Которое… Полагаю, могло бы послужить хорошим подспорьем для его самолюбия, но было ли это действительно необходимо? Было ли это особенно полезно?

— Питомец Лорда Сэро, — сказал он вместо приветствия. — Ты снова пришла, чтобы убить меня? Я бы не советовал этого делать — даже человек, обладающий небольшим количеством магии, должен понимать, насколько это опасно.

— Увидим, — сказала я. — Подумала, что твои маленькие приспешники будут достаточно заняты, разбираясь со всем этим внизу, и у тебя дома никого не останется, чтобы присмотреть за тобой.

Теперь пусть он разберётся, действительно ли это была ловушка, или я просто блефовала!

Его золотисто-каштановые брови поползли вверх; я называю этот взгляд «удивлённый ретривер».

— Не неожиданный, но один из наименее вероятных сценариев, — сказал он. — Ты думаешь, что сможешь напасть на меня оттуда с помощью своей тонкой человеческой магии? Или ты надеешься на магию фейри, с которой, возможно, родилась?

— Я не слишком надеюсь на магию фейри, — сказала я, пожимая плечами.

Человеческая магия, конечно, хрупкая штука, но она не была такой хрупкой, как Между, когда вы действительно знаете, как пользоваться Между. Теперь появилась сила, достаточно тонкая, чтобы проскользнуть сквозь что угодно, подобно иголке, и соединиться со всей магией фейри короля, готовая ткать и шить, и незаметно направлять магию, чтобы она следовала за ней, пока она не обернётся вокруг себя и не сотворит красивое маленькое заклинание!

Я пустила в ход маленький завиток и добавила:

— Я здесь не для того, чтобы нападать на тебя. Я здесь, чтобы поговорить.

И то, и другое было правдой. Как и в случае с драчунами, я была больше заинтересована в том, чтобы задействовать ресурсы короля, чем в прямом нападении, и чем дольше я говорила, тем больше у меня было шансов на успех.

— Что здесь происходит? — размышлял король, не сводя глаз с массы тел внизу.

Я была уверена, что это было оскорблением для меня, что он намеренно сосредоточил внимание на чём-то другом, но мне было всё равно. Это просто дало мне возможность продолжить работу над точкой Между, вплетая её в его магию, в то время как она следовала за ней, как нитка в мою иголку.

— Судя по всему, намечается небольшая потасовка, — сказала я. — Как думаешь, сколько времени им потребуется, чтобы перейти на твою сторону?

— Я уничтожил много драчунов в других местах, но у меня всё ещё есть с кем поладить, — сказал он. — Не думай, что у меня недостаточно сил, чтобы защитить себя. Кстати, как ты узнала, что я здесь?

— Зачем мне тебе рассказывать? — возразила я. Как и в случае с потасовкой, описанной ранее, если он не знал, что происходит, или как это происходит, это была его проблема. Мне просто нужно было время для выполнения сложной части работы, которую я выполняла, чтобы завершить её. — Ты забыл, что мы враги или типа того?

— Как и ты, я подозреваю, я просто пытаюсь выиграть время, — сказал он, пожимая плечами. — Только до тех пор, пока я не выясню, что ты делаешь, чтобы мои драчуны думали, что они на твоей стороне, имей в виду. А потом я сниму это и убью всех твоих друзей, чтобы показать тебе, что мне не нравится, когда меня, как ребёнка, зовут поиграть — ах! Вот оно. Я думаю, мы разрушим это волшебство.

Мне бы хотелось думать, что это был просто блеф с его стороны, но по ходу боя и кислому привкусу разрушенной магии я поняла, что это не так. Драчуны внизу теперь с кристальной ясностью понимали, что сражаются против своих же, и это их не радовало. Я видела, как они развернулись и врезались в шеренгу оборотней, а Пять увидел, как Джин Ён и Северный на мгновение замешкались в толпе, когда тоже поняли, что произошло.

У них было ограниченное количество времени, чтобы я могла сделать то, что должна была сделать, и они рисковали снова оказаться отрезанными от выхода.

— Теперь, — сказал король, пока я — Теперь, — сказал король, пока я отчаянно пыталась подсчитать, сколько времени потребуется моему прикосновению Между, чтобы продолжать вплетаться в его магию. — Давай посмотрим, что мы можем сделать с этим беспорядком. Северный Ветер — очевидный кандидат, но у неё очень мало слабых мест. С твоей стороны было очень любезно убедиться, что сегодня с нами присутствует самый сильный; я обязательно отмечу его как очень важного игрока в этой маленькой битве — вот, видишь? Они все будут охотиться за ним в первую очередь.

Я не могла остановить тот небольшой заряд магии, который исходил от него, не могла помешать ему погрузиться в ничего не подозревающего Туату с тем же эффектом, что и уведомление о нападении. Однако эффект от этого я увидела почти сразу: толпа драчунов, двигавшаяся взад и вперёд, как волны на пляже, опасаясь Джин Ёна и Северного, приливной волной устремилась к Туату.

