски уже несколько дней. На ней не было заметного макияжа.

И одежда на ней была изорвана. Вероятно, так задумано, а не изношено. У парня была неряшливая борода – лоскутное одеяло из светло-рыжих волос, словно приклеенных. Волосы у него были тонкими и длинными, как у хиппи из шестидесятых.

У каждого из них был рюкзак побольше, но выглядели они почти новыми, без обычных следов износа и загрязнений от долгого путешествия.

«Вижу, ты уже запер эту сторону, приятель», — сказал мужчина Карлу по-английски, с явным австралийским акцентом, свободно льющимся из его тонких губ. Он повернулся к своей девушке и добавил: «Похоже, ты сверху, Энджи. В любом случае, тебе так нравится».

«Отвали, Бакли», — сказала она. Она посмотрела на Карла и добавила: «Он такой придурок. Извини. Ты говоришь по-английски?»

Карл колебался, так как он уже давно не говорил по-английски.

С лёгким русским акцентом он ответил: «Да, знаю. Но не идеально».

Она рассмеялась и кивнула в сторону своего партнёра. «Всё в порядке. Он тоже».

«Отсоси у меня», — сказал мужчина и запрыгнул на нижнюю койку.

«Вы понимаете это?»

Протянув руку Карлу, она сказала: «Энджи Бёрк. Через букву «Э».»

Карл пожал ей руку и дал ей свое нынешнее русское имя,

«Николай Иванов. Но, пожалуйста, зовите меня Нико».

«Приятно познакомиться, Нико», — сказала Энджи, пожимая ему руку.

«Приятно познакомиться», — сказал австралиец. «Почему бы тебе просто не прыгнуть ему на кость?»

«Не обращай на него внимания, — сказала она. — Ты думаешь, что знаешь человека. Но это не так, пока не поедешь с ним».

Наконец мужчина протянул руку Карлу и сказал: «Бакли Уорнер».

«Тебя называют Баком?» — спросил Карл.

«Бакли. Это фамилия».

«Не слушай его, — сказала она. — Он может проследить свою родословную до первых заключённых, привезённых в Австралию из Англии». Она посмотрела на койку над Карлом и сказала: «Ты путешествуешь налегке».

Бакли схватился за живот и сказал: «Мне нужно сбросить одну». Он встал и направился к двери, но на секунду остановился, чтобы указать на Энджи. «Не вали её, Энджи. Она бы свалила богана в субботу вечером и дважды в воскресенье». Австралиец ухмыльнулся, выходя из спящего.

Энджи покачала головой. «Не слушай его».

«Я думал, что понимаю английский», — сказал Карл.

Она села напротив него и спросила: «Где ты научился?»

«Я был студентом по обмену в Америке», — сказал он.

«Тогда нам, возможно, понадобятся субтитры», — сказала Энджи.

"Ты женат?"

«Боже, нет. Я думала, он мой парень. Но потом мы отправились в это путешествие.

Нашей целью было объехать как можно больше стран по железной дороге. Пару дней назад мы добрались до Москвы. Но с этим люверсом у нас постоянные проблемы.

"Что?"

«Извините. Громмет — это молодой сёрфер. Хотя Бакли уже не молод. И, думаю, его дни в сёрфинге уже позади. Он был профессионалом какое-то время. Пока год назад не сдал. А чем вы занимаетесь?»

«Я аспирант», — сказал Карл.

"В?"

«Международные отношения и геостратегические исследования».

«Это полный рот», — сказала Энджи.

"А ты?"

«Я как бы безработный. После университета я работал на адвоката. У парня постарше. Поначалу он был боссом-потрошителем. Но в конце концов он...

хотел меня укоренить».

"Что случилось?"

Она улыбнулась. «Я сломала ему нос».

«Похоже, он сам напросился». Он помедлил, а затем взглянул на часы. Карлу нужно было идти в вагон-ресторан. Профессор скоро появится.

«Тебе нужно куда-то пойти?» — спросила она.

«Я сегодня утром ничего не ел, — сказал Карл. — И не пил утренний кофе». Он встал и подумал о том, что оставил в спальном мешке. В его большой сумке была только одежда. Он перекинул студенческий рюкзак через правое плечо. Там лежал его ноутбук. Но он был очень зашифрован, так что он мог оставить его хакерам, и им потребовалась бы больше тысячи лет, чтобы его взломать. Также в его школьном рюкзаке лежал 9-миллиметровый Glock.

