Три судьи подошли к накрытому скатертью столу, где их ждали два впечатляющих творения – последних, что испекли на этом Турнире. Шалина ни разу не взглянула на Арлету с начала этапа судейства.

Девушка пыталась сосредоточить своё внимание на том, что происходило в данный момент, и не думать о своих друзьях, сидящих на трибунах. Но теперь, когда руки занять было нечем, её усилия оказались бесполезными.

Джез сидела, уперевшись локтями в колени, а её брови сошлись на переносице, подобно двум скрещённым в напряжённом бою мечам. Доли встала коленями на своё сиденье, практически дрожа от избытка чувств. Эрваш и Вердрет приобняли друг друга в поисках поддержки в столь волнующий момент.

А рядом с ними сидел Тео.

Именно его доводы убедили Арлету принять участие в Турнире пекарей. Да, у него, возможно, были и свои скрытые мотивы, но Арлета не сомневалась в его искренней вере в её способности. И один лишь тот факт, что он тоже был там, на трибунах, заставлял её сердце сбиваться с ритма.

Взгляд Арлеты переместился к месту неподалёку. Перед началом финального состязания его занимал слишком занятый своими делами брат Тэньи, а теперь оно пустовало. Затем она вновь посмотрела на своих друзей.

Боясь заразиться их нервозностью, Арлета быстро вперила глаза в пол в тщетной попытке сделать так, чтобы живот перестало крутить от волнения.

Трое судей окружили стол с творением Тэньи, словно стервятники, приметившие аппетитную добычу. Её семислойный яблочный торт с карамелью выглядел просто великолепно. По внешнему краю верхнего слоя были выложены дольки сочных красных яблок, а в центре тончайшие яблочные «лепестки» собирались в идеальный цветок розы. Тягучая карамельная глазурь каким-то волшебным образом стекала по стенкам торта ровными красивыми подтёками.

Судьи склонились друг к другу и зашептались, но Арлета не слышала, о чём они говорили.

Бросив косой взгляд в сторону, она заметила, что Тэнья вспотела: крошечная капелька пота покатилась вниз мимо её заострённого уха.

Гайя Торнэйдж заговорила первой.

– Чудесный выбор, Тэнья! Твой торт выглядит восхитительно. Сейчас узнаем, какой он на вкус.

Тиггуль подошёл к столу с вилкой и ножом и потянулся к творению Тэньи. Зрители притихли. Дварф отрезал один ломтик, потом ещё два и положил их на тарелки, подготовленные для каждого из судей.

Они одновременно вонзили в них вилки и почти в унисон откусили по первому кусочку. Сначала никто из них не выдавал своих эмоций, и Арлета в ожидании затаила дыхание. Вдруг Тиггуль поднял свою тарелку над головой, как трофей.

– Это великолепно! – объявил он, и его губы расплылись в широкой улыбке. – Влажный, сочный, тесто пропеклось идеально. Я допускал, что карамельная глазурь сделает торт чрезмерно сладким, но это не так. Тэнья, ты добилась прекрасного баланса. Я бы мог съесть два куска и даже не заметить этого!

Плечи Тэньи в облегчении опустились, хотя мгновение назад они были почти у самых её ушей. Однако двое других судей пока ещё не дали своих комментариев.

Гайя постучала вилкой по краю тарелки.

– Не могу не согласиться. Вкус изумительный, а более нежного бисквита и представить нельзя.

Тэнья глубоко вдохнула и быстро выдохнула.

– Благодарю.

Конечно, Шалина озвучивала свою оценку последней, и Арлета не могла не задаться вопросом: будет ли торт Тэньи всегда казаться верховной судье вкуснее по сравнению с её, Арлеты, работой, независимо от того, что она приготовит?

Эльфийка с удовольствием угостилась тортом и наконец положила вилку на тарелку.

– Я бы с гордостью подала его на любом из устраиваемых мной приёмов. Этот торт – настоящий шедевр.

Тэнья кивнула и прикусила верхнюю губу. Лёгкая улыбка тронула уголки её рта, а руки задрожали, когда она осознала всю степень похвалы. Для Арлеты было очевидно: несмотря на изначальное нежелание участвовать в Турнире пекарей и подвергать себя стрессу соревнования, Тэнья гордилась проделанной работой.