Они окружили его и отделили от шеренги оборотней, оставив на своем пути двух павших волков, в то время как Туату отчаянно боролись, чтобы вернуться к ним. Северный увидела это и мгновенно отреагировала, уничтожив движущийся отряд одним броском, который отправил четырёхруких драчунов в полёт и с криками ринулась в рукопашную схватку. Мгновение спустя я увидела, как она тащит Туату обратно к остальным, но на спине её платья и на каждом шаге, который касался бетона внизу, были пятна крови.

— Вот блин, — тихо сказала я, потому что, даже если Северный спасла жизнь Туату, теперь она, скорее всего, умрёт сама — вместе со всеми остальными в группе. Мои глаза метались туда-сюда, чтобы убедиться, что Джин Ён всё ещё двигается, всё ещё жив, и я не могла её винить. Она защищала своих.

Я увидела, что в дальнем конце расщелины кипит ещё больше драчунов, и поймала короткий взгляд вверх, который бросил на меня Джин Ён. Я энергично мотнула головой в его сторону. «Убирайся оттуда». Я не могла видеть, живы ли ещё павшие ликантропы, но у меня было холодное предчувствие, что это не так.

Я знала, что если они сейчас не отступят, то, вероятно, все погибнут, а я всё ещё не смогла выполнить свою роль в этом предприятии.

Джин Ён, рыча, сдерживал наползающую толпу драчунов, в то время как Северный оттаскивала Туату к стене, ликантропы тащили своих павших за собой, в то время как Пять рубил как мечом, так и луком, лишившись стрел некоторое время назад.

Я взглянула на короля, на моих висках выступил пот, и увидела, что он задумчиво наблюдает за мной.

— Тебе не кажется, что лучше пойти и помочь своим друзьям? — сказал он. — Не похоже, что они долго продержатся без тебя. Или ты полагаешься на вампира, чтобы уравнять шансы? Дела у него идут не очень хорошо — даже у вампиров есть предел тому, сколько мучений они могут вынести.

— Этот может вынести больше, чем можешь вынести ты, — сказала я, но в животе у меня похолодело, потому что Джин Ён слабел. Я дважды видела, как он исчезал в толпе дерущихся, прежде чем снова появлялся, отчаянно сражаясь, чтобы вернуться к остальным.

— Возможно, — сказал король, пожимая плечами. — Но я не заинтересован в этой битве: мне безразлично, выживет он или нет. Я не думаю, что ты можешь сказать то же самое, и мне очень любопытно, почему ты всё ещё здесь.

Он знал, что что-то не так. Он знал, что что-то происходит, даже если не понимал, что именно. Он отступал от пропасти, хотя на бумаге это выглядело бы так, будто он побеждает.

Он отступал, и хрупкая связь, которая у меня была с ним, была на грани провала или разоблачения.

В последний момент, когда я была достаточно близко, чтобы сделать это, я лихорадочно убрала эту иглу из Между подальше от его разума и магии, с глаз долой и вне досягаемости; затем я повернулась и побежала.

У меня скрутило живот, и это был не страх; это была тошнота от неудачи и ужаса, которые говорили о том, что я рисковала жизнями своих друзей — хуже того, что я рисковала этими жизнями и проиграла. Я прыгнула вниз, упала, столкнулась с драчуном, а потом начала сражаться, и у меня не было выхода, и никого не было ни рядом со мной, ни позади меня. Я не знаю, откуда взялись мечи, но они были у меня в руках, и лицо моё было в крови, рёбра горели, а ноги ощущали ужасный холод, в то время как перед глазами плясала белизна, украшенная коричневыми пятнами.

Я колола, рубила и уворачивалась, всегда недостаточно быстро, чтобы избежать увечий, но и недостаточно медленно, чтобы умереть, а потом каким-то образом вырвалась на свободу. Я побежала вдоль берега речушки, моё сердце бешено колотилось, отдаваясь в ушах, в черепе, и увидела остальных впереди себя — слишком далеко впереди.

Я увидела, как огромная волна драчунов хлынула в туннель и за ними. Теперь им нужно было пересечь речку, чтобы попасть в наше убежище, и было не похоже, что я успею вовремя, чтобы попасть туда же.

Я всё равно побежала, потому что бесполезно говорить, что что-то невозможно, не попробовав. Я побежала, потому что там было всего три оборотня. Я побежала, потому что всё, что я могла видеть от Джин Ёна, — его голову, так как Северный и Туату несли его, оставляя за собой кровавый след, пока они бежали.

И я перестала бежать, когда они начали переходить через речушку, потому что ещё одна волна драчунов обрушилась со стен передо мной, словно рождаясь из камня. Пять увидел меня и закричал, но я не расслышала, что он сказал. Дэниел тоже заметил меня, и его челюсть сжалась — казалось, на мгновение он пытался решить, стоит ли обращать внимание на мои отчаянные движения руками, которые означали: «Пройди через стену сейчас же, ты, дубина!».