Это останется с ним.

Карл открыл дверь, и австралиец чуть не упал в тесный отсек.

«Боже мой, — сказал Бакли. — Она уже надоела тебе до смерти?»

«Вовсе нет», — сказал Карл. «Просто иду выпить кофе и перекусить».

«Они берут за это огромные деньги, — сказал Бакли. — Кстати, если вы думаете о WC, дайте этому время, чтобы всё утряслось».

Карл кивнул и перевёл взгляд на Энджи, которая, казалось, ждала приглашения пойти с ним. Но у него были дела. Поэтому он оставил австралийцев препираться всё утро.

Вагон-ресторан находился двумя вагонами ближе к началу поезда. К тому времени, как Карл добрался туда, там уже начинало заполняться. Он сел в самом конце справа, откуда одним взглядом можно было охватить весь вагон.

Карл познакомился с Яной Быковой однажды, на студенческой вечеринке, больше месяца назад. Ей было под сорок, она была трагически разведена, бездетна и, казалось, с хищным интересом ко всему, что связано с брюками.

— включая некоторых аспиранток. Как она вообще могла быть хоть как-то связана с темой Карла, оставалось для него загадкой.

Профессор вошла в вагон-ресторан с опозданием на несколько минут и попыталась не заметить Карла справа, но потерпела неудачу. Карл предположил, что для своего возраста она была довольно привлекательной. Возможно, в молодости она была гораздо интереснее. Но теперь время начало морщинить её лицо, а гравитация притянула некоторые участки тела, отчего грудь и ягодицы обвисли. Она собрала свои светлые волосы в хвост, который подчеркнул её высокие скулы и большие голубые глаза.

Она пошла в начало поезда, словно кого-то искала. Пожилой мужчина в дальнем конце вагона поднял подбородок, приветствуя её. Но она просто…

Развернулась и направилась обратно к Карлу. Поскольку все остальные столики были заняты, она остановилась перед Карлом и спросила, может ли она сесть за его столик.

Карл протянул ей руку и сказал: «Пожалуйста».

Она сидела спиной к комнате, не сводя глаз с Карла. «Мы уже встречались», — тихо сказала она.

«Начало года», — сказал Карл.

Она указала на него и сказала: «Тебя зовут Нико».

«Николай Иванов». Он протянул ей руку, и она неловко долго держала её. Но это было к лучшему, ведь другие пассажиры вагона-ресторана видели, что они только познакомились.

«Яна Быкова», — сказала она.

«Профессор международных отношений, — заключил он. — Я вас ещё не видел».

«Пока нет. Но, надеюсь, скоро».

«Какая у вас специальность?»

Она улыбнулась. «Мы всё ещё говорим о моей преподавательской деятельности?»

"Конечно."

«Ну, тогда это дела Дальнего Востока».

Пока они разговаривали, взгляд Карла постоянно оглядывал других пассажиров вагона-ресторана.

Только пожилой джентльмен на дальней стороне машины, казалось, был заинтересован

И, как и Карл, он сидел в стратегически выгодной позиции, откуда открывался полный обзор на каждого посетителя.

Она наклонилась через стол к Карлу и сказала: «Мой друг был обеспокоен и посоветовал мне сесть на этот поезд. Но я понятия не имею, почему».

Карлу было трудно в это поверить. Знала ли она о судьбе коллеги? Если да, то она была слишком спокойна.

«Он упомянул меня?» — спросил Карл.

Яна покачала головой.

«Это хороший знак», — подумал Карл.

Внезапно крошечный коммуникатор Карла в правом ухе включился, и его куратор из ЦРУ Родди сказал: «Спроси ее о работе с твоим связным, но не рассказывай ей о его смерти».

«Вы работали с профессором Чазовым. Расскажите о вашей работе».

Прежде чем она успела ответить, подошёл официант и спросил, что они будут заказывать. Меню было ограниченным, поэтому Карл заказал кофе, яичницу-болтунью и сосиски. Профессор улыбнулся и заказал то же самое.

«Ну и что?» — спросил Карл.

«Мы вместе написали статью, — сказала она. — Об отношениях Дальнего Востока с Китаем и Северной Кореей. Это было не то чтобы нечто новаторское.