Эльфийка посмотрела на трибуны. Арлета проследила за направлением её взгляда и почувствовала, как сжалось в груди сердце. Ведь Тэнья смотрела туда, где должен был сидеть её брат.

– А теперь на очереди у нас торт с ежевичным джемом, приготовленный Арлетой Старстоун, – объявил Тиггуль, возвращая внимание девушки к её собственному творению и его оценке.

Из зрительского зала донеслось несколько ликующих возгласов, и Арлета, широко раскрыв глаза, посмотрела в направлении звука. Это вопили близняшки-фавны, которые вдобавок размахивали флажками с золотыми кексами. Их мать поспешила утихомирить детей, но те всё равно продолжили своё занятие, только уже молча.

Гайя усмехнулась и подняла руку в их сторону.

– Я тоже нахожу этот торт прелестным, дети.

Её реплика вызвала раскаты смеха. Птичий взгляд грифоницы смягчился, вернувшись к торту Арлеты.

Надёжно скрытые тканью юбки колени девушки дрожали всё время, пока судья разрезала торт и выкладывала кусочки на тарелки. Арлета поймала себя на том, что с благоговением любуется вышедшими из-под её руки идеально ровными коржами.

Она испекла торт именно таким, каким задумала. Многослойным, покрытым кремом, который казался практически белоснежным на фоне ярко-фиолетовой ежевичной начинки. Крем получился нежным, не слишком сладким и немного терпким – ваниль и ежевика подходили друг другу идеально. На верхнем корже красовалась ровно сложенная горка из ягод, покрытых тонким слоем джема, а в довершение картины – веточка мяты.

И всё же Арлете казалось, что прошла целая вечность, прежде чем трое судей закончили пробовать торт. За это время её руки покрылись липким слоем пота.

Каждый из судей дал свою оценку, но Арлета расслышала из них всего пару слов. Там определённо была похвала… Что-то о сливочной нежности, идеально выдержанном балансе, свежем весеннем вкусе и общей очаровательности. Даже Шалина выразила положительное мнение. А затем она объявила, что судьям потребуется несколько минут, чтобы принять решение.

Толпа зрителей затихла в предвкушении, и Арлета с Тэньей одновременно шагнули назад. Как будто напряжённость момента требовала взаимного отступления в знак солидарности.

Минуты тянулись, как часы. Девушка наконец посмотрела на свою соперницу – и обнаружила, что взгляд Тэньи, полный неозвученных вопросов, также устремлён в её сторону.

– Ты заслуживаешь этого, – решилась шепнуть Арлета.

Тэнья прищурилась, глядя на неё.

– Чего – «этого»?

– Жить так, как сама хочешь… И в месте, которое можно назвать домом, – просто ответила Арлета, затем переключила внимание на вернувшихся судей.

– Попрошу участниц выйти вперёд, – объявила Шалина. – У нас есть победительница.

И Арлета, и Тэнья исполнили просьбу.

– Это было непростое решение, – продолжала Шалина, и зрители внимали каждому её слову, – поскольку и Тэнья Карралей, и Арлета Старстоун обладают одними из самых невероятных навыков, которые когда-либо доводилось видеть нашему составу судей. Однако сегодня одно из изделий затмило другое. – В свойственной ей драматичной манере она позволила напряжению повиснуть в воздухе на ещё одно мгновение. – Победительницей юбилейного Ланхеймского турнира пекарей становится… Тэнья Карралей. Я торжественно объявляю её трёхкратной чемпионкой.

Глаза эльфийки стали такими же огромными, как только что испечённый ею торт. Она подошла к судьям, чтобы пожать им руки. Зрители разразились аплодисментами, но, кажется, некоторые из них звучали не очень радостно.

Арлета сглотнула и отошла в сторону. Она вдруг заметила, что её колени перестали дрожать.

Турнир пекарей завершён. Арлета Старстоун не стала чемпионкой.

Но на самом деле… она почти не чувствует разочарования от своего поражения.