Но, возможно, это не самое худшее для мужчины. Окружная прокуратура рассматривает возможность возбуждения уголовного дела о том, что именно стало причиной смерти Анжелики Батлер тремя годами ранее и какую роль в ее смерти мог сыграть Иэн Уайтстоун.

Марк Андервуд встречался с Анжеликой Батлер почти год, когда она появилась в the life. В фотоальбомах, найденных в доме Найджела Батлера, было несколько фотографий, на которых они вдвоем на семейных приемах. Когда Андервуд похитил Найджела Батлера, он испортил фотографии в альбомах, а также приклеил все эти фотографии кинозвезд к телу Анжелики.

Они никогда точно не узнают, что побудило Андервуда сделать то, что он сделал, но было ясно, что он с самого начала знал, кто был вовлечен в создание Philadelphia Skin и кого он считал ответственным за смерть Анжелики.

Также было ясно, что он обвинял Найджела Батлера в том, что тот сделал с Анжеликой.

Была большая вероятность, что Андервуд преследовал Джулиана Матисса в ту ночь, когда Матисс убил Грейси Девлин. Пару лет назад я обеспечил для него и его напарника место преступления в Южной Филадельфии, - сказал Андервуд о Кевине Бирне на поминках по Финнигану. В ту ночь Андервуд взял перчатку Джимми Пьюрайфа, намочил ее в крови и держал в руках, возможно, не зная в тот момент, что он с ней сделает. Затем Матисс ушел из жизни на двадцать пять лет, Иэн Уайтстоун стал международной знаменитостью, и все изменилось.

Год назад Андервуд ворвался в дом матери Матисса, украв пистолет и синюю куртку, приведя в действие свой странный и ужасный план.

Когда он узнал, что Фил Кесслер умирает, он понял, что пришло время действовать. Он обратился к Филу Кесслеру, зная, что у этого человека не хватает денег, чтобы оплатить свои медицинские счета. Единственным шансом Андервуда вызволить Джулиана Матисса из тюрьмы было опровергнуть обвинение против Джимми Пьюрифи. Кесслер ухватился за эту возможность.

Джессика узнала, что Марк Андервуд вызвался участвовать в съемках фильма, зная, что это сблизит его с Сетом Голдманом, Эрин Халли-велл и Иэном Уайтстоуном.

Эрин Холливелл была любовницей Йена, Сет Голдман был его доверенным лицом и соучастником заговора, Деклан был его сыном, White Light Pictures была многомиллионным предприятием. Марк Андервуд пытался отнять у Иэна Уайтстоуна все, что было ему дорого.

Он подошел очень близко.

9 7

Через три дня после инцидента Бирн стоял в ногах больничной койки и смотрел, как Виктория спит. Она выглядела такой маленькой под одеялом. Врачи удалили все трубки. Осталась только одна капельница.

Он думал о той ночи, когда они занимались любовью, о том, как хорошо ей было в его объятиях. Казалось, это было так давно.

Она открыла глаза.

"Привет", - поздоровался Бирн. Он ничего не рассказал ей о событиях в Северной Филадельфии. У нас еще будет достаточно времени. "Привет".

"Как ты себя чувствуешь?" Спросил Бирн.

Виктория слабо всплеснула руками. Не хорошо, не плохо. К ней вернулся румянец. "Можно мне немного воды, пожалуйста?" - попросила она.

"Тебе можно?"

Виктория впилась в него взглядом.

"Хорошо, хорошо", - сказал он. Он обошел кровать, поднес стакан с соломинкой к ее рту. Она сделала глоток и откинула голову на подушку. Каждое движение причиняло ей боль.

"Спасибо". Она посмотрела на него, вопрос застыл у нее на губах. Ее серебристые глаза казались карими в свете раннего вечера, льющегося через окно. Он никогда раньше этого не замечал. Она спросила. "Матисс мертв?"

Бирн задавался вопросом, как много он должен ей рассказать. Он знал, что рано или поздно она узнает всю правду. Пока он сказал просто: "Да".

Виктория слегка кивнула и закрыла глаза. На мгновение она склонила голову. Бирн задумался, что означает этот жест. Он не мог представить, что Виктория предлагает благословение для души этого человека - он не мог представить, что кто-то мог бы это сделать, - но с другой стороны, он знал, что Виктория Линд-стром была лучшим человеком, чем он мог когда-либо надеяться стать.

Через мгновение она снова посмотрела на него. "Они говорят, что завтра я могу поехать домой. Ты будешь здесь?"

"Я буду здесь", - сказал Бирн. Он на мгновение выглянул в коридор, затем шагнул вперед, открыл отверстие сетчатой сумки через плечо. Мокрая мордочка просунулась в отверстие; пара живых карих глаз выглянула наружу. "Он тоже будет таким".

