Один мужчина трижды выстрелил в официанта; другой мужчина выстрелил в него дважды. Старый «Бьюик» уехал, и женщина закричала. Некоторые посетители кафе встали и помчались к собору, то ли прятаться, то ли молиться. Остальные нырнули под столики кафе. Было еще больше криков и возгласов. Один мужчина постоянно выругался тихим, спокойным голосом. Хэре наблюдал, как один из двух боевиков встал на колени возле упавшего официанта и выстрелил ему в шею. Хээре задавался вопросом, почему, ведь мальчик-автобус уже казался мертвым.

Стоящий на коленях мужчина поднялся и что-то сказал другому преступнику. Оба повернулись и посмотрели на Хэре. Продолжая смотреть на него, они медленно спрятали свои короткоствольные револьверы в небольшие поясные кобуры. Они вошли в кафе, прошли между столиками и остановились у Хээре. Он увидел, что они моложе, чем он думал, никому из них не больше двадцати пяти. Их черные глаза казались бездонными. Ни у одного из них не было заметного выражения лица, хотя один из них, как заметил Хэре, дышал ртом. Дышащий ртом был тот, кто встал на колени и выстрелил официанту в шею.

"Ты понимаешь испанский?" — спросил ротодышащий.

Хээре кивнул. "Немного."

"Хороший. Покиньте нашу страну. Сегодня."

— Ты это понимаешь? — спросил другой.

«Да», — сказал Хаэре. "Я понимаю."

— Хорошо, — сказал дышащий ртом. Они еще мгновение смотрели на Хэре, затем развернулись и пошли обратно через столы к тротуару и туда, где все еще лежал официант. Подъехал новый зеленый седан «Вольво». Водитель открыл замок багажника. Двое вооруженных преступников наклонились, подняли мертвого официанта и спрятали его в багажник «Вольво». Они захлопнули крышку, повернулись и дали Хэре еще один задумчивый взгляд, а затем забрался на заднее сиденье. «Вольво» умчался.

Хээре поднялась. Ему казалось, что колени вот-вот поддадутся, поэтому он оперся на стол, опустив голову, и тяжело дышал. Когда дрожь наконец утихла, он поднял глаза. Люди смотрели на него. Они все отступали, пока ни один из них не оказался ближе двадцати футов. Хээре медленно прошел между столиками кафе и вышел на тротуар. Он посмотрел на то место, где упал мертвый официант. Было большое густое пятно крови. Хэре смотрел на него несколько секунд, затем медленно повернулся и пошел на запад, к Интерконтиненталю.

В Президентском дворце Моргана Цитрона почти час заставили ждать в вестибюле рядом с парой дверей высотой шестнадцать футов, через которые прошли Тайг и Йарн. Цитрон ждал не один. Напротив него в комнате сидели молодой капитан в форме и еще более молодой лейтенант, оба вооруженные винтовками М-16. Винтовки были направлены на Цитрона: одна в голову, другая в живот. Пальцы двух молодых офицеров были на спусковых крючках. Предохранители были отключены. Цитрон сидел практически неподвижно, вспоминая, что в последний раз, когда он проходил через такие двери, ему подарили бриллиант. На этот раз он не ждал подарка.

Одна из дверей высотой шестнадцать футов открылась, и появился Тайх. — Хорошо, Морган.

Цитрон поднялась и последовала за Тайгом через огромную дверь в комнату, которая была слишком велика для каких-либо мыслимых целей, кроме государственного бала. Это была темная комната, еще более темная из-за тяжелых штор, закрывавших длинный ряд окон. Цитрон подозревал, что окна выходили на территорию, ведущую на улицу. Вся комната была обшита деревянными панелями, настолько темными, что казалось почти черными. Обшивка только добавляла мрака.

Цитрон последовал за Тайгом через несколько больших, старых и очень дорогих разглядывая восточные ковры и проходя мимо длинного библиотечного стола, на котором лежали текущие выпуски журналов « Экономист», «Бизнес уик», «Тайм», «Нэшнл джиографик» и «Пипл» . Цитрон прочитал названия журналов, проходя мимо стола к столу в дальнем конце комнаты. Письменный стол размером с обеденный стол, на котором с комфортом могли разместиться двенадцать человек, казалось, был вырезан из того же темного дерева, из которого обшиты панели в комнате.

В переднем правом углу стола, скрестив ноги и обхватив руками одно колено, восседал генерал-полковник Рафаэль Карраско-Кортес. Перед столом стояли три кожаных кресла. В одном из них сидела Пряжа. Карраско-Кортес улыбнулся Цитрону и указал на центральное кресло. «Пожалуйста», — сказал он. Цитрон занял центральное кресло, а Тай сел рядом с ним.

— Итак, — сказал генерал. — Ты сын Глэдис, да?

Цитрон кивнул. Генерал вздохнул. — Что нам с тобой делать, а?

«Почему бы не отправить меня на следующий самолет?»

Генерал улыбнулся и слез с края стола. Он не был одет в униформу. Вместо этого он носил темно-синий костюм в тонкую полоску, жилет, белую рубашку и галстук в сине-серую полоску. Обходя стол, Цитрон задавался вопросом, купили ли генерал и Дрейпер Хэре свои костюмы в одном магазине.

