Кофе был вкусным, сырники нежными, ягоды – малина и клубника – дополнили букет завтрака, и Ярослава подсела к Ти-Ви послушать новости.

Политику она отвергла. Мир продолжал жить по волчьим законам типа «ничего личного – только бизнес», и лишь Россия продолжала сопротивляться натиску адовых сил, представляя собой отдельную цивилизацию, поставившую во главу угла не бизнес, потребительство и деньги, а духовное строительство.

Позабавило сообщение о «персональном аде», представлявшем собой новомодные кафе, в которых не ловился сигнал мобильной связи. Начали просыпаться от «вечной геймификации» многие люди, предпочитавшие физически взаимодействовать с приятелями и делать что-то своими руками.

Передача о лечении цифровой зависимости с помощью нейродетоксикации привела её в уныние. Статистика гиперподключённых к Интернету вещей мира поражала. Люди всё больше заражались постоянной сменой вещей, что приводило к взрывным выбросам дофамина – нейромедиатора, ответственного за приятное волнение от приобретения новых гаджетов и зрелищ, и лечить приходилось всё большее число молодёжи.

Ещё одну тему Ярослава пропустила. Ведущие программы трикстер Ксен Чак Соб и дифрид[442] Агло Беззубова радостно объявили о запуске проекта Дом-222, в котором мог принять участие любой желающий.

Зато привлекла внимание другая передача – о досуге современных миллиардеров, отказывающихся от всякого рода гаджетов. В нынешние времена завладели огромными состояниями те, кто мог заставить огромное количество людей «самостоятельно» хотеть покупать то, что производят их компании. Если двести лет назад у большинства людей сохранялись простые желания: прямого общения, поддержки и уважения со стороны семьи, друзей и общества, достижения личной свободы не в ущерб свободе других, в том числе от государственного насилия, то в двадцать четвёртом веке всё это стало необязательным. Основная масса человечества превратилась в играющее и потребляющее стадо, не заботящееся о собственном моральном здоровье и поведении. А миллиардеры, как ни странно, пытались сохранить истинно человеческие отношения, и Россию в этом смысле двигало и выделяло из всех сообществ именно представление о значимых категориях жизни, воплощённых в семье, нации, идее и вере в лучшее будущее. Что, конечно, не оправдывало коррупционеров и бизнесменов, наживших миллиарды нечестным путём.

Ярослава переключила каналы, послушала информацию об изменении климата в Арктике с помощью геоинжиниринговых технологий, выключила Ти-Ви и хотела позвонить Ани Санте, но домовой в этот момент выдал ей утренний отчёт о статусе хозяйки, и она была вынуждена ознакомиться с ним.

Чтение всего лонг-листа заняло несколько минут.

В нём говорилось, что:

– встроенных в бытовую сеть приборов – 7;

– данные выложенные – 10 245 элементов;

– данные загруженные – 1197 элементов;

– микрокредиты полученные – 13 на сумму 107;

– баллы хорошего гражданина – 9 (при чтении этого пункта Яра усмехнулась, так как, знай компьютер о её деятельности в контрразведке, баллы ушли бы в отрицательную зону);

– уровень тревожности: на грани умеренности и беспокойства;

– жизненные показатели: в норме;

– качество воды – плюс три (хорошее);

– качество воздуха – плюс 5 (среднее);

– потребляемые калории – 1900;

– энергия в локальной сети – 200;

– тесный зрительный контакт дополненной реальности в сети – 3;

– тесный зрительный контакт вне сети – 0;

– последнее свидание – вечер двадцать первого августа;

– в настоящее время интересуются – 2 человека;

– уровень внимания – 4.

Дочитав, Ярослава пометила для себя, что ей следует повысить уровень внимания до 7–8 баллов, и спохватилась, что ещё ночью включила режим «без звука» и не выключила до сих пор.

Так и оказалось, звонили двое: мама рано утром и Грымов полчаса назад. А так как генерал не перезвонил по «спруту», можно было не торопиться отвечать, о срочности речь не шла.

Поэтому она сначала позвонила маме, обрадовав её улыбкой, потом выпила ещё одну чашечку капучино и лишь после этого вызвала Ивана.

