В комнату полился утренний свет. Арлета перевернулась в постели и заставила себя разлепить тяжёлые веки. Она не сразу узнала незнакомую спальню, но стоило только уловить мускусный запах, как воспоминания прояснились. В другом конце комнаты трое маленьких бобрят дремали в построенной крепости. Стены из одеял, поддерживаемые ножками стула и каркасом кровати, каким-то образом продержались всю ночь.

Остальные члены семьи бобров тоже ещё спали. И мать, и отец храпели, как парочка огров. У одного из детей постарше на лице лежала деревянная головоломка. Скорее всего, сон сморил его прямо во время игры.

Накануне вечером Арлета даже не заметила маленького окошка в дальнем конце комнаты, но именно через него проникал бледный утренний свет. В какой-то момент посреди ночи Тео забрался в соседнюю кровать, но лёг валетом: его голова покоилась у изножья, из-под одеяла виднелась только копна золотистых волос, а ноги лежали на подушке.

Девушка потянулась к своей сумке и порылась в ней. Кончики пальцев нащупали знакомую форму карманных часов. Она вытащила их, чтобы проверить время, и, прищурившись, всмотрелась в циферблат. Тиканье часов мерно отдавалось ей в ладонь. Несмотря на сонливость девушки, цифры вдруг приобрели чёткость. Остатки сна моментально выветрились из головы.

С того момента как они должны были отправиться в путь, прошёл не один час.

Арлета быстро подсчитала, сколько времени им осталось на дорогу до Ланхейма. Сердце Арлеты похолодело от ужаса, страх инеем расползся по всему телу. Они ни за что не успеют до закрытия ворот и окончательного прекращения записи участников!

– Тео, – позвала она дрожащим от разочарования голосом, – мы проспали.

– М-м? – донёсся из-под одеяла его хриплый, усталый голос.

– Мы опоздали!

– Что? – Тео резким жестом сбросил с себя одеяло и сел. Сощурился, пытаясь разглядеть время на развёрнутом к нему циферблате часов. – Проклятье. Я же обещал, что доставлю тебя вовремя.

Он вскочил с кровати, словно испуганный олень, и стал торопливо натягивать на себя одежду, непрестанно бормоча себе под нос, что «это никуда не годится» и всё это «его вина».

Несколько бобров пошевелились, но не проснулись.

Арлета накинула чистые жилет и юбку поверх сорочки, в которой спала. Она быстро собрала всё, что выпало из сумки, и как попало запихнула обратно, задаваясь вопросом, к чему такая спешка. На повозке они ни за что не успеют вовремя. Это не пессимизм – это факт.

– Значит, возвращаемся обратно в Аденашир, да? – прошептала Арлета, и в её голосе прозвучали нотки безнадёжности, от которой, как она думала, она избавилась прошлой ночью.

Тео застыл, и на мгновение его бормотание стихло. Он выругался.

– Фу, ты сказал «дрянь», – невнятно пробормотал сонный бобрёнок из импровизированной крепости, а затем снова засопел.

В любое другое время Арлета бы даже посмеялась.

Она пошатнулась и села на кровать. В голове у неё все перемешалось. Девушка отчаянно пыталась найти хоть какое-нибудь решение. Как спасти эту поездку, обернувшуюся сущей катастрофой?

– Ещё раз, когда закрываются ворота?

– На закате, – ответил Тео, понизив голос.

Арлета на секунду задержала дыхание, а затем выдохнула.

– Это даёт нам чуть меньше семи часов.

Эльф мрачно кивнул.

– Даже если будем нестись что есть духу, на повозке мы доедем до Ланхейма часов за девять, учитывая состояние дороги. И это в лучшем случае – если по пути не возникнет других заминок.

Арлета в задумчивости потёрла подбородок. От пришедшей в голову идеи у неё в животе всё перевернулось. Это было дерзко. И не добавляло ей, потерявшей свои секретные ингредиенты по дороге, чести.

Слова едва не застряли у девушки в горле, но она заставила себя произнести их вслух:

– А что, если оставить повозку здесь, на постоялом дворе, и поехать на Нимбусе?

На секунду предложение застыло в воздухе между ними, воплощая в себе отчаяние и безрассудство.

– Но ты же леди, – возразил Тео. – Это неподоба…

Арлета, хмыкнув, оборвала его. Она обвела рукой комнату, намекая на то, в каких условиях они сегодня спали.

– Мне всё равно.