Виктория улыбнулась. Она протянула руку. Щенок лизнул ее руку, его хвост метался внутри пакета. Бирн уже придумал имя для щенка. Они назовут его Путиным. Не для российского президента, а скорее для Распутина, потому что собака уже успела зарекомендовать себя священным ужасом в квартире Бирна. Бирн смирился с тем, что отныне будет покупать свои тапочки по делу.

Он сидел на краю кровати, наблюдая, как Виктория засыпает. Он наблюдал, как она дышит, благодарный за каждый подъем и опускание ее груди. Он думал о Колин, о том, какая она жизнерадостная, какая сильная. За последние несколько дней он многое узнал о жизни от Колин. Она неохотно согласилась участвовать в программе консультирования жертв. Бирн нанял консультанта, свободно владеющего языком жестов. Виктория и Колин. Его восход и закат. Они были так похожи.

Позже Бирн посмотрел в окно и с удивлением обнаружил, что уже стемнело. Он увидел их отражение в стекле.

Два поврежденных человека. Два человека, которые нашли друг друга на ощупь. Вместе, подумал он, они могли бы стать одним целым человеком.

Возможно, этого было достаточно.

9 8

Дождь шел медленно и не переставая, тип нежной летней грозы, которая может длиться весь день. Город казался чистым.

Они сидели у окна, выходящего на Фултон-стрит. Между ними стоял поднос. На подносе стоял чайник с травяным чаем. Когда Джессика приехала, первое, что она заметила, это то, что барная тележка, которую она увидела при первом посещении, теперь была пуста. Фейт Чандлер провела три дня в коме. Врачи медленно выводили ее из этого состояния и не прогнозировали никаких долговременных последствий.

"Раньше она играла прямо там", - сказала Фейт, указывая на тротуар под залитым дождем окном. "Классики, прятки. Она была счастливой маленькой девочкой".

Джессика подумала о Софи. Была ли ее дочь счастливой маленькой девочкой? Она так думала. Она надеялась на это.

Фейт повернулась, чтобы посмотреть на нее. Может, она и была изможденной, но глаза у нее были ясные. Ее волосы были чистыми и блестящими, стянутыми сзади в конский хвост. Ее цвет был лучше, чем при их первой встрече. - У тебя есть дети? - спросила она.

"Да", - сказала Джессика. "Один".

"Дочь?"

Джессика кивнула. "Ее зовут Софи".

"Сколько ей лет?"

"Ей три года".

Фейт Чендлер слегка пошевелила губами. Джессика была уверена, что женщина про себя произнесла три слова, возможно, вспомнив малышку Стефани, бегающую по этим комнатам; Стефани, распевающую свои песенки из "Улицы Сезам" снова и снова, никогда не беря дважды одну и ту же ноту; Стефани, спящую на этом самом диване, ее маленькое розовое личико во сне ангельское.

Фейт подняла чайник с чаем. Ее руки дрожали, и Джессика подумала, не помочь ли женщине, но потом передумала. Когда чай был налит и сахар размешан, Фейт продолжила:

"Мой муж ушел от нас, когда Штеффи было одиннадцать лет, ты знаешь. Он также оставил дом, полный долгов. Более ста тысяч долларов ".

Фейт Чендлер позволила Иэну Уайтстоуну купить молчание ее дочери в течение последних трех лет, молчание о том, что произошло на съемках "Филадельфийской кожи". Насколько знала Джессика, законы не были нарушены. Судебного преследования не будет. Было ли неправильно брать деньги? Возможно. Но не Джессике судить. Это были туфли, в которых Джессика надеялась никогда не ходить.

На прикроватном столике стояла фотография Стефани с выпускного в средней школе. Фейт взяла ее и нежно провела пальцами по лицу дочери.

"Позволь сломленной старой официантке дать тебе совет". Фейт Чандлер посмотрела на Джессику с легкой печалью в глазах. "Вы можете думать, что у вас впереди долгое время с вашей дочерью, долгое время, пока она не вырастет и не услышит, как мир зовет ее. Поверьте мне, это произойдет раньше, чем вы успеете оглянуться. Однажды дом полон смеха. На следующий день это просто стук твоего сердца ".

Одинокая слезинка упала на стеклянную рамку для картины.

"И если у тебя есть выбор между разговором со своей дочерью или слушанием", - добавила Фейт. "Послушай. Просто ... послушай".

Джессика не знала, что сказать. Она не могла придумать, что на это ответить. Никакого словесного ответа. Вместо этого она взяла руку женщины в свою. И они сидели в тишине, слушая шум летнего дождя.

Джессика стояла рядом со своей машиной с ключами в руке. Снова выглянуло солнце. Улицы Южной Филадельфии были покрыты паром. Она на мгновение закрыла глаза, и, несмотря на изнуряющую летнюю жару, этот момент перенес ее в очень темные места. Посмертная маска Стефани Чандлер. Лицо Анжелики Батлер. Крошечные, беспомощные ручки Деклана Уайтстоуна. Ей хотелось долго стоять под солнцем, надеясь, что солнечный свет обеззаразит ее душу.

