«Молодец! Соображает!» – мысленно похвалила Лукаса Одри.

– Ну ладно, – сказала она. – А кран есть? Чтобы перекрыть газ. Этот кран должен быть на трубе рядом со стеной, сквозь которую входят трубы.

– Нет там никакого крана!

Вздохнув, Одри стала думать.

– Слушай, – через секунду крикнула она Лукасу. – Какие-нибудь двери в доме открыты?

– Не знаю! Откуда мне знать? – ответил мальчик.

– По-моему, они все закрыты… А на улице нигде не спрятан запасной ключ? Например, под каким-нибудь камнем?

– Под каким еще камнем! Нате, держите! – сказал мальчик, и между прутьями решетки высунулся маленький ключ.

В подвале продолжали стучать.

Значит, они еще живы!

Потом Лукас что-то закричал.

Ура! Они живы! И стараются выбраться…

– Я прямо сейчас позвоню и куплю тебе билет. За любые деньги. Ты полетишь с нами!

При этом Ник понимал, что ему ни в коем случае нельзя пользоваться телефоном. Он помнил историю о том, как дома у одной женщины тоже была утечка газа, и она стала звонить в службу спасения, а провод телефона едва заметно заискрил, и дом тут же взорвался.

– Дети будут очень рады тому, что ты летишь с нами, – продолжал он. – Вот увидишь…

– Не надо, Ник!

Кэсси опустила руку с ножом, но поигрывала зажигалкой в другой руке.

Ник ждал мгновения, когда Кэсси отвлечется, чтобы прыгнуть на нее и сбить с ног.

– Имей в виду, – глухо сказала Кэсси, – что я вижу тебя насквозь! Я знаю, о чем ты сейчас думаешь.

Одри осторожно повернула ключ в замке задней двери и потихоньку открыла ее.

В доме раздался звуковой сигнал, оповестивший всех находившихся в нем о том, что кто-то открыл дверь.

От запаха газа Одри чуть не стошнило.

Одри медленно двинулась вперед, пытаясь понять, куда ей идти. Она не помнила расположения комнат в доме Коновера и шла на голоса Лукаса и Джулии.

Неужели сумасшедшая Кэсси Стадлер захватила Коновера в заложники? А что если сигнал об открытии двери ее напугал и она сделает какую-нибудь глупость?

Ключ рядом с трубой подсказал Одри, что Кэсси открыла полный напор газа, как она уже делала раньше с другими домами.

Теперь Кэсси достаточно чиркнуть спичкой, чтобы убить себя, запертых в подвале детей и Одри. Почему же она до сих пор этого не сделала?

Одри не знала, что думать.

Может, Кэсси ждет, чтобы в доме скопилось побольше газа? Чтобы он разлетелся на куски? Скорее всего это так! Значит, в первую очередь надо спасать детей!

Стук раздавался где-то совсем рядом. Через секунду Одри уже стояла у двери, в которую стучал Лукас, схватилась за тяжелый засов и с усилием отодвинула его. Дверь распахнулась. Из нее вылетел подросток.

– Тихо! – прошептала Одри. – Где твоя сестра?

– Вот!

Из подвала выбежала заплаканная девочка.

– Бегите! – прошептала Одри, показывая в сторону отпертой задней двери. – Быстро из дома! Оба!

– Где папа? – хныкала Джулия. – Где он?

– С ним все в порядке, – соврала Одри. – А теперь – живо из дома!

Джулия выбежала из задней двери и припустилась по лужайке прочь от дома, но Лукас не тронулся с места.

– Не стреляйте из пистолета, – сказал он Одри. – Дом взорвется.

– Без тебя знаю, – ответила Одри.

– Что это было? – спросила Кэсси.

– Что?

– Какой-то звук. Это сигнализация? Кто-то вошел в дом?

– Я ничего не слышал.

Кэсси осторожно осмотрелась по сторонам, не сводя глаз с Ника больше, чем на долю секунды, чтобы он не посмел двинуться с места.