Даже при тусклом свете был заметен румянец, окрасивший щёки Тео. Его смущение выглядело просто очаровательным, но сейчас Арлете было не до этого.

Она отрешённо покачала головой, обдумывая возможные варианты.

– Уверена, что за определённую плату владелец трактира присмотрит за повозкой. Я могу заплатить за хранение.

Она покопалась в своей сумке и вытащила на свет заработанные в последний день на рынке серебреники. Несколько монет должны были покрыть хотя бы часть цены. Девушка протянула их Тео.

– Тебе не обязательно… – начал он.

– Я считаю это необходимым, – твёрдо перебила его Арлета. – Я бы не позволила тебе везти меня в Ланхейм, если бы у меня не было, чем возвращать долг.

Плечи эльфа расслабленно опустились. Он взял монеты из её руки и кротко кивнул.

– Я всегда к твоим услугам, Арлета.

Его искреннее желание помочь вызвало в животе девушки необъяснимый трепет. Шею и грудь опалило жаром, и она еле выдавила из себя:

– Спасибо.

– Нам пора, – сообщил Тео и убрал монеты в карман. В его тон вернулась привычная готовность действовать.

Через несколько минут они оставили бобров досыпать в опустевшей на двух постояльцев комнате и вышли на улицу со своими сумками и плащами. Тео договорился с владельцем постоялого двора: через две недели или немного раньше он вернётся в «Двух единорогов» вместе с Нимбусом и заберёт повозку.

Буря полностью утихла, и небо стало таким же кристально чистым и голубым, как глаза Тео. Пока они шли к конюшне, эльф протянул Арлете печенье, густо намазанное солёным сливочным маслом и клубничным джемом.

– Тебе нужно поесть.

– Спасибо.

Арлета съела сладко-солёное лакомство всего за несколько укусов. К этому времени они как раз подошли к стойлу. Нимбус во всей своей пятнистой красе жевал сено из кормушки. От землистого, сыроватого аромата конюшни Арлета слегка сморщила нос, но это ничуть не уменьшило удовольствия, которое доставило ей печенье.

Эльф провёл рукой по боку жеребца, и тот, повернув голову, посмотрел на Тео блестящими умными карими глазами. Достав из кармана морковку, Тео, как показалось девушке, вступил с Нимбусом в молчаливую беседу.

Видимо, удовлетворившись тем, что было ему сказано, конь фыркнул.

– Нимбус не возражает против того, чтобы ты села в седло. – Тео на миг замолчал и приподнял одну светлую бровь. – И он говорит, что ты была права: нам следовало поступить так с самого начала.

Арлета хихикнула:

– Животных в отличие от нас мало заботят все эти глупости этикета.

В знак согласия Нимбус вскинул голову, и его светлая грива заиграла в лучах утреннего света.

Тео похлопал своего друга по шее.

– Он говорит, что, возможно, нам следует чаще прислушиваться к ним.

– Пожалуй, – согласилась Арлета.

Вскоре Тео уже надёжно крепил сумки к седлу. В одну из них он сложил несколько печений так, чтобы они оказались прямо под рукой. Нимбус был готов к дороге.

Эльф сел верхом и подал Арлете руку. Она взяла его за ладонь, поднялась следом и устроилась перед Тео. Его руки немного задевали её, вызывая волну мурашек, но девушка быстро отогнала лишние мысли.

На этом они втроём оставили позади таверну «Два единорога».

Но сначала Арлета убедилась, что её приглашение на Турнир пекарей по-прежнему лежит у неё в кармане.

Не хватало потерять ещё и его.

Когда мощные копыта коня зацокали по дороге, Арлета поняла, почему у него был такой угрюмый вид, когда ему пришлось тянуть повозку. Ничем не скованный, Нимбус словно летел. Его свободолюбивая душа явно не терпела ограничений. Арлета надеялась, что Тео пообещал щедро угостить его сладкой морковкой и яблоками по возвращении в Ланхейм.

Солнечный диск неумолимо отсчитывал часы. За всё время пути Тео и Арлета сделали всего пару коротких остановок. О вчерашнем ливне напоминали лишь промозглый воздух и бесконечно хлюпающая под копытами земля. Дорога казалась нескончаемой. И чудилось, будто вместе с Арлетой и сами Северные Земли затаили дыхание в ожидании, повезёт ли путникам своевременно добраться до Ланхейма.