Генерал сел, открыл ящик, достал кусок салфетки, снял бифокальные очки без оправы и начал их полировать. Без очков его глаза выглядели почти растерянными. Цитрон знал, что это не так.

Продолжая полировать, генерал сказал: «Я попрошу тебя кое-что сделать, Морган». Он посмотрел вверх. «Надеюсь, ты не против, если я буду называть тебя Морган, но я знаю твою замечательную мать столько, много лет, что, называя тебя мистером Цитроном, я чувствую себя… ну, старым». Он улыбнулся и снова надел очки.

— Что ты попросишь меня сделать? - сказал Цитрон.

«Я попрошу вас рассказать мне именно то, что вы сказали нашим двум друзьям ранее».

Цитрон посмотрел на Пряжу. «Это не совсем так, как должно было быть».

Йрин пожал плечами. "Все ставки сделаны."

— Видишь ли, Морган, — сказал генерал, — я пытаюсь решить, стоит ли тебя расстреливать. Должен признаться, что на данный момент я склоняюсь в этом направлении. Это небольшое заседание здесь будет, по сути, вашим судом, хотя, полагаю, точнее было бы военным трибуналом.

Тай с усмешкой повернулся к Цитрону. «Я ваш адвокат».

Цитрон кивнул, повернулся к Пряже и сказал: «Вы кто — прокурор?»

— Верно, — сказал Ярн.

«Какое обвинение?»

«Мы занимаемся шпионажем и посмотрим, что произойдет».

Генерал достал из кармана жилета большие золотые часы, раскрыл их крышку и положил на стол. «Можем ли мы начать с вашего заявления, Морган, а? У меня сегодня довольно плотный график».

— У меня нет особого выбора, не так ли?

— Никакого, — сказал Тайге.

«Вы показали отличную защиту».

Тай пожал плечами. Цитрон посмотрел на генерала, который теперь откинулся на спинку стула, сложив руки перед собой. — Хорошо, — сказал Цитрон, — я расскажу вам то, что знаю, что, как мне кажется, знаю, и что подозреваю. Во многом это предположения».

— Конечно, — сказал генерал и ободряюще кивнул.

«После того, как вы выстроили президента перед стеной и застрелили его, вы обнаружили, что сундуки пусты. Страна была банкротом и нужны были деньги. Насколько я помню, до вашего переворота страна была разделена, наверное, в основном в административных целях, на два штата или региона — Восточный регион и Западный регион. Вы разделили его на тридцать два региона и распределили их по другие генералы по старшинству. Самый большой регион — столицу — вы оставили себе».

«Все это общеизвестно», — сказал генерал.

«Многое из того, что я знаю, — это всего лишь общеизвестные сведения».

Генерал кивнул. "Продолжать."

«Вам нужны были деньги», — сказал Ситрон. «Оно нужно было вам для себя, для оплаты войск и для поддержания подобия порядка. Но из-за вашей ситуации с правами человека, которую, я думаю, обычно называют «ужасающей», Вашингтон не участвовал. Они не могли одолжить или дать вам ни цента. Конгресс им не позволил. Итак, вы обратились к своим друзьям в ЦРУ. У вас есть друзья в ЦРУ, не так ли, генерал?

Генерал улыбнулся. "Немного."

«Ну, даже ЦРУ не могло подсунуть вам такие деньги под стол, но они придумали что-то не менее хорошее, хотя бог знает, где они их взяли. Они нашли тонну или две кокаина». Цитрон посмотрел на Пряжу. «Сколько это было, один или два? Я не уверен."

«Две тонны», — сказал Ярн. «И они получили это, воспользовавшись некоторыми прошлыми услугами».

«Сколько сейчас будут стоить две тонны кокаина?» — спросил Цитрон.

Тайге задумался об этом. «Семьсот пятьдесят миллионов за тонну на улице», — сказал он. — Но оптом, примерно тридцать пять-пятьдесят миллионов за тонну.

— Чего было недостаточно, верно? - сказал Цитрон. Никто не ответил, поэтому он спросил еще раз. "Верно?"

«Продолжайте», — сказал генерал.

«Итак, вы решили купить две тонны кокса у ЦРУ на государственные деньги, украсть их у себя, а затем продать оптом в Штатах. И это то, что вы сделали. Вы все."

Цитрон замолчал. По прошествии нескольких секунд Ярн повернулся к нему. — Думаю, генералу хотелось бы узнать еще несколько подробностей.

«Сначала мне нужно задать вопрос», — сказал Цитрон.

Генерал кивнул.

— Как давно ты знаешь мою мать?

"Годы. Двадцать пять минимум. Мы встретились в Барселоне».

— Значит, вы знали ее, когда она еще была с Лэнгли.

Генерал улыбнулся в ответ. «Мы были дорогими друзьями».

«Могу себе представить», — сказал Цитрон. — Итак, вы пошли к ней, описали, что вы имели в виду, и, я полагаю, предложили ей вмешаться. Она познакомила вас с бывшим крупным торговцем коксом по имени Б.С. Китс. И Китс выделил вам именно тех людей, которых вы действительно искали, — братьев Манерас, Джимми и Бобби. Или Роберто и Хайме.