Начальник «Сокола» находился на Энцеладе, одетый в стандартный синий уник жителя Внеземелья, и выглядел сосредоточенно спокойным. Но это спокойствие оказалось напускным, потому что новость он сообщил поистине ошеломляющую:

– «Геодар» в Системе! Со всеми вытекающими.

– «Геодар» в… когда?!

– Появился час назад в режиме «инкогнито», не объявляясь открыто, спрятался за Нептуном, однако наши системы отследили его переговоры с федералами Комбеза.

– Час от часу не легче! Мне прибыть на базу?

– Оставайся пока дома, твоё присутствие необязательно, хотя мы развернули ВВУ по Приземелью. Всем погранзаставам отдан приказ ликвидировать «Геодар» при появлении над Россией.

– Но там же… Леблан… экипаж…

Глаза Грымова мрачно вспыхнули.

– А ты хочешь, чтобы он спокойно выполнил то, ради чего и был послан к чёрной дыре?

– О чём ты?

– Ночью мы поймали депешу от Маккены: «Феникс» повреждён, прячется в пылегазовом кольце, а «Геодар», который, кстати, участвовал в атаке на фрегат, погрузил на борт какой-то «портал» и убыл из системы чёрной дыры в неизвестном направлении. То есть неизвестном для Маккены, но не для нас.

– «Феникс»… повреждён?!

– Думаю, не фатально, раз Маккена не стал распространяться на эту тему.

– А… Руслан?

Грымов отвёл глаза.

– Горюнов с группой Плетнёва… скрылся в дыре.

У Ярославы перехватило дыхание.

– Что?! Как это – скрылся в дыре?!

– Они захватили на ядранской станции пленника, добрались на беспилотнике до «Геодара», были вынуждены вступить в бой с Неуязвимыми…

– Божей мой!

– И бежали на «когте», направив беспилотник в дыру, – закончил Грымов.

По лицу женщины разлилась бледность.

– И…

– Это всё, что нам известно.

Шок прошёл.

– В таком случае я немедленно направляюсь к вам!

– Слава, это не решит проблемы…

– Я лечу к вам! Будем думать, что делать.

Грымов хотел возразить, привести аргументы против решения женщины, но Ярослава не стала его слушать, выключив защищённую от прослушивания линию.

Собравшись, она всё же позвонила подруге и узнала, что Комбез внезапно собрался на внеочередное совещание, пригласив на него главу ФСБ Земли и начальство Федерального Агентства контроля за опасными исследованиями. Так как российские спецслужбы приглашены не были, стало понятно, что совещание призвано обсудить возвращение «Геодара» и план действий в отношении контактов с ядра-нами.

– Нам непременно надо узнать, что решит Комбез! – сказала Ярослава.

– Я тоже буду там, так что сообщу, – пообещала Ани Санта.

Через полчаса бывшего командора Федеральной Погранслужбы встретил в метро «Сокола» Сильва Веласкес, «клоновый брат» Серджо, имевший ту же память и тот же облик.

– Плохие новости, – сказал он, почтительно пожимая руку Ярославы. – Убиты важные функционеры: помощник председателя Комбеза Маркес и зам премьера Федерального Правительства Ким Чон Пай. Последний занимался координацией научных институтов, работающих с Дженворпом.

– Помешал кому-то? Ядране перешли в наступление?

– По-видимому, готовятся к «цветной революции», чтобы сместить главу Правительства и взять под контроль все космические объекты Солнечной системы.

– В таком случае мы на пороге горячей войны.

– Не все в Комбезе это понимают. Вечные крикуны с высоких трибун – прибалты, поляки, британцы, все как один за смену курса и нейтрализацию контрразведки «во имя блага человечества».

– Знакомый клич. Жаль, двести лет назад не удалось добить их, когда вся эта либеральная свора ринулась сначала «демократизировать» Чехословакию, Югославию, Сирию, Ливию и Украину, а потом затеяла войну в Арктике, опять-таки, «во имя справедливости и свободы человечества», науськиваемая американцами.

Веласкес промолчал. Политикой витсы не занимались.

Грымов ждал гостью в своём рабочем модуле, запрятанном в недрах базы, в свою очередь, утопленной в глубине ледяной коры Энцелада.