– Знаешь, – наконец сказала она, – интересно, как менялось мое мнение о тебе. Сначала я думала, что ты разрушаешь семьи. Ведь ты же погубил моему отцу жизнь, когда уволил его. Поэтому я должна была дать тебе понять, что и ты не застрахован от несчастья.

– Так это ты писала «Здесь не спрячешься»? – внезапно догадался Ник.

– Потом я узнала тебя получше и решила, что ошибалась. Ты показался мне хорошим человеком. Но теперь я поняла, что первое впечатление всегда самое верное.

– Кэсси, убери зажигалку. Давай поговорим. Давай во всем разберемся!

– Знаешь, почему я обманулась в тебе? Я решила, что ты хороший, когда увидела, как ты любишь своих детей.

– Прошу тебя, Кэсси!

За спиной у девушки была дверь в задний коридор. Внезапно Ник уловил там еле заметное движение. Чью-то мимолетную тень. Кто-то осторожно приближался по коридору.

Ник понимал, что ему надо смотреть только Кэсси в глаза. Не сводя глаз с ее расширившихся зрачков, он заметил боковым зрением женскую фигуру, кравшуюся по коридору к кухне.

Детектив Раймс!

Не смотреть! Смотреть только Кэсси в глаза!

Ник заставил себя смотреть в полуприкрытые веками глаза Кэсси – бездонные кладези горя и безумия.

– Ты не такой, как мой папа. Мой папа меня боялся. Он зачем-то все время следил за мной. Ходил за мной повсюду, но он не относился ко мне так же хорошо, как ты относишься к своим детям.

– Неправда. Он любил тебя, – дрожащим голосом пробормотал Ник.

Детектив Раймс медленно приближалась.

– Той ночью ты был ужасно напуган. Я стояла за деревьями и все видела. Ты кричал ему «Ни с места!» и «Еще шаг, и я стреляю!» – покачала головой Кэсси. – Представляю себе, что тебе о нем наговорили! Шизофреник! Ты же думал, что это он убил вашу собаку, да? Ты же не мог знать, что у него в кармане была записка о том, что он ни в чем не виноват. Ты думал, что он вытаскивает из кармана пистолет. Поэтому ты поступил правильно. Ты защищал свою семью. Своих детей. Ты выстрелил и убил его. Ты сделал то, что на твоем месте должен был сделать любой отец. Ты защищал свою семью!

Боже мой! Она всегда знала, что я убил ее отца! Она знала об этом с самого начала! Я разрушил ее семью, а теперь она уничтожит мою!

Ник похолодел от ужаса.

Кэсси кивнула и подняла левую руку с зажигалкой. Ник вздрогнул, но Кэсси просто потерла себе нос запястьем.

– Да, я была здесь той ночью, – всхлипнула она. – Я пришла раньше его, а он следил за мной. Он знал, что я опять иду к твоему дому. Я все видела!

Краем глаза Ник заметил, что детектив Раймс медленно подходит все ближе и ближе, но не смел свести глаз с Кэсси.

– Папа приближался к тебе, а ты все время кричал ему, чтобы он остановился, а он все равно шел на тебя, потому что уже ничего не соображал! – покачала головой Кэсси. – Я никогда не забуду, каким ты был, когда его убил. Я никогда не видела такого испуганного и расстроенного человека.

– Я не знаю, что мне сказать тебе, Кэсси. Мне очень и очень жаль, что все так случилось. Но я тоже пострадаю за то, что сделал. Я отвечу за это.

– Жаль? Ты так ничего и не понял. Не надо извиняться. Я вовсе не сержусь на тебя. Ты правильно поступил. Ведь ты же защищал свою семью!

– Кэсси, прошу тебя…

– Ты все правильно сделал. Я должна благодарить тебя за это. Ты освободил меня. Мой отец томился в темнице своего безумия, а я была прикована к нему… А потом мы познакомились, и я узнала, какой ты сильный. Я думала, что ты хороший. Думала, что тебе нужна жена, а твоим детям – мама. Я думала, мы можем стать одной семьей.

