Волну успеха подхватил и владелец ресторана Михаэль Дайс. Весной он расширил и без того немалый сад своего ресторана Zu den zwey Tauben («У двух голубей») на Хоер Маркт (Hoher Markt)[29], о чем уведомил в венской газете «Интеллигентный листок»: «Украсил обновленное заведение всевозможными кустами и цветами». Особым моментом для посетителей, как сообщил он своим «высокочтимым P. T.[30] господам гостям», «стала забота о приятной дневной садовой музыке… В каждую среду и субботу все лето под руководством господина Иоганна Штрауса 12 человек с духовыми и скрипичными инструментами будут исполнять ласкающую слух музыку…».

Это обязательство стало началом сказочной карьеры музыканта. Кстати, здесь Штраус впервые решился требовать от публики плату за вход, вместо прежних пожертвований и добровольных взносов. Дебют в ресторане совпал с периодом гостиниц, положивший начало завоеванию Вены. Захватывающее дух завоевание города началось. Штраусу было всего 22 года.

Сердца венцев принадлежали Иоганну Штраусу отчасти благодаря его веселым мелодиям, но существенное влияние на успех оказывало и его личное солирование. Биограф Штрауса Макс Шенгерр писал: «Как бы ни были хороши его композиции – надо было видеть, как он их исполняет. Да, именно видеть, а не только слышать. Наблюдать, как бледный, худощавый молодой человек… берет скрипку и, словно по заводу дьявола, начинает играть. Мгновение – и оркестр объят сатанинской силой, от него головокружение передается публике, и пока кто-то успевает понять, что произошло, вся толпа, заполнявшая зал или сад, становится единым целым, не слыша более ничего, кроме этого ритма, этого звучания, и не замечая никого, кроме этого фантастически чародейского мастера».

Иоганн Штраус рано познал восхищение публики. Кроме танцевальной музыки он также исполнял отрывки из опер и произведения других композиторов. Он мчался с бала на бал, с праздника на праздник, его торжественно встречали и ему аплодировали, он непрестанно записывал новые мелодии, которые издатель Диабелли буквально вырывал у него из рук. Решительный карьерный скачок Штраус совершил в сентябре 1827 года. Уже больше не было Памера, Штраус стал его преемником – музыкальным директором в «Белом лебеде». И уже вскоре взбудораженная публика в расточительно украшенном танцевальном зале, едва заслышав его композиции, буквально срывалась с цепи: раскрасневшиеся от танца лица; громкие крики «Бис!», следовавшие один за другим.