"С вами все в порядке, детектив?"

Джессика открыла глаза и повернулась на голос. Это был Терри Кэхилл.

"Агент Кэхилл", - сказала она. "Что вы здесь делаете?"

Кэхилл был одет в свой стандартный синий костюм. Он больше не носил перевязь, но Джессика видела по тому, как согнулись его плечи, что ему все еще больно. "Я позвонил в участок. Они сказали, что ты, возможно, здесь, внизу."

"Я в порядке, спасибо", - сказала она. "Как ты себя чувствуешь?"

Кэхилл изобразил подачу сверху. "Как Бретт Майерс".

Джессика предположила, что это бейсболист. Если это был не бокс, она была невежественна. "Ты вернулся в агентство?"

Кэхилл кивнул. "Я закончил свою работу в департаменте. Сегодня я буду писать отчет".

Джессике оставалось только гадать, что в нем будет. Она решила не спрашивать. "С тобой было приятно работать".

"Здесь то же самое", - сказал он. Он откашлялся. Оказалось, что он не очень силен в такого рода вещах. "И я хочу, чтобы вы знали, что я имел в виду то, что сказал. Ты отличный коп. Если ты когда-нибудь рассматривал работу в бюро как карьеру, пожалуйста, позвони мне. "

Джессика улыбнулась. - Ты на заказ или что-то в этом роде?

Кэхилл улыбнулся в ответ. "Да", - сказал он. "Если я приведу трех новобранцев, я получу прозрачную пластиковую защиту для значка".

Джессика рассмеялась. Звук показался ей незнакомым. Прошло какое-то время. Беззаботный момент быстро прошел. Она посмотрела вверх по улице, затем повернулась обратно. Она обнаружила, что Терри Кэхилл пристально смотрит на нее. Он хотел что-то сказать. Она ждала.

"Он был у меня", - наконец сказал он. "Я не убивал его в том переулке, и ребенок и молодая девушка чуть не погибли".

Джессика подозревала, что он чувствует то же самое. Она положила руку ему на плечо. Он не отстранился. - Никто не винит тебя, Терри.

Кэхилл несколько мгновений молча смотрел на нее, затем перевел взгляд на реку, на мерцающие от жара воды Делавэра. Момент тянулся. Было ясно, что Терри Кэхилл собирался с мыслями, подыскивал правильные слова. "Тебе легко возвращаться к своей жизни после чего-то подобного?"

Джессика была немного озадачена интимностью вопроса. Но она была бы никем, если бы не была смелой. Она не была бы копом из отдела по расследованию убийств, если бы все было по-другому. "Легко?" - спросила она. "Нет, не легко".

Кэхилл оглянулся на нее. На мгновение она увидела уязвимость в его глазах. В следующее мгновение взгляд сменился сталью, которая долгое время ассоциировалась у нее с теми, кто выбирает соблюдение закона в качестве образа жизни.

"Пожалуйста, передайте детективу Бирну мои наилучшие пожелания", - сказал Кэхилл. "Скажите ему ... скажите ему, что я рад, что его дочь вернулась целой и невредимой".

"Я так и сделаю".

Кэхилл немного поколебался, как будто хотел сказать что-то еще. Вместо этого он коснулся ее руки, затем повернулся и пошел вверх по улице, к своей машине и городу за ее пределами.

Frazier's Gym был заведением на Брод-стрит в Северной Филадельфии. Принадлежал и управлялся бывшим чемпионом в супертяжелом весе Smokin' Джо Фрейзером, и за эти годы в нем появилось несколько чемпионов. Джессика была одной из немногих женщин, которые там тренировались.

Поскольку ее поединок ESPN2 назначен на начало сентября, Джессика всерьез приступила к тренировкам. Каждая ноющая мышца в ее теле напоминала ей, как долго она не тренировалась.

Сегодня она впервые за несколько месяцев выйдет на спарринг-ринг.

Шагая между канатами, она подумала о своей жизни такой, какой она была. Винсент вернулся. Софи сделала из плотной бумаги табличку "ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ", достойную парада в честь Дня ветеранов. Винсент проходил испытательный срок в Casa Balzano, и Джессика позаботилась о том, чтобы он знал об этом. До сих пор он был образцовым мужем.

Джессика знала, что репортеры ждут ее снаружи. Они хотели последовать за ней в спортзал, но в это место просто так не зайдешь. Пара молодых парней, которые тренировались здесь - братья-близнецы-тяжеловесы, которые давали на чай по 220 долларов каждый, - мягко убедили их подождать снаружи.

Спарринг-партнером Джессики была девушка из Логана, двадцатилетняя динамовчанка по имени Трейси "Бигг Тайм" Биггс. У Bigg Time был рекорд 2-0, оба нокаута, оба в течение первых тридцати секунд боя.