Впервые он столкнулся с ней на лестнице. Вокруг нее вертелась куча народа – все разговаривали и хохотали, но их лица сливались в сплошную серую массу. А девушка была довольно высокой, не слишком худой, но и не пышечкой, в отличной физической форме. Волосы темные, а когда она подошла ближе, он рассмотрел, что глаза у нее светло-карие, как вода в пруду. На ней были джинсы, синяя футболка и белые лодочки. Она смотрела прямо на него. Улыбалась. Она улыбнулась ему. И упорхнула.

А он так и остался стоять на ступеньках, и людям приходилось его огибать.

– Меня зовут Уилл, – представился он.

Дело было на вечеринке. Обычно он по всяким сборищам не ходил, но в тот раз разузнал, что она придет. Уилл переживал, что девушка так и не появится, но вот она, в противоположном конце зала, разговаривает с худощавым парнем в очках. Уилл подобрался поближе. Она была в длинном платье с закрытым верхом, а на запястье у нее красовались непропорционально большие часы. И вот он наконец приблизился к ней, так что разглядел россыпь веснушек у нее на переносице.

– Нив, – представилась девушка.

Он протянул руку, и она ее пожала.

– Присоединяйся, – пригласила она и посторонилась, пропуская его в круг.

Уилл сел рядом с ней на траву. Нив представила его остальным: Тэмзин, Ренате, Гэри, Элисон и Джеки. Тем другим, чьи имена сразу выветрились у него из головы.

На Нив было желтое платье, а в волосах запуталась травинка. Девушка протянула ему контейнер с клубникой. Он взял ягоду и положил в рот. Прохладная, сладкая.

Связь с Ренатой была ошибкой. Впрочем, когда дошло до дела, у него ничего не получилось, поэтому Нив он как бы и не предал. Ренате, похоже, было все равно. Она рассмеялась, чмокнула его в щеку и сказала, что они оба пьяные и, может, так даже лучше. Останутся друзьями. Она зажгла сигарету и добавила, что в конечном итоге друзья гораздо важнее любовников.

Он пригласил Нив на танец, и она свернула беседу со знакомым и подошла к Уиллу, придерживая одной рукой подол. Она часто носила длинные юбки и платья, яркие, сильно поношенные, но зашитые и с заплатками. Обуви на ней не было. Уилл танцевал так себе, но старался повторять движения окружающих, и, кажется, у него получалось. Нив покачивалась в такт музыке и улыбалась ему. Взяла его за руки и крутанулась на месте – сложное па.

Все длилось лишь минуту.

Разговаривали о любви и верности. Гэри был против брака. Утверждал, что это патриархат придумал сделать женщину чьей-то собственностью, а Тэмзин вообще не представляла, как можно хотеть оставаться рядом с одним человеком до конца жизни – вернее, как она мрачно заметила, никто не захотел бы оставаться лично с ней. Рената сказала, что любовь и верность – разные вещи, которые надо разграничивать.

– По-моему, это вопрос выбора, – озвучила свое мнение Нив. – Обещание. Как бы тяжело оно ни давалось.

Кто-то добавил, что звучит это не слишком-то романтично, а Уилл покачал головой:

– Нет. Я с Нив согласен.

В маленьком кафе, куда они частенько заглядывали, друзья обсуждали, как проведут выходные в деревне. Идея принадлежала Джеки, потому что у той были знакомые, готовые предоставить им дом. Собирались захватить настольных игр и джина. Парень по имени Флетчер – Уилл его раньше не видел, – веселый и грустный одновременно, сказал, что привезет фейерверки. Рената предложила ужинать в вечерних платьях и костюмах.

– Звучит неплохо, – наконец выдавил Уилл.

Наступило молчание.

Нив дотронулась до руки Уилла и предложила:

– Поедешь с нами? В машине есть еще одно место.

Дом оказался огромным и красивым, с флигелями, бассейном, просторной лужайкой и раскидистыми деревьями, дающими тень. Комнаты распределяли по жребию. Уиллу досталась крохотная каморка под самой крышей, и ему казалось, будто он слышит, как скребутся и шуршат мыши. Нив перепала самая красивая комната, хотя она и отказывалась, – на первом этаже, с окнами от пола до потолка, выходящими в сад с розами и фруктовыми деревьями.

– Она слишком большая для одного человека, – пояснила Нив.

Уилл понял намек.

На завтрак готовили колбаски. Пили джин и перекидывались фрисби. К обеду, когда разогрелось, плавали в бассейне. К ужину разоделись, наелись пирогов и выпили несметное количество вина. Гэри отвратительно играл на фортепиано, а остальные пели.

В дальнем углу шкафчика Джеки нашла бутылки с выпивкой и смешала все в гремучую смесь рыжего цвета.

Играли в скрэбл. Победил Флетчер. На нем была рубашка Нив, а та сидела в его шляпе, слишком большой, лихо заломленной и закрывающей один глаз. Когда Уилл глядел на девушку, ему чудилось, что он смотрит фильм или слушает песню.

Развели огонь в старом камине, а когда шальная искра выскочила на ковер, Тэмзин плеснула на нее виски, отчего пламя только взвилось с новой силой. Все с криками и хохотом забегали по комнате и в итоге залили пожар водой.

Затем высыпали в сад и стали танцевать под музыку, которая звучала у каждого в голове.

Джеки разделась и обнаженная прыгнула в бассейн. Остальные последовали ее примеру. Уилл отвернулся, чтобы не смотреть на блестящие в воде тела.

Запускали фейерверки, и они падали на них яркими соцветиями. В небе висел полумесяц. Лежащий на траве Гэри с видом знатока заявил, что сейчас время между первой четвертью и полнолунием. Даже под мухой он оставался педантом.

– Мы должны запомнить этот вечер навсегда, – всхлипнула Рената.

Уилл дотронулся до пальцев Нив, и она улыбнулась. Ее глаза сияли.

Он уже хотел что-то сказать, но она упорхнула.

Незадолго до рассвета все собрались на кухне. Джеки распотрошила морозильную камеру и выудила оттуда пиццу.

Однако Нив в посиделках уже не участвовала. Уилл знал, куда она ушла. Прокрался к ее комнате, располагавшейся на противоположном конце коридора. Половицы в доме отчаянно скрипели, гудели старые трубы. Дверь в спальню была закрыта. Уилл немного постоял, набираясь мужества. А затем повернул ручку и толкнул дверь.

Она распахнулась. В окно призрачно светила луна, заливая эфемерным светом кровать, скомканные простыни и сплетенные голые ноги.

Уилл по инерции шагнул вперед и застыл как вкопанный. Перед ним мелькнуло бледное лицо Нив, а затем она наклонилась вперед, закрыв темными волосами и себя, и Флетчера, отгородившись от незваного гостя.

На негнущихся ногах он вышел из комнаты и вернулся на кухню.

– Нив и Флетчер, – выдавил он с таким видом, будто нужно было срочно тушить новый пожар.

Вокруг раздался оглушительный гогот. Уилл переводил взгляд с одного лица на другое. Смеялись все. Для них это было просто отличной веселой шуткой. Хохотали и хохотали, молодые, счастливые, полные надежд. Но не Уилл. Потому что смеялись над ним.

Он выскочил из дома, пробежал по лужайке мимо бассейна и углубился в лес. Боялся, что бывшие приятели погонятся за ним, но напрасно.

Рухнул под дерево, свернулся калачиком; его пробивала дрожь и мутило. Ночь прошла. Солнце жутким красным шаром будто ударило его по голове. Все закончилось, и все только начиналось.