Поскольку опасность взрыва базы была ликвидирована, решено было вернуться сюда, соблюдая все меры предосторожности, и главное подразделение «Сокола» заработало в прежнем режиме.

– Почему без охраны? – хмуро осведомился генерал, приобняв женщину. – Что за пренебрежение к врагу? Идёт война, она никого не жалеет, не пожалела бы и тебя, узнав, что ты ведёшь себя как девчонка.

Ярослава сжала губы, сдерживая желание вспылить.

– Извини, Ваня, расслабилась.

Грымов глянул на Веласкеса.

– Переходишь в её распоряжение. Статус – ВИПО.

– Слушаюсь! – склонил голову витс, зная, что ВИПО означает охрану важных персон.

– Садитесь, послушаете статистику.

В кабинете работали три виома, один из них развернул схематическое изображение Солнечной системы, включилось аудиосопровождение.

В докладе компьютера базы говорилось о решениях Федерального Совета безопасности, включающих подготовку защитных сфер к вторжению «инопланетных конкурентных структур», а также о деятельности институтов контрразведки, «мешающих налаживанию контакта с цивилизациями Великого Кольца». Речь шла о государственных силовых структурах России, Китая, Индии и Ирана. Всем им категорически запрещалось действовать в обход постановлений СОН и Комбеза, что означало: Комбез находится под контролем агентуры ядран и намерен совершить переворот, предполагавший крах человеческой цивилизации.

Сделав главные выводы из складывающейся ситуации, докладчик перешёл к конкретным мероприятиям.

За истёкшие двое суток было найдено около полусотни «когтей», представлявших собой ретрансляторы пси-полей, прятавшихся на Земле, на Луне и на космических станциях, включая Суперструнник, отели и центры развлечений. Кроме того, было обнаружено необычное поведение некоторых автоматических спутников климатической службы Земли и системы наблюдения за пространством. Как оказалось, они были перепрошиты и подчинялись таким же «когтям», ожидая своего часа.

Изучив один из таких модулей, специалисты королёвской базы «Сокола» смогли «расшить» систему и определить задачу, возложенную на спутники: в ближайшее время ожидалась команда «тестового прогона» программы, в результате которого все спутники объединялись в единую сеть, перехватывали управление крупными космическими сооружениями и обрушивали их на здания Федерального Правительства в Таиланде.

По замыслу ядранского координатора, коим, скорее всего, являлся председатель Комбеза, эта диверсия должна была отвлечь внимание защитной системы Земли для нанесения основного удара – Суперструнником по Земле.

– С фантазией у ядран слабовато, – скептически заметила Ярослава. – Они уже дважды пытались воспользоваться Суперструнником как пушкой, но продолжают наступать на те же грабли.

– Вряд ли на сей раз им удастся перехватить управление Дженворпом, – сказал Грымов. – Мы готовы к любому варианту развития событий. У ядран нет шансов. К тому же мы обнаружили все их мины замедленного действия.

– Мины? – не поняла Ярослава.

– Я имею в виду «чешуйки»-ретрансляторы.

– Почему бы нам не задержать председателя Комбеза?

– Рано, ядране вполне могут иметь запасной вариант. Его надо брать непосредственно перед началом их операции.

– Что, если они нарочно подставили эти мины, чтобы мы успокоились?

Грымов поиграл брелоком дополнительной реальности.

– Если они рассчитывают сделать Суперструнник главным оружием…

– А если нет? И расчёт завязан на другой вариант? Пока мы будем возиться с Дженворпом, они и провернут истинно главную операцию. Ведь не зря же «Геодар» приволок в Систему некий паукообразный «портал». Что, если это мощнейший психотронный генератор?

– Мы и это учитываем.

– Чего-то мы всё-таки не учитываем.

– Будем думать.

– Свяжись с Воеводиным. Степан Фомич сохранил ясный ум и творческий потенциал, он найдёт решение.

– Хорошо.

– Но я хочу услышать, что ты планируешь по операции «Феникса». Если Руслан с группой нырнул в чёрную дыру, не пора ли посылать туда спасательный рейдер?

