Совсем хрупкая, маленькая и рыжеволосая одноклассница долго оставалась его идеалом. Девчушка, похожая на Мальвину из детской сказки, лишила Алексея сна. Однако Галка всегда водилась с парнями постарше — с однолетками почему-то ей было не интересно. Понятное дело, что и его, особо ничем не отличающегося от других, казалось, просто не замечала.

В то время, кому быть ее провожатым, определялось за углом школы. Зачастую с кулаками. Алексей Савич, так как особым физическим здоровьем похвастаться не мог, смирился со своим заочным поражением. И пока где-то там шли «бои», танцевал вальс, танго, польку со всеми подряд девочками своего класса. Очень уж любил, в отличие от одноклассников и старшеклассников, танцевать. Но ее, увы, так и не посмел пригласить. Ни разу. Наверное, потому что кем-то было установлено приглашать Ангела (так ее, Галку, многие звали в школе, благодаря старушке-завучу, однажды милостиво наградившей успешную ученицу таким прозвищем) старшим односельчанам. И провожать домой тоже.

Несмотря на то, что учились десять лет в одном классе, он, как оказалось, совершенно не знал ее. Поэтому, в зависимости от настроения, рисовал в своих фантазиях девочку редко светлой, а зачастую все больше черными красками. Парень, правду сказать, не принимал на веру все, что доходило до его ушей. Не верил всякому вздору, касающемуся его божества, его Ангела. А молва была плохая. Он же, чудак, на что-то надеялся, втайне мечтал об этом совершенстве в юбке.

О, где эти шестнадцать лет! Юношеские мечты!

Он ведь так и не смог подойти к ней. И, наверное, так и не посмел бы…

Да, он все-таки любил последние два года учебы в школе — особой, одухотворяющей любовью — маленького сельского ангелочка по имени Галка…

Как, оказывается, больно, вспоминать…

Алексей Николаевич попытался отвлечься от своих мыслей. Полупустой автобус въезжал в Слуцк. Город он едва узнал. Чистый, уютный. Поймал себя на мысли, что, очутись случайно на его улицах, без чьей-то помощи вряд ли смог бы найти автовокзал. Двухэтажный красавец, наверное, построен позже. Он его не помнил. Хотя этот город из его детства. Подзаработав денег на заготовке вторсырья (на чем в детстве только нельзя было не заработать: весной — строчки и сморчки, круха, летом — черника, лечебные травы, грибы!), отправлялся к старшей сестренке в Минск. Она уже работала продавцом в продуктовом магазине недалеко от Привокзальной площади. Помнил, там за пять копеек можно было попить различных соков. Это были самые счастливые моменты из его детства-юношества!

Березовый сок особенно ему нравился. Ведь дома пили из бочки, кислый и крепкий, настоянный на дичке. А этот, из банки, был сладким, с удивительным привкусом. В деревне еще тогда не научились консервировать свежий березовик с лимонной кислотой и сахаром.

Слуцк же ему запомнился другим: за 8 копеек здесь можно было купить упаковку белоснежного зефира — новинка для сельского парня, еще не видевшего таких сладостей. В райповский сельмаг, пропахший селедкой и табаком, не завозили ничего подобного. А в этот город, о котором в народе говорили, что «у Слуцку ўсё па-людску», вспомнил, он приезжал с одноклассниками за подарками девчонкам к 8 Марта. Тогда купили им какие-то копеечные репродукции, так как понравились красивые рамки, и шоколадные конфеты…

Приобретя местные газеты, Алексей Николаевич вернулся в автобус. Пассажиров стало на десяток больше, а дышать тяжелее, жаркий день набирал свою силу, жестоко расправляясь с утренней прохладой.

Через минуту путешествие продолжилось. Следующая остановка в еще одном городке из его детства — Любани…