ЗАБЫТАЯ ФИЛАДЕЛЬФИЯ:

УТРАЧЕННАЯ АРХИТЕКТУРА КВАКЕРСКОГО ГОРОДА

Габриэль начал листать ее. ‘Вау’, - сказал он. ‘Это действительно круто’.

Бирн немного волновался, давая одиннадцатилетнему мальчику книгу по архитектуре. Казалось, она ему искренне понравилась.

Габриэль остановился на странице с фотографией оригинального театра на Честнат-стрит. Он перевернул книгу, чтобы Бирн мог видеть фотографию.

‘Может быть, когда-нибудь я сделаю что-нибудь подобное", - сказал Габриэль.

‘Возможно’.

‘Я имею в виду, никогда не знаешь наверняка, верно?’

‘Нет", - сказал Бирн. ‘Никогда не знаешь наверняка’.

Пока Габриэль был в безопасности внутри, Бирн думал об их совместном времяпрепровождении и о том, что может ждать их в будущем. Он задавался вопросом, когда Габриэль узнает о стипендиальном фонде, который был открыт для него, доверительном фонде, который, по совпадению, был открыт на точно такую же сумму, недавно взятую у наркодилера из Северной Филадельфии по имени Картер Уилсон.

Предположительно захвачена, поправил Бирн.

После получения почти смертельных ран Бирн был без сознания восемнадцать часов, его разум был затуманен мрачными снами, которые говорили ему, что видения — предчувствия и интуиция, которые преследовали его более двух десятилетий, — еще не совсем покончили с ним. Под всем этим он услышал эхо тех пяти слов, произнесенных сумасшедшей.

Ты последний святой .

Бирн влился в поток машин, затем свернул на Шестую улицу, сияние Сентер-Сити простиралось перед ним, как световая броня, размышляя:

Нет, Руби Лонгстрит, я не святой, ни в коем случае. Святые непорочны. Святые - это люди, подобные отцу Томасу Леоне.

Я всего лишь мужчина.

Я страж.