К моему облегчению, мгновение спустя он кивнул мне. Он бы позаботился о том, чтобы все, кто ещё жив, остались живы, даже если бы это означало, что я буду заперта снаружи. Сегодня он уже потерял людей, и я не думала, что он захочет терять ещё кого-то, особенно учитывая количество драчунов между мной и ними. Не тогда, когда так мало людей из нашей группы всё ещё были в боевой форме.

Туату и Северный всё ещё держались на ногах, но с трудом, и всё, что я могла видеть от Джин Ёна, когда его несли, — разорванную одежду и обильно сочащуюся кровь. Даже вампир не должен терять такое количество крови.

Я бы перепрыгнула через речку и как следует поравнялась с ними, если бы вода не вскипела от чего-то большого и зубастого, когда Пять переходил последним с истекающим кровью полу-волком-получеловеком Кайлом. Дэниел схватил Кайла, когда лепрекона затянуло под воду, и когда Пять, задыхаясь, вынырнул на поверхность, чьи-то руки вытащили его прежде, чем что-либо успело затянуть его снова. Лишённого опоры и ревущего, они потащили его с собой в сторону туннеля, и я одарила Дэниела ободряющей кровавой улыбкой, когда поймала его взгляд в последнюю секунду перед тем, как он захлопнул дверь перед носом у приближающихся драчунов.

Те драчуны увидели меня с другой стороны речки, и я побежала. Я побежала, но не ушла далеко — или в такое место, где меня было бы трудно найти, — потому что в этом не было необходимости. Даже если бы в этом была необходимость, у меня больше не было сил, и к тому же я потеряла довольно много крови; было бы гораздо лучше, если бы король нашёл меня сейчас, пока я ещё жива, и отвёл обратно на свою сторону бетонного откоса, чтобы я могла закончить начатое, то, что начала и не смога закончить раньше.

На этот раз я собиралась поступить по-своему, не подвергая никого риску. На этот раз я собиралась… ну, было вполне вероятно, что умереть. Но, по крайней мере, мне удалось бы сделать то, зачем я пришла.

Это было бы, если бы я могла за это время уберечь себя от смерти.

Я не могла удержаться от падения. Я сильно ударилась о бетон, но мне не было больно, и, судя по журчанию речки, я была в правильном положении: если я проживу достаточно долго, меня найдут либо пиявки, либо драчуны, а когда они меня найдут, меня найдёт и король.

«Надеюсь, он найдет меня достаточно быстро», — подумала я и отключилась.

***

Мир вокруг меня был тёмным и холодным, когда знакомый голос неудержимо вернул меня в него.

— Боже мой! — мягко произнёс он. — Что это тут у нас?

Мне удалось приоткрыть глаза, и надо мной проплыло лицо Атиласа.

— Блин, — сказала я, смеясь, несмотря на боль в горле. — Ты действительно пришёл. Я не заметила тебя, когда осматривалась прошлой ночью — я волновалась, что ты давно ушёл.

— А где ещё я мог быть? — спросил он, положив мне на лоб прохладную руку, с которой капала магия. — Я приложил столько усилий, чтобы сохранить тебе жизнь, не для того чтобы оставить умирать, прежде чем ты достигнешь того, чего я хочу, чтобы ты достигла.

— Поняла, — сказала я, почти задыхаясь от облегчения, вызванного избавлением от боли.

Помимо физической боли, я почувствовала, что у меня стало легче на сердце. Я не ошиблась. Атилас никогда не собирался убивать меня — он очень тщательно сделал всё возможное, чтобы убить меня, пока я всё ещё была защищена контрактом, который этого не позволял, и забрал доказательства своей попытки с собой к Лорду Сэро.

Я издала какой-то сдавленный смешок и добавила:

— До сих пор я не замечала, чтобы ты шнырял где-то поблизости, поэтому подумала, что, должно быть, ошиблась. Тебе лучше поторопиться, если хочешь выжить; за мной охотится немало королевских драчунов, не говоря уже о речных пиявках. Они довольно противные, когда соприкасаются кожа к коже.

— Я избавил тебя от несколько опасного положения, — сказал он. — Пока тебе не нужно беспокоиться об этом.

— Какого чёрта ты сделал, — сердито сказал я. — Верни меня обратно! Они должны были найти меня!

— Я, конечно, не позволю тебе умереть сейчас, когда ты так близка к осуществлению моей мести за меня. Боюсь, тебе придётся смириться с тем, что тебя исцелят и снова отправят в бой на более позднем этапе.

— Думала, ты, должно быть, тоже охотишься за королём, — сварливо сказала я, чувствуя покалывание в ногах. У меня было предчувствие, что они скоро начнут болеть, что, вероятно, было как хорошо, так и плохо. Это означало, что моё тело исцелялось, даже если я бы предпочла исцеление от вампирской слюны. Эта мысль вызвала у меня приступ паники, поэтому я заставила себя снова заговорить. — Как только я поняла, что ты предпочитаешь меня живой, а не мёртвой, это было легко понять. Хотя, по-моему, у тебя не было никаких шансов стать следующим королём.