– Мы можем стать одной семьей.

Кэсси печально улыбнулась и покачала головой, играя зажигалкой в левой руке и сжимая нож в правой.

– Нет, – сказала она. – Я знаю, чем это кончится. Со мной уже так не раз бывало, – с этими словами Кэсси заплакала. – Я больше не могу. Я устала. Закрытую дверь не откроешь. Даже если она вдруг отворится, все равно это будет уже не то. Ты меня понимаешь?

– Понимаю, – с выражением глубокого сочувствия на лице Ник попробовал сделать шаг вперед.

– Стой! – Кэсси подняла руку с зажигалкой, и Ник попятился.

– Все будет хорошо, Кэсси. Вот увидишь!

У Кэсси по щекам текли слезы, оставляя на них черные полосы туши.

– Пора! – сказала она и крутанула большим пальцем колесико зажигалки.

22

Медленно продвигаясь в сторону кухни, Одри внимательно слушала. Она слышала, о чем говорят Ник с Кэсси, и удивилась тому, насколько несущественным ей сейчас показалось признание Ника.

Одри вспоминала Евангелие от Матфея, притчу о милосердном царе и жестоком рабе. Еще она думала о карточке, приклеенной к ее монитору на работе. «Мы выполняем работу Бога на земле».

Одри уже знала, как она поступит с Коновером, ведь Стадлера застрелили из пистолета, украденного шесть лет назад Эдвардом Ринальди, чей труп лежал теперь на лужайке.

Убийца Эндрю Стадлера мертв! Но об этом потом! Сейчас надо остановить Кэсси Стадлер!

Дело усугублялось тем, что Одри никогда не обучали освобождению заложников. Поэтому пока она просто кралась, прижимаясь к прохладной стене коридора. Наконец она добралась до кухонной двери.

Интересно, видит ли ее Коновер? Скорее всего, да.

Одри слышала громкий писк и видела, что его испускает приборчик, измеряющий концентрацию газа в воздухе. Приборчик пищал непрерывно. Это означало, что создавшаяся смесь газа и воздуха взрывоопасна. Кэсси дождалась самого подходящего момента для взрыва.

Одри понимала, что ей нужно продумывать свои действия на несколько шагов вперед.

Что если она внезапно бросится сзади на Кэсси, но та все равно успеет чиркнуть зажигалкой? Этого нужно избежать любой ценой!

Одри прокралась мимо какого-то стола, стараясь не задеть его и не уронить стоящую на нем вычурную тяжелую лампу.

Наконец Одри оказалась в одном помещении с Кэсси и Ником.

Ну и что теперь делать?

С первой попытки колесико не высекло искры из кремня. Кэсси нахмурилась. По ее щекам текли слезы.

Детектор газа визжал, а Кэсси пела красивым низким голосом: «У самых скал я приют искал…»

– Кэсси, не надо.

– Это все из-за тебя. Это ты во всем виноват.

– Я поступил неправильно.

Внезапно Кэсси взглянула куда-то за спину Ника и удивленно проговорила:

– Люк?

– Да. Это я, – сказал Люк. Он шел прямо к Кэсси.

– Люк, немедленно выйди из дома! – сказал Ник.

– Что ты здесь делаешь, Люк? – спросила Кэсси. – Я же сказала, чтобы вы с Джулией тихо сидели в подвале!

Выходит, Одри Раймс сумела проникнуть в дом через заднюю дверь и вытащить из подвала запертых там детей. Но где же Джулия?!

А Лукас наверняка прошел сюда по заднему коридору через гостиную!

– Ты нас заперла, – сказал Люк и подошел прямо к Кэсси. – Наверное, ты сделала это случайно. Но я нашел запасной ключ.

Он что, тоже сошел с ума?!

– Люк, уходи! – взмолился Ник.