«Бобби был на грани событий», — сказал Тай.

"Верно. Итак, давайте поговорим о Джимми, зяте Б.С. Китса. Он также был своего рода двойным агентом, работавшим и на Кубу, и на ФБР, и именно Джимми, должно быть, привел вас двоих. Цитрон посмотрел сначала на Тайха, а затем на Ярна. Оба мужчины слегка кивнули.

«Вы трое проработали детали, я прав?» - сказал Цитрон.

— Нас трое, плюс генерал, конечно.

— Могу поспорить, у тебя даже было для этого название.

«Мы думали, что назовем это Spookscam, — сказал Ярн, — но до этого так и не дошло».

«Однако это было мило», — сказал Цитрон. "Идея. Предполагалось, что ФБР поймает ЦРУ с поличным за продажу кокаина для финансирования операции репрессивной диктатуры в Центральной Америке. Представьте себе лоскут. Он посмотрел на Тайге. «Что это дало Бюро — Южная Америка?»

— Конечно, — сказал Тайге. — Изначально это была нашивка Бюро, и они очень хотели бы вернуть ее обратно. Центральная Америка тоже».

— Так вот как вы им это продали: поймали Лэнгли с грязными руками. Очень грязный. И именно так вы получили кучу денег, необходимую для покупки».

Пряжа улыбнулась. «Мы только что позаимствовали это у наркологов из Управления по борьбе с наркотиками. Это были конфискованные деньги. Мы забрали почти все, что у них было». Воспоминание заставило Ярна еще больше улыбнуться.

Цитрон посмотрел на генерала. «У меня есть еще один вопрос», — сказал он. «Как моя мать связана с Б.С. Китсом?»

— Ты не знаешь? – спросил Тайге.

Цитрон покачал головой.

«Она работает на него», — сказал Тайге. «Когда несколько лет назад BS вышел из торговли коксом, у него были все эти миллионы, поэтому он основал эту фиктивную корпорацию и купил себе действующий бизнес или, во всяком случае, контрольный пакет акций в нем. Он купил « Американского следователя». Тайг помолчал. — Еще он купил себе сеть обувных магазинов, но там дела идут не так популярно».

— Пожалуйста, продолжайте, Морган, — сказал генерал.

«Ну, с этого момента все довольно просто. Эти двое и, может быть, полдюжины или около того других специальных агентов прилетели с деньгами, чтобы совершить покупку. ЦРУ, конечно, полагало, что они были законными торговцами наркотиками. Я бы сказал, что эти двое остались в самолете и загрузили кокс, в то время как другие невиновные ФБР платили деньги, а затем пытались арестовать людей ЦРУ. Ну, насколько я понимаю, у ЦРУ их не было. Стрельба началась. Погибли девять человек: четыре агента ФБР и пять сотрудников ЦРУ. Но ЦРУ все равно получило то, что искало: деньги. Итак, те, кто выжил, погрузили деньги и доставили их сюда. Вы получили свои деньги, не так ли, генерал?

Генерал только улыбнулся.

Цитрон посмотрел на Пряжу. «И вы двое прилетели обратно с коксом, выбросили его на торговлю с Б.С. Китсом, а затем отправились в Вашингтон со своей печальной историей о том, как вы потеряли не только кокс и деньги, но и четырех человек в перестрелке. с ЦРУ. А потом началось сокрытие». Цитрон с сомнением покачал головой. «Они действительно поверили вам в Вашингтоне?»

«У них не было выбора», — сказал Ярн. «Они не могли выдвинуть обвинения, иначе вся история вышла бы наружу. Поэтому они заставили нас дать клятву молчания на крови, а затем уволили нас. Вы можете себе это представить?»

«А как насчет других агентов ФБР — тех, кто выжил?»

«Мы позаботились о них финансово – и о пилоте», – сказал Ярн. «Если у тебя достаточно денег, ты можешь позаботиться о чем угодно».

— Кроме одного, — сказал Цитрон. «Джимми Манерас. С ним нужно было что-то сделать, прежде чем он передал Кубе то, что знал».

«BS позаботилась об этом за нас», — сказал Тайге. — В конце концов он позволил Джимми поймать себя в мешке с этой его дочерью, как ее там.

— Вельвита, — сказал Пряжа.

«Старый Джимми взбесился, вытащил пистолет, и БС застрелил его».

— Конечно, в целях самообороны, — благочестиво сказал Ярн.

Цитрон кивнул. «Так что остался только брат Бобби — очень напуганный брат Бобби, который сбежал в Сингапур, где продал все, что знал, заезженному старому служащему по имени Дрю Мид, который немедленно продал кое-что из этого политическому типу по имени Джек Реплогл. Реплогл точно знал, что он хотел с ним сделать, но его убили в горах Колорадо прежде, чем он успел рассказать все, что знал, Дрейперу Хэре. Цитрон посмотрел сначала на Ярн, затем на Тайге. «Кто убил Реплогла — вы двое?»