Грымов поднял на собеседницу посветлевшие глаза, и Ярослава поняла, как переживает её друг за всё происходящее вокруг, в том числе – за судьбу Руслана.

– Некого посылать, – ответил он ломким голосом. – «Ра» ещё в ремонте, «Непобедимый» тоже, а новые фрегаты будут готовы к ходовым испытаниям не раньше чем через полгода.

– Пошли кого-нибудь из несущих службу.

– Ослабить периметр над Россией? Но я думаю над этим вопросом.

– Спасибо, верю. Могу возглавить экспедицию… если ты доверишь командование.

– Как можно не доверять Фигуре Высочайшего Поклонения? – пошутил Грымов с усмешкой.

– Иван, дело даже не в Руслане. Под угрозой весь поход «Феникса». Против него действует целая эскадра ядранских кораблей! И если мы не поможем…

– Не надо меня уговаривать, Слава, – поморщился Грымов. – Мы делаем всё, что можем.

– Не всё.

Лицо генерала окаменело.

– Звони Воеводину, – добавила она.

Он с усилием преодолел желание стукнуть кулаком по столу, помедлил, потом всё-таки набрал номер коммуникатора бывшего главы «Сокола».

Воеводин отозвался через минуту: ровно столько потребовалось аппаратуре связи «спрута» отыскать Степана Фомича на Земле, несмотря на разделявшее Энцелад и Землю расстояние.

Выслушав Грымова, Воеводин погладил лоб пальцем и сказал простодушно:

– Нет готовых к походу дальних? Захватите «Геодар».

Грымов озадаченно потёр лоб пальцем, в точности копируя жест бывшего командира, посмотрел на Ярославу.

Она засмеялась.

– Отличная идея, генерал! Сразу убьём одним выстрелом двух зайцев.

– А если серьёзно, – добавил Воеводин жёстко, – я бы бросил на ремонт «Ра» все силы и отправил бы его на помощь Руслану немедленно. И вообще, это надо было сделать раньше.

Грымов сжал зубы.

– Не всё зависит от…

– Я тебя не обвиняю, – перебил его Степан Фомич. – Посылать в Стрелец корабль меньшего тоннажа не имеет смысла, его просто съедят. Поэтому остаётся одно из двух: либо снимать какой-то с дежурства, либо посылать «Ра».

– Он не готов…

– Пусть идёт в том состоянии, в каком находится. Подремонтируется по пути, да и «Фениксу» поможет с ремонтом. Кто тебе нужен для решения проблемы?

– Папа.

Воеводин кивнул. Речь шла о директоре российской Службы безопасности.

– Я поговорю и перезвоню.

У Ярославы перехватило дыхание. Она не ожидала, что Воеводин поддержит её так конкретно. В душе вспыхнула надежда увидеть Руслана ещё до его возвращения домой, а может быть, и спасти, если это было возможно в принципе.

– Я готова лететь туда в любой момент!

Мужчины переглянулись.

– Я подумаю, – сказал Грымов.

– Иван, пожалуйста…

– Я подумаю! – повторил командир «Сокола» раздельно. – Спасибо за совет, Степан Фомич.

Воеводин усмехнулся, кивнул Ярославе и исчез.

– Ты должна понимать… – начал Грымов.

– Я поняла! – поджала губы Ярослава.

– Если мы не отобьём атаку ядран в Системе…

Ярослава решительно поднялась.

– Буду ждать вашего решения, генерал.

Грымов остановил её уже на пороге:

– Если есть время, посети вторую лунную верфь, посмотри, в каком состоянии крейсер. Стоит ли рассчитывать на скорое восстановление.

Ярослава замерла, вприпрыжку вернулась в кабинет, чмокнула хозяина в щёку.

Вышла с раскрасневшимся лицом и гордо поднятой головой.

– Береги её как зеницу ока, – сказал Грымов задержавшемуся в дверях Веласкесу. – Я выведу на вас линию «эшелона».

Витс молча вышел в коридор, не спрашивая, что такое эшелон.

Проводив его взглядом, Грымов связался с отделом охраны «Сокола» и приказал полностью восстановить формат охраны для Ярославы Тихоновой. Срочно!