Чаз когда-то работал в МИДе. Он знает, как наше правительство, скорее всего, отреагирует на определённые переменные.

Карл знал, что статью написал профессор Чазов. Именно так Агентство впервые узнало о работе профессора. Но он понятия не имел, что соавтором этой работы была Яна Быкова.

«Где была опубликована эта статья?» — спросил он ее.

Она наклонилась ближе к Карлу и сказала: «Это не было опубликовано, Нико.

В этом и проблема. Вся наша работа должна проходить государственную экспертизу. Наша статья была подана более полугода назад. Насколько мне известно, профессор Чазов не получал ответа от правительства.

Интересно. Агентство, должно быть, перехватило статью профессора примерно в то же время, когда он передал её на рассмотрение российскому правительству.

Это означало, что у ЦРУ был контакт внутри ФСБ.

«Почему правительство так долго не реагирует?» — спросил Карл.

«Хороший вопрос».

Им принесли еду, и они ели, почти не разговаривая. Но это не мешало Родди говорить Карлу на ухо. У него были вопросы, на которые Карл не мог ответить. По крайней мере, не здесь.

Когда они закончили есть и допили третий кофе, Карл сказал: «Нам нужно поговорить позже. Возможно, в более уединённом месте». Это дало бы ему время обсудить кое-какие дела с Агентством.

«У меня есть свой спальный вагон первого класса», — сказала она. «Почему бы тебе не зайти сегодня днём? А потом мы могли бы вместе поужинать».

«Она хочет наброситься на молодого аспиранта», — сказал Родди ему на ухо, как школьник.

«Три тебя устроит?» — спросил Карл.

«Отлично работает», — она дала ему номер своей каюты.

Расплатившись за еду наличными, Карл покинул профессора и вернулся в свою каюту. Он отчаянно надеялся, что австралийцы уже немного успокоились, но, когда он вошел в их комнату, они всё ещё препирались, словно старые супруги.

Они остановились, когда вошел Карл.

Энджи спросила: «Как тебе понравилась еда?»

«Неплохо», — сказал Карл. «Ты не будешь есть?»

Она вытащила обёртку из небольшой мусорной корзины и сказала: «Энергетические батончики на завтрак и обед. Наш бюджет позволяет нам есть только один раз в день».

«Ты мог бы позволить этому адвокату тебя прикончить», — сказал Бакли. «Может, подать на него в суд за домогательства».

«Ой. Это отвратительно», — сказала она. «Он старый, сморщенный человек».

Бакли пожал плечами.

Карл задумался об этом путешествии по России. Если ему придётся ехать шесть или семь дней во Владивосток, слушая этих двоих, он, наверное, сойдёт с ума. Или кого-нибудь задушит. Может быть, ему удастся получить повышение класса и переехать в другую каюту.

Родди сказал ему на ухо: «Кто, черт возьми, эти люди?»

Карл указал на двух австралийцев и сказал: «Дайте мне вспомнить.

Бакли Уорнер и Энджи Берк, с буквой «Э».

«Верно», — сказала Энджи и указала на Карла. «Николай Иван».

«Иванов», — поправил Карл.

«Хорошо. Конечно», — сказала она.

«Мне пришлось вчера допоздна готовиться к экзаменам», — сказал Карл. «Мне бы очень не помешал сон». Он надеялся, что Родди тоже поймёт намёк.

«Хорошо», — сказал Родди. «Я подробно изучу историю профессора Яны Быковой, пока ты спишь».

«Я прекрасно понимаю», — сказала Энджи. «Вчера вечером мы тусовались по клубам и распивали всю московскую водку».

Карл вытащил свой спутниковый телефон и отключил соединение. Затем он подключил телефон к розетке одним концом, а наушники — другим. Он откинулся назад и включил классическую музыку.

«Времена года» Вивальди .

Энджи встала и задернула шторы на окне, затемнив комнату.

Сквозь звуки Вивальди Карл услышал стук поезда по рельсам и почувствовал лёгкое покачивание вагонов. Мысли его вернулись к текущей ситуации. Когда он присоединился к Агентству, он думал, что могут быть такие дни, когда он не до конца понимает, в чём заключается его миссия. Он знал, что работа под прикрытием строится на укреплении доверия с объектом.