Но Лукас не обращал внимания на отца.

– Кэсси, – сказал Лукас и с открытой доброй улыбкой положил Кэсси руку на плечо. – Помнишь стихи Роберта Фроста, с которыми ты мне помогла? «Смерть работника», кажется? Уже не помню.

Кэсси не стряхнула с плеча руку Лукаса. Она посмотрела на него, и глаза ее чуть-чуть потеплели.

– «Дом там, где нас, когда бы ни пришли, не могут не принять», – уныло проговорила она.

Лукас кивнул.

В этот момент он на долю секунды взглянул на отца, и Ник понял, что сын подает ему сигнал взглядом.

– Помнишь, что ты мне говорила? – сказал Люк, глядя прямо в глаза Кэсси невинным мальчишеским взором. – Нет ничего важнее дома и семьи. Ты сказала, что в конечном итоге это стихотворение о семье…

– Люк, – проговорила Кэсси изменившимся голосом.

В этот момент Ник бросился на нее и попытался схватить, но гибкая, как кошка, Кэсси вывернулась из его рук. Ник все-таки ударил ее плечом, и она отлетела в сторону, выронив из руки нож. Прежде чем Ник успел сделать еще хоть один шаг, она вскочила и подняла в воздух руку с зажигалкой.

– Эх вы! – проговорила она со странным выражением лица. – А я-то чуть вам не поверила!.. Все. Пора. Этот мир сейчас умрет!

За спиной Кэсси кто-то появился.

– Кэсси! – воскликнул Ник. – Смотри на меня!

Кэсси уставилась на него ничего не видящими глазами.

– Я больше от тебя не прячусь! – сказал Ник. – Взгляни мне в глаза, и ты увидишь, что я не прячусь!

Кэсси сияла. Такой красивой Ник ее еще не видел. Девушка преобразилась. Лицо ее было совершенно спокойно. Она провела большим пальцем по колесику зажигалки.

В этот момент откуда-то сзади вылетела тяжелая каменная лампа и ударила Кэсси по голове. У девушки забулькало в горле, и она рухнула на пол. Зажигалка улетела под холодильник.

Лицо Одри Раймс блестело от пота. Она смотрела на лежащее на полу тело, на лампу и, кажется, не верила в то, что это ее рук дело.

Ник остолбенел.

– Бежим! – крикнула Одри. – Все из дома!

– Где Джулия? – крикнул Ник.

– На улице, – ответил Лукас.

– Бегите же! – заорала Одри. – Дом взорвется от малейшей искры. Быстро на улицу, а тут пусть работают пожарные!

Лукас бросился вперед, не без труда отпер входную дверь и держал ее открытой, пока Одри и Ник не выскочили из дома.

Джулия стояла в самом начале каменной дорожки на солидном расстоянии от входной двери.

Подскочив к ней, Ник взвалил ее к себе на плечо и побежал дальше. Лукас и Одри поспевали за ним. Они пробежали еще несколько десятков метров, когда раздался вой полицейских сирен.

– Смотрите! – внезапно воскликнул Лукас, показывая пальцем в сторону дома.

Ник сразу же увидел, на что показывает сын. У окна, пошатываясь, стояла Кэсси с сигаретой во рту.

– Не надо! – заорал Ник, хотя и знал, что Кэсси его не слышит.

Ослепительная вспышка. Земля содрогнулась. Через секунду лопнули стекла в окнах, а рамы и двери взлетели в воздух. Из всех дверных и оконных проемов вырвалось пламя. Дом превратился в огромный огненный шар. В небо поднялся столб черного дыма. Джулия завопила. Крепко сжимая ее в руках, Ник бросился прочь от дома. За ним бежали Лукас и Одри. Их догнала волна жара, но они были уже далеко.

Добежав до центральной аллеи поселка, Ник наконец остановился и с трудом опустил дочь на землю. Он посмотрел назад в сторону дома, но увидел только столб дыма и языки пламени над вершинами деревьев.