— Как твои девочки, подруженька? — первой спросила у Веры Галина, закрыв дверь в кухню и поставив телефонный аппарат перед собой.

— А что им? Здоровы, слава Богу. А чего же с них взять? По ночам бегают, заразы, в соседнюю деревню на танцы. Год закончили хорошо, не стыдно. Одно молю, только бы не принесли матери в подоле. Это ж не хлопцы, от девок всего можно ожидать… — Вера устало вздохнула.

— Не придумывай, они у тебя в строгости растут… Аня, небось, в медицинское пойдет? — о старшей дочери подруги завела разговор Галина.

— Да, отвезла уже документы в Минск. Говорит, буду, как и ты, мама, фельдшером. Я не перечила, хотя трудно мне будет ее учить. Но с Господней помощью как-нибудь справимся. А как мой крестник?

— Все прекрасно. Мы уже все сами читаем, считаем. В сентябре нам в первый класс, — поделилась радостью Галина.

— Ой, девка, все же счастливая ты в детях. Хоть и муженек бывший — подонок. Как рассказала, до сих пор меня трясет. Да, что там скажешь, их племя все такое… Что мой, что твой. Как вспомню, так и по молодости пил да бедокурил. На нормального парня разве счастье выпадет? Думала, переделаю на свой лад, изменится к лучшему. Изменился. Столько слез пролила. Наверное, их, хороших парней, и не было в природе. Или жизнь их делает черте кем…

— Были. У нас в классе много хороших ребят было. И сейчас не изменились. Счастливы с ними жены, знаю. По глазам видела и завидовала…

— Когда ж это видела? — удивилась Вера.

— Так мы ж раз в пять лет встречаемся…

— А мы ни разу не собирались вместе. Да и негде собраться. Деревни нашей нет, закопали. Попробуй теперь собери. Да и кто возьмется? Тут организатор хороший нужен… — озабоченно ответила Вера. — А в следующем году у нас могла бы быть юбилейная встреча, двадцать пять годков, как разлетелись кто куда…

— А у нас сегодня… — призналась без энтузиазма в голосе Галина. — Сегодня вечером…

— Да ты что! Просто класс! Поедешь, конечно?

— Не знаю, Вера…

— А что так, подружка?

— Это… знаешь, сразу не расскажешь… — Галина не хотела это обсуждать.

— А я не спешу, и телефон за неуплату не собираются отключать… — настаивала на своем подруга. — Вываливай, что там носишь в душе… Слышу же, готова зареветь. Чего стряслось?

— От тебя спрячешь… — женщина разволновалась.

— Не мудри…

— Да я и ездила всегда не из-за них, одноклассников… — еле выдавила из себя женщина. — Хотела увидеть только одного…

— Это была первая любовь? — проницательная Вера читала ее мысли на расстоянии.

— Наверное, это была моя судьба, но я ее растоптала. За то, что я сделала, не прощают… — голос Галины задрожал, она готова была заплакать.

— Он тебя любил?

— И я его любила. И так смалодушничала, струсила. За что и поплатилась. За это плачу по счетам всю жизнь, потому что сама загубила свою жизнь. Своими руками…

— Держись, сердечная…

— Да мне ничего и не надо, только увидеть, какой он стал, попросить прощения. Попросить надо обязательно, он очень чистым был парнем, а я — противная, смазливая дрянь… Только он не приезжает и не приезжает. Говорят, где-то в России живет…

— А вдруг приедет теперь? — Вера, казалось, была готова зарыдать с подругой за компанию. — Вдруг он приедет?…

— Я бы умоляла простить… Крест на мне. Что же мне делать, Вера? Я ведь и забеременела была от него, да мать заставила сделать аборт, чтобы в деревне пальцем не тыкали…

— Обязательно ехать. Хотя бы убедишься, что его снова нет. А потом, я так понимаю, произошло что-то между вами нелепое, детское… Если он не приедет — забыть навсегда. У тебя будет совесть чиста, спокойно будешь жить для себя, для детей…

— Нет, не детское. В такие игры дети не играют… Но, наверное, ты права, подруга. Я подумаю.

— А что тут думать? Конечно, езжай. Ты ничего не теряешь — среди людей забываешь о многом.

— Я там об этом только и вспоминаю. Погибшего братика, ушедшую безвременно бабушку и сгоревшую от водки мать…

— Но ты ведь сильная, подруга…

— Нет, я слабая… Мне так хочется быть слабой, а жизнь заставляет быть сильной.

— Все будет хорошо. У Миколки все в порядке?

— Сегодня приедет…

— Оставляй на парня Олежку, а сама — хоть на такси потраться, на часок, на встречу. Далеко ли до деревни твоей?

— Полтора часа езды будет…

— Езжай, обязательно. Деньги — мусор. Не было и не будет. Завтра созвонимся. Не хандри, слышишь, Галчонок. Негоже. Даешь слово?

— Уговорила…