Однако, когда они пробирались через густые заросли Карликового леса, им вновь пришлось задержаться. Посреди дороги стоял фавн и отчаянно махал руками. Неподалёку от него, наполовину съехав в канаву, лежала перевёрнутая телега. Рядом находилась перепуганная чёрная с белыми пятнами корова. Животное застряло, но, по крайней мере, не пострадало. На другой стороне дороги сидели два ребёнка и развлекались какой-то игрой, основанной на комбинациях занятных жестов.

Тео осторожно потянул за поводья.

– Я знаю, что у нас нет на это времени, – негромко сказал он, словно отвечая на мысленное обращение Нимбуса.

– О, слава звёздам, – вздохнул фавн, направляясь к ним на своих маленьких козлиных ножках. – Мы торчим здесь уже несколько часов. До вас никто не остановился.

Голос его звучал взволнованно. Арлета прикусила губу. Она прекрасно осознавала, что часы на исходе, но при этом понимала: остановиться было правильным решением. И всё же Нимбус не ошибался: времени на помощь другим у них действительно не было.

– Добрый день, друг мой, – обратилась она к фавну, желая успокоить его.

Сердце девушки дрогнуло. Повернувшись к Тео, она уже шёпотом пояснила:

– Мы не можем просто оставить их.

В конце концов, пусть день неумолимо клонился к закату, доброе дело всегда стоило задержки.

Тео нахмурился, и меж его бровей обозначилась морщинка. Не то чтобы он не хотел помогать – просто понимал, что времени на это нет. Однако губы эльфа всё равно изогнулись в лёгкой дружелюбной улыбке:

– У вас есть верёвки?

Фавн активно закивал и проскакал к перевёрнутой телеге. Из-под тента он достал длинный моток коричневой верёвки.

Тео помог Арлете спуститься на землю и лишь после этого принял из рук фавна верёвку. Эльф глянул на Нимбуса, и тот вскоре кивнул, соглашаясь протянуть копыто помощи.

– Спасибо вам. Правда, спасибо. Я Караб, а это мои дочурки-близняшки, Регея и Рогора, – представил своё семейство фавн. Его глаза лучились искренней благодарностью. – Ещё раз спасибо вам, что остановились.

– Всегда рады, – ответила Арлета, чувствуя в душе тепло от того, что они не проехали мимо. – Я Арлета, а это Тео. Мы направляемся в Ланхейм на Турнир пекарей.

Она и сама не знала, зачем это выпалила, но что сделано, то сделано.

– Турнир пекарей? – хором ахнули близняшки.

Стоило намекнуть на сладости и пирожные, как они мигом отвлеклись от своей игры.

– Ага. – Губы Арлеты расплылись в улыбке. – Я в нём участвую.

– О-хо-хо! – зычно воскликнул Караб. – Удачи тогда!

Затем фавн и Тео отправились спасать корову.

Арлета кивком поблагодарила Караба и села рядом с близняшками. Сначала эльф и фавн обвязывали верёвкой корову, а затем Нимбуса. Несколько минут – и корова по имени Фиалочка уже стояла на дороге. Следующей была телега.

– А у вас, случайно, нет каких-нибудь образцов выпечки? – спросила Рогора у Арлеты, и глаза обеих девочек расширились в предвкушении. – Мы пропустили обед.

Девушка усмехнулась, увидев их полные надежды личики.

– Нет, но у нас осталось печенье, которое мы купили на постоялом дворе.

Она встала и вынула угощение из сумки, а затем отдала близняшкам, чтобы те поделили его между собой.

Над головой пролетела стая неизвестных белых птиц, описав в небе грациозную дугу. Арлета проследила за ними взглядом. Может, это было хорошим предзнаменованием. Они с Тео поступили правильно.

Вскоре девушка и эльф попрощались с фавнами и снова отправились в путь, хоть и с задержкой на полчаса.

– Всё в порядке, – заверил её Тео. – Нимбус сказал, что сможет наверстать упущенное время.

Через несколько часов лес поредел и остался позади. Взору открылся замок Ланхейма. Переливающиеся в свете последних лучей солнца башни были такими высокими, что едва ли не подпирали небо. Каждый камень словно покрыли мерцающей звёздной пылью. У Арлеты перехватило дыхание.

К сожалению, даже несмотря на то что Нимбус весь остаток пути мчал во весь опор, они не смогли обогнать солнце. Гигантские металлические ворота закрывались, с грохотом опускаясь всё ближе к земле.